Неправильная ведьмочка, или Некромант на задании (СИ) - Никитин Виктория - Страница 17

— Тут пять — невозмутимо ответила она мне, ни на секунду не сбившись с ровного тона. Золотая нить, три кости из крыла ворона, перевязанные волосом из хвоста лошади вороной породы, живая лаванда и корень мандрагоры.

— Безумное сочетание, лаванда и золото — это жизнь, кости воронов и мандрагора смерть, а лошадиные волосы вообще во здравие используют. — негодовала я, пытаясь понять логику сбора оберега.

— Не хватает только черепа полевой мыши, сушёные внутренности кролика, вербена, кедр и жимолость и получился бы…

— Защитный артефакт — Радомир закончил фразу за Емельянова, на что тот зло посмотрел на собрата по цеху, но Радомир не остался в долгу, не собираясь скрывать своего мнения по поводу присутствия постороннего.

Я же внутренне поморщилась от перечисленного сочетания ингредиентов, у этих ведьмаков всё не так у людей, а черепа и внутренности не редко были основными ингредиентами для их «артефактов». Но что уж тут судить, по сравнению с некоторыми некромантическими ритуалами, где в ход шла свежая кровь — это ещё цветочки. Лишь Илона сохраняла невозмутимое спокойствие.

— Что со свойствами? — Никита ловко вклинился в теоретическую дискуссию.

— Пусто — коротко ответила Илона.

— В смысле пусто?

— Оберег пуст. Ингредиенты, остатки заговора, остатки нитей силы ведьмовской и ведьминой, и больше ничего. Это пустышка.

— Но… — я растерянно моргала, пытаясь осмыслить услышанное.

— Надеюсь, с этими станет что-то понятнее. — Радомир кивнул на два других Хранителя, лежащих в стеклянных ящиках с защитными символами.

— Когда ты открыла его… — начал было Никита, но я перебила его.

— Это не магия, ведьмачество работает по-другому.

— Что произошло, когда вы открыли его? — вмешался в разговор Емельянов.

— Всё описано в материалах дела, которые Вы получили ещё вчера. — ответил ему Никита.

Дальнейшее препирательство было лишено всякого смысла, и мы угрюмо молчали, наблюдая за работой Илоны и Радомира. Меня и Емельянова к Хранителям не подпустили, статус не тот, а моя некромантия могла лишь создать помехи, даже несмотря на защитные заклинания, которые опутывали комнату. Но ничего нового или интересного мы так и не узнали. Разные ингредиенты, разные руны, один и тот же материал замши, отрезанный от одного куска, одни и те же нитки, скорее всего из одного мотка, но оба оберега-артефакта оказались пусты. Никакой эманации силы, никаких видений и остаточных явлений смерти или жизни, ничего.

Никита негодовал, я терялась в догадках, а Емельянов строил теории, периодически препираясь с Радомиром. А вот Иван и аналитики Марк и Лёша порадовали, дело начало обрастать деталями, а жертвы информацией. Появилась первая реальная зацепка: красная шкода, принадлежащая Олегу Захару, жертве номер шесть. Её описали коллеги Егора Кротова и Вадима Антохина, жертвы номер четыре. Именно по этой ниточке мы и решили копать дальше.

— 9-

— Почему Цербер? — в тишине машины мой голос прозвучал как-то слишком требовательно, а не беззаботно, как предполагалось. Сказывалось нервное напряжение сложного дня.

— Потому что страж мира мёртвых — с улыбкой в голосе ответил Никита.

Через час после того, как мы покинули главное отделение, он наконец успокоился и теперь расслабленно вёл машину, даже музыку включил.

— Да ладно! — я фыркнула, не собираясь скрывать своего мнения по этому поводу.

— Что?

— Банально!

— Почему?

— Ну как же, некромант, маг смерти и ЦЕРБЕР, страж мира Мёртвых! Это же… Это же… Банально!! — я всплеснула руками, поддерживая своё негодование.

— А по мне логично. Некромант — смерть, Цербер тоже из той же оперы. Прямая логика.

— В этом то и суть, обычная… простая… прямая логика. Банально!

— Тебя забыл спросить — фыркнул он в ответ. — Чем тебе Цербер не угодил?

— Он неправильно реагирует на меня.

— Тренировки. — Никита пожал плечами.

— Инстинкты не утопишь под дрессурой. Я ведьма, а он обычная собака.

— Ты неправильная ведьма, а он хорошо натренированная собака, послушная и верная.

— Сам ты неправильный — я еле сдержалась, чтобы не показать этому … Этому… Нехорошему человеку язык. И лишь понимание того, как глупо и по-детски это будет выглядеть удержало меня от опрометчивого поступка.

— А-ха-ха. Я-то как раз обычный, простой некромант, чуть сильнее некоторых, но ничего необычного.

Этот зараза ещё и смеётся надо мной?!

— А фешенебельная квартирка и домовой? — не осталась я в долгу.

— Наследство — Никита снова пожал плечами, как бы говоря, что тут не о чём разговаривать.

— Зачем секретность с Драгомиром?

— Не хочу, чтобы о нём узнал Емельянов.

— Почему?

— Не хочу лишних вопросов. — сухо ответил Никита, закрывая разговор.

Я подняла брови, показывая своё мнение насчёт его скрытности, но в итоге каждый имеет право на личное пространство.

— Приехали — уведомил меня Черновский спустя двадцать минут.

Неприметный двор спального района не отличался от десятка других разбросанных по всей Москве. Когда-то салатовый дом с облупившейся штукатуркой, горстка полупьяных мужиков у подъезда, припозднившиеся подростки на детской площадке. Машина Емельянова припарковалась рядом, и мы молча вошли в пахучий подъезд. Восьмой этаж, металлическая дверь без номера и неровный полумрак квартиры.

— Антуражненько — хмыкнула я, рассматривая шаманские бубны на стенах, колоды карт таро, картины с пентаграммами, платки с обережной вышивкой, поддельной кстати, старинные книги с ритуалами и остальные разности, которые можно было отнести к разряду «магия».

— Хм… — Никита многозначительно посмотрел на меня, намекая на мой собственный маго-дизайн квартиры.

— Что? — фыркнула я в ответ — Я не таскаю к себе «клиентов».

— Вот после такого мы удивляемся всему бреду, который придумывают нуллы9 про нас. — скривился Емельянов, рассматривая квартиру Захарова.

Вот от него не получилось отделаться, попытка сбежать из отделения, позабыв там Емельянова, не увенчалась успехом и догнав нас на парковке, он просто поехал следом.

— Что мы тут ищем? — спросила я Никиту, проигнорировав замечания Емельянова, слово нулл неприятно резануло по слуху. Никогда не любила тех, кто превозносит себя над обычными людьми, лишь из-за того, что у него есть сила.

— Что-то, что позволит понять связь между этими тремя.

— Но Лёша сейчас потрошит всю их переписку, а Марк перетряхивает их прошлое через мелкое сито. Что можем обнаружить мы, если тут уже покопались наши эксперты?

— Но у них не было тебя. Я надеюсь, что ты сможешь найти что-то ещё. Что-то, что мы не заметили в первый раз.

Я скептически встретила ответ Никиты, кажется, он на самом деле вознамерился произвести меня в ранг сканера. Да, только я чувствовала Хранителей в Пустоте, но тут не Пустота. Кинув недовольный взгляд на Никиту, и сдержав крутившееся на кончике языка проклятие, я обратилась к пространству.

Захаров превратил свою однокомнатную квартиру в безвкусную пародию на «экстрасенса», перемешав всё, что только можно было перемешать, начиная от шаманских культов северной тундры, и заканчивая древними майя. Такое можно было бы ожидать от повёрнутого на магии и фэнтези ролевика, но никак не от мага с лицензией, принятого в клан. И куда только смотрели ребята из группы зачистки? Обычно они не позволяют порочить доброе имя магического мира и строго следят за таким произволом. Мы хоть и скрываем наш мир, но всё же стараемся не обманывать людей, хотя в век процветания фэнтези и свободы самовыражения удержать хоть какие-то рамки всё сложнее и сложнее. Чует моё сердце, недалёк тот миг, когда правительство официально объявит о существовании магии. Но не сейчас.

Выпустив наружу своё ведьмовское чутьё, я медленными шагами начала обход по комнате. Настоящие шаманские бубны, оба до сих пор вибрировали силой, и откуда только он их взял? Висящие рядом два лианных полотна с обережной вышивкой тоже оказались с сюрпризом. Вышивка обычная, без ведьмовского заговора, а вот лён оказался старинным, и в нём до сих пор присутствовали нити старинного наговора, наложенного на материал. Наговор простенький, на здравие, не завершённый, но начатый качественно. Стеллаж с книгами, статуэтками, оберегами и артефактами, представлял собой странную коллекцию чего только можно. Каждая вещица обладала толикой силы, в основном что-то простенькое или же банальное скопление энергии сквозь время, оставленное отпечатком ауры владельцев, ничего сверхъестественного. Лишь статуэтка Будды и медный амулет-артефакт с вороньим пером представляли хоть какой-то интерес. В столе также оказалась куча мелочей с лёгким налётом силы, карты таро правда были заговорены по всем правилам, в этом зачёт, а вот ряд кристаллов оказался искусственной подделкой и скорее всего служил антуражным украшением. Ковёр над диваном был старым и оказался оберегом на богатства, слабым, но всё же правильным.