Черный дождь 3 (СИ) - Скороходов Артём - Страница 58

В руке у нее появилось небольшое лезвие, которое она молниеносным движением попыталась вонзить мне в грудь. Я перехватил руку. Нож промахнулся и воткнулся мне в плечо. Очень легко вошел. Вообще не встретив сопротивления. Девушка замахнулась второй рукой, но ее перехватила Девятка. Вайпи стала извиваться и умудрилась укусить меня за руку. Да что ж такое! Я швырнул ее на землю. Щупальца из моей ноги мгновенно оплели злодейку, лишая подвижности. Дергается. Все остальные в комнате с интересом наблюдали за сценой.

— Неплохо, неплохо, — произнесла Мать Муравьев, а высокая Боа посмотрела на меня с интересом. — Что ж, она твоя. Можешь ее съесть или продать. Просто ради интереса. Что с ней сделаешь?

Я глядел, как извивалась поверженная девушка, стреляя в меня взглядом, полным ненависти. Что ж это за мир-то такой. Мне почему-то стало даже грустно. Никакого гнева я не испытывал. Просто смотрел на злодейку, как энтомолог изучал бы капустницу. Ничего интересного.

— Уважаемая Мать Муравьев, дамы. Этот подарок слишком щедр для меня. Мне нужно Хранилище для Души. Ничего другого мне не надо. Готов променять эту воровку на одно из Хранилищ. Дайте мне то, что мне надо, и я уйду.

Одна из девушек хихикнула, тут же ее поддержали остальные. Даже Мать Муравьев улыбнулась. Я сказал что-то смешное?

— У нас нет такого Хранилища, — заявила женщина. — Да и не было никогда.

— Но что же…

— Но мы знаем, где оно лежит. Все, на самом деле, знают. За Вратами Вереска.

— Можно подробнее?

— Врата Вереска, — сказала Боа, — тут недалеко, если через Обсидиан идти. Только до хранилища ты не пройдешь. Все из людей, кто туда уходил, не возвращались.

— Ну, это не впервой. Где эти врата, сможете показать? — ответил я, а потом добавил корчащейся внизу девушке: — Да не дергайся ты, не съем я тебя.

Вайпи затихла. А я аккуратно выдернул ее нож из плеча и засунул к себе в инвентарь. Зараза, болит всё-таки.

— Я могу до Врат Обсидиана довести, — сказала высокая Боа. — Но тебе, чтобы пройти, нужна будет свинка.

— Свинка?

— Да, свинка, — девушка мотнула головой на лежащую сестру. — Врата Вереска в оплату за проход пьют жизнь. Поэтому перед проходом их кормят свинкой. И тут как повезет. Иногда ничего не происходит, спокойно все проходят. А иногда Врата ням-ням свинку и уже путешественника не трогают. Из этой мерзавки получится отличная свинка.

— Ах, ты, толссстая дрянь! — зашипела Вайпи. — Да ты ссс…

Я чуть-чуть пошевелил щупальцами и залепил ей рот.

— Госпожа? — обратился я к хозяйке. — А ничего, что я вот так, одну из ваших дочерей…

— Мне все равно, — ответила женщина. — У меня их много, и эта далеко не самая лучшая. Можешь ее съесть, можешь в бордель продать, можешь Вратам Вереска скормить. Она разочаровывает меня не в первый раз, и это заслужила. Будем считать, что мы все в расчете, никто никому ничего не должен.

— Хорошо, — задумчиво ответил я. — Принимаю ваш дар с благодарностью. Но одно предложение. Можно я ее поменяю на другую свинку?

— В каком смысле?

— Среди контрабандистов есть один мой старый знакомец. Шепелявый такой.

— Наполовину робот? С выпученными глазами?

— Да-да, он самый. Можно я его возьму? А в обмен отдам вам вашу буйную красавицу.

— Так себе сделка, — опять скривила губы Мать Муравьев. — Хотя…

Она подошла поближе и наклонилась над Вайпи:

— Запомни этот момент, дочь. В следующий раз может так не повезти. Всё, Серый, мы договорились. Забирай свою свинку и можешь уходить. Ты дурно влияешь на моих дочерей. А это, — она показала мне ловушку для света, — я оставлю себе.

Я убрал щупальца и отошел на пару шагов назад. Девушка с трудом поднялась, глядя на меня злыми глазами. Платье ее порвалось, поэтому она, прикрываясь рукой, прошипела:

— Нож отдай.

— Приятно было познакомиться. Прощайте дамы.

Уже выходя из особняка, я посмотрел на трофейный ножичек:

Вечноострое Лезвие

Глава 23

— Уже почти дошли, — сказала Боа.

Она переоделась. Вместо драматического неглиже на ней был охотничий кожаный костюм. Мне показалось, что теперь ее формы стали даже как-то еще более выдающимися. Вот умеют такое колдунство женщины.

Лес изменился. Угольные деревья становились реже. Стали попадаться большие ветвистые яблони с белыми листьями и ярко-красными плодами. Когда я проходил под одним таким, я вдруг понял, что на них поспевают не яблоки. Этими плодами оказались сердца. Натуральные человеческие сердца, слегка подрагивающие и сжимающиеся. По ним ползали белые бабочки, которые слизывали с этих «фруктов» красную жидкость, очень похожую на кровь.

— Сейчас сезон, — заметила Боа, — а то к этим деревьям лучше бы не подходить. А так моль сытая и поэтому никакой угрозы не представляет. Чем и пользовались эти мерзавцы, — девушка ткнула стиком плетущегося рядом Шило.

— Мамзелька, ты полегте. А то счас развязусь и устрою тебе тыканье.

— Сейчас до кляпа доболтаешшься, животное, — высокомерно заявила девушка.

Я почесал правую руку Девяткой и спросил:

— Слушай, а не поздновато мы идем? Вроде как стемнеет скоро.

— В смысле? — не поняла девушка.

— Ну закат вон. Солнце зашло, скоро наступит ночь. Хотя, чего-то оно долго заходит…

— В каком смысле «Солнце»? — еще больше удивилась она. — Как зайдет?

— Я чувствую, что я чего-то не понимаю…

— Нету тут у них Сонца, — вставил Шило. — И ноти нету. Всё время сумерки. Не видно ни черта.

— А расскажи мне про Солнце! — девушка оказалась рядом со мной и приобняла меня за правую руку. — Какое оно?

От нее пахло пряностями и кожей.

— Ну какое. Так и не скажешь, когда оно светит, на него смотреть невозможно. И постоянно от него идёт тепло. Оно очень красивое на рассвете и на закате. А ты что, никогда не видела Солнца?

— Ни разу, — отрицательно покрутила головой девушка. — Даже в этот раз эта ссстерва Вайпи не дала мне посмотреть на свет. А что такое закат?

— Я даже не знаю, как тебе это рассказать, это довольно обычное явление. Солнце летит по небу, а потом падает за горизонт и наступает ночь.

— Как ночь?! У вас там Солнце не всегда светит?

— Да нет, ты что. Сгорело бы всё. Наверное…

— А чего они мне тогда говорили?! Вот же мерзавцы! Говорили, Боа, никому из вас нельзя в Полуденный План, ты сразу умрёшь. Там вечное Солнце! Какая же я дура!

Девушка откровенно расстроилась. Потом она внимательно посмотрела на меня:

— Покажи правую руку!

— Зачем тебе?

— Закатай рукав, покажи руку. Ты всё время чешешься.

— Вот и я думаю, — вставил Шило, — чего Спион все время чесытся и чесытся. Дурную болезнь подхватил сто ли?

— Да болит рука чего-то. Меня твоя сестренка укусила, когда я ее хватал.

Глаза у девушки расширились, она схватила меня и задрала рукав плаща. Моя правая рука представляла из себя жуткое зрелище. Черно-красное месиво, из которого сочилась пагуба. Место укуса опухло и приобрело уж совсем неестественный тёмный оттенок.

— Это что?

— Яд, — задумчиво прошептала Боа. — Эта гадина тебя отравила.

— Ох ты з ёскин-коскин! — заявил Шило заглядывающий из-за плеча. — Ха! Карачун тебе, спионская морда.

— Уймись, свинка, — сказал я ему.

— Эй! Чё свинка сразу! Сам ты свинка!

— Слушай, Боа, какой яд? У меня нет крови. По классификации я вообще автоматон-некрофаг.

— Вот поэтому ты еще жив. Хотя, не думаю, что это надолго, — девушка ногтем провела по черной ране, и от моей руки отвалился кусочек размером с монету.

Я открыл параметры.

Дебаф: Отравление ядом Сумеречной змеи

Снижение Жизни на 80 % (для некрофагов 20 %)

Каждые десять минут в игре вы теряете 10 % хитпоинтов (для некрофагов 2 %)

Реакция, атлетика и умения снижены на 20 %

При смерти персонажа эффект отравления уменьшается на 20 % и пропадает после 5-го перерождения