Дитя Зла (СИ) - Химченко Павел - Страница 62

— Ты не устала? — его голос прозвучал неуверенно.

— Признаться, есть немного. Ты сделал много больше, чем ожидала я.

— Получается, я тебя впечатлил?

Мовиграна взяла паузу, продолжая водить пальцем по шраму.

— Мне понравилось, очень.

— Хочешь сказать, что в твоей жизни было и получше? — взволнованно спросил арий.

— Это имеет какое–то значение?

— Ну не то чтобы совсем уже имело, но мне лично это важно.

Женщина тихонько хихикнула.

— Хорошо. Я скажу так: мне не с чем сравнивать эту ночь.

— Хочешь сказать, что я у тебя первый?

— Что сказать хотела, то сказала.

— Сейчас, перефразирую. А… Другими словами, в твоей жизни такого ещё не было?

— Не было.

Столь короткий ответ произвёл целую бурю эмоций в душе Алистера, его самооценка взлетела до небес, пробиваясь в саму правь.

Мужчина снова начал улыбаться как дурачок, безмерно радуясь своим успехам.

— Дорогая, я всё хотел спросить, да вот не было момента, а вопрос мучителен.

— Спрашивай.

— Ночью, перед битвой, ты принесла мне меч великого князя, который потом очень удачно помог нам пройти в столицу. Как ты раздобыла его? Ведь накануне сражения я видел его на поясе Всеволода, когда днём ранее вёл с ним переговоры.

Мовиграна вновь хихикнула, подняв на Алистера зелёные глаза.

— Неужто ты ревнуешь?

— Нет! — мужчина забегал глазами. — Не ревную, но волнуюсь. Мне интересно.

— Поверь, и ломаного гроша не стоит это история. Я пришла к нему в лагерь и обманом заполучила меч.

— Но ведь тебя могли схватить. Много кто из паладинов видел тебя в замке, Первый Мастер и вовсе лично с тобой знаком.

— Не видел ты, в каком страхе был Всеволод и как сторонился он своих же. Стоило мне попросить стражника передать регенту, что я от Морены, как он тут же принял меня тайком в своём шатре. Страх заставляет людей действовать неразумно.

— Ты представилась слугой Морены? — мужчина поднял бровь, не веря в историю.

— Да, и этого хватило. Он шёл в бой с думой о том, что сами Боги за него.

Алистер рассмеялся и погладил женщину по голове. Наступила пауза, в которой они оба наслаждались присутствием друг друга.

— Мови, скажи, а что за повязка у тебя на плече?

— Всё ты хочешь знать. Пусть это будет ещё одним секретом.

— Там что–то страшное?

— Там что–то такое, о чём хочу, чтоб ты не знал.

— У меня перед тобой нет секретов.

— Похвально. А мне позволь остаться чуть таинственной. Ведь интереснее тебе так будет, не правда ли?

— Ну… пусть так. — грустно ответил Алистер. — Хотя я бы… всё же… ай. Ты просто вьёшь из меня верёвки.

— Тебя это тяготит?

— Нет. Ну, почти нет.

Арий поцеловал в голову женщину, сильно прижимая к себе.

— Ещё есть вопрос.

— Слушаю.

— После битвы, если ты помнишь, мы оба оказались в болезненном состоянии. А на следующий день, уже во дворце, ты дала мне бурдюк с этой волшебной настойкой или отваром. Где ты её взяла?

— Это так просто. Я назвала ингредиенты и пропорции маркитанткам, они всё нашли и сварили.

— То есть, мне ты не хочешь говорить рецепт, а каким–то чуждым женщинам открыла такой секрет?

— Неужто ты и знания мои ревнуешь? Откуда столько жадности в тебе?

— Да мне обидно.

— Успокойся, Алистер. Они лишь сделали, как я сказала, но ничего не поняли и не запомнили, ведь я не раскрывала смысла сего дела. Секрет остался секретом.

— А… Ну тогда всё честно. Извини меня.

Арий замялся, пытаясь сбить неловкий момент.

— Ещё вопрос.

— А ты и тут неугомонный. — вздохнула женщина. — спрашивай.

— Игла вытягивала из великого князя жизненные силы, так? Значит, он всё равно должен скоро умереть. Ведь, когда ты с моим конём подобное провернула, ты сказала, что он будет жить на несколько лет меньше. Я всё правильно понял?

— Неверен вывод твой. Человек не зверь, иного духа он. Способен человек к тому, чтоб силы жизни восполнять. Пути есть разные, не все из них честны, как, например, такой, каким идёт дитя Морены. Великому князю, если быть честным, повезло родиться с частью духа Бога. Вы, арии, живёте долго, ваш дух силён и благодать стяжаете вы от Даждьбога; он — источник вашей силы. Обычный человек, увы, лишён таких источников, а потому и ищут оные пути другие. Великий князь восполнится, за него не переживай.

У Алистера был ещё целый ворох вопросов, но он решил помолчать, продолжая в тишине наслаждаться трепетным для души моментом, слушая ровное дыхание женщины.

— Сегодня ночью погиб Всеволод. — спокойно начала Мовиграна спустя минуту. — Дитя Морены испило крови ария и вновь сила жизни в нём искрится.

— Опять мы с этим лесом… — жалобно протянул Алистер, поглаживая её по спине. — Я так устал.

— Рывок последний тебе остался, иначе всё насмарку было.

— Но ведь мы извлекли иглу, почему лес снова угрожает нам?

Женщина поднялась с его торса и оперлась спиной на подставленную подушку. Она не прикрывала одеялом обнажённую грудь, чем снова начала раззадоривать собеседника

— Игла лишь инструмент, что силу жизни отбирал у князя. Сей инструмент растягивал её и экономным был. Сейчас испило чадо крови ария, что даст ему большой скачок в развитии и росте, хоть и краткий. Столица под угрозой, паладин. Сей меры силы хватит, чтобы на пару дней пути продвинуть лес, но двигаться он будет быстро.

— Да что ж ты будешь делать? И что теперь?

— Шанс ко спасению Славизема близок, настаёт тяжёлый час. Твой путь отныне в лес лежит.

— Я так не хочу туда возвращаться. — со страданием в голосе, ответил Алистер.

Женщина повернула к нему голову, зелёные глаза укололи нагую душу ария.

— Свернуть ты можешь хоть сейчас.

— Если я смогу остаться с тобой, то мне и даром этот Славизем не нужен.

— Не сможешь. Угроза от Морены для меня теперь реальна.

— Ты же говорила, что на твоей жизни она никак не скажется.

— То была правда, я не лгала. Но я пошла с тобой сюда и иглу из князя извлекла. Расстроила я план Богини и месть холодная меня настигнет.

— То есть, из–за того, что ты извлекла иглу из великого князя, тебя будет преследовать Морена?

— Да.

— Но как она узнает, что это ты сделала?

— Духовный след и злые духи, что в услужении у неё, о моём действии ей скажут. Пока я не мешала ей, жизнь моя в тиши́ была, но ныне под прицелом её гнева окажусь. Можно сказать, из–за тебя. — дикарка улыбнулась, сжимая уголки глаз.

— Что, опять я виноват?

Женщина рассмеялась, её грудь сотрясалась в такт смеху.

— Отчасти только. С тобой пойти моим решением было, меня силком никто не влёк.

— Значит, теперь я должен спасти не только Славизем, но и тебя? — Алистер нежно взял её за руку.

— Если кратко, да.

— Что мне нужно делать?

— Проникнуть в лес, найти Морену и убить её ребёнка. На тебя надежда.

— Одному? Ты со мной не пойдёшь? — уверенный тон сменился взволнованным.

— Теперь в него мне входа нет. Богиня стала столь сильна, что не тягаться мне уж с ней.

— Но раз она сильнее тебя, меня она и вовсе на ремни порежет.

— Нет, Алистер. Вспомни то видение, о котором рассказала София. Тот воин ‒ это ты, ты окружён великой силой, в тебе желание Богов.

— Во мне сокрыто сто даров. — продолжил арий. — Я помню твои слова.

— Сие есть истина.

— Знаешь, я снова не верю в то, что ты говоришь.

— Но ты всё ещё веришь мне?

— Да.

— Соберись, вооружись и выступи навстречу лесу. Тебе к Морене путь я укажу, и ты найдёшь её. А дальше, как решишь.

— Я не хочу тебя терять.

— Есть пути такие, какие мы не выбираем. Если не поторопишься, то потеряешь всё.

— Я люблю тебя, Мови. — Алистер подтянул к себе женщину, прижимая к своей груди.

На зелёных глазах проступила слеза, она скатилась по носу и упала на грудь ария. Алистер почувствовал слезу, которая сказала ему больше тысячи слов.

На этот раз тишина оказалась давящей, невыносимой.