Леди второго сорта - Росси Делия - Страница 6

Я предпочла не заметить недовольства опекуна, и подъехала к скособоченному секретеру из красного дерева. Своими многочисленными ящичками он удивительно напоминал шкафчики для картотеки. Интересно, что там внутри? Я потянулась к одному из отделений, собираясь узнать ответ на свой вопрос, и в этот момент боковым зрением заметила, что кольцо на пальце опекуна загорелось приглушенным красным светом, а за спиной Давенпорта мелькнул размытый белый силуэт.

– Что? – коротко спросил Давенпорт, глядя на мерцающий алым камень.

– Рэн, мы можем встретиться? – послышался низкий мужской голос, причем шел он прямо из кольца. – Это срочно.

– Ты один? – бросив на меня короткий взгляд, негромко спросил опекун.

– Да, – ответил неизвестный. – Ты дома? Я за тобой заеду.

– Я в особняке Бернстофов.

Кольцо вспыхнуло ярким светом, и в нем что-то затрещало.

– Лукас? – позвал Давенпорт.

Камень заискрил, и лишь спустя несколько секунд снова раздался голос.

– Да, я слышу, – сказал он, и мне показалось, что неизвестный чем-то недоволен.

– Приезжай, – коротко сказал Давенпорт.

– Что ж, ладно. Буду через десять минут, – с непонятным сомнением протянул баритон, и камень погас.

– Вам пора уходить?

Я почувствовала облегчение. Рядом с этим строгим и чопорным мужчиной мне было не по себе. А так, уйдет он, и я спокойно осмотрюсь, познакомлюсь со слугами, подумаю над тем, что делать дальше. Может, попробую кого-нибудь осторожно расспросить о Белле. Хотя, сделать это будет непросто. «Вы не подскажете, какой у меня характер? А что я предпочитаю есть на завтрак? А как относилась к тетушке?» Боюсь, после таких вопросов меня точно запишут в сумасшедшие, и сдадут в психушку.

– Да, пора, – брови опекуна сошлись на переносице, придав длинному лицу еще более суровый вид. – А тебе лучше подняться наверх, в свою комнату.

– Но я не устала.

– Белла, не спорь, – в голосе Давенпорта послышалось предупреждение.

Ух, какой грозный. Привык отдавать приказы, вот только я терпеть не могу, когда мне пытаются навязать чужую волю. И потом, если я сразу не поставлю себя с этим опекуном так, как нужно, то не успею оглянуться, как он превратит меня в послушную куклу.

– Я и не спорю, – спокойно ответила Давенпорту. – Просто говорю, что прекрасно себя чувствую, и собираюсь продолжить осмотр дома.

Опекун заложил руку за борт сюртука и нахмурился.

– Изабелла, – начал он, но продолжить не успел.

В открытые двери гостиной гуськом вошли пять женщин во главе с экономкой, и четверо мужчин. Они неловко, толкаясь и переглядываясь, выстроились в линейку, и уставились на меня с плохо скрытым любопытством. Присси, с которой я уже успела познакомиться, настороженно смотрела из-под полей своего странного чепца.

– Миледи, вы хотели видеть слуг, – выступила вперед Эльза. – Вот, извольте, все здесь.

Женщины несмело улыбались, правда, от этого их лица не выглядели приветливее, мужчины хмурились и косились исподлобья. Казалось, слуги не знают, чего от меня ждать, но уже заранее настроены на худшее. Что и говорить, компания подобралась колоритная.

– Думаю, вы уже знаете, что из-за падения я потеряла память, – решив не обращать внимания на недоверие прислуги, бодро заявила я. – И теперь вынуждена заново знакомиться с обитателями дома.

Я проехала вперед и остановилась перед кривой «линейкой», переводя взгляд с одного лица на другое. Люди поспешно закивали, одна женщина даже улыбнулась вполне нормальной улыбкой, а в глазах еще двоих я заметила жалость.

– Представьтесь, кто есть кто?

Я внимательно посмотрела на слуг, пытаясь понять, что с ними делать. Для меня само наличие в доме прислуги казалось странным. Я привыкла все делать сама, а тут столько работников! И мне придется жить в их окружении, строить из себя благородную леди, не способную одеться без помощи камеристки, отдавать приказы и делать вид, что я настоящая аристократка. Интересно, как надолго меня хватит?

– Я Лива, миледи, – прервав мои размышления, сказала дебелая пожилая женщина с изрытым оспой лицом, и присела в неуклюжем книксене. – Кухарка.

– А я – Роза, горничная, – поклонилась вторая, и ее маленькие глазки забегали из стороны в сторону, точь в точь, как испуганные тараканы.

– Вилма, служанка, – коротко представилась следующая. Она казалась невозмутимой и равнодушной, а ее тонкие губы сжались так плотно, словно их хозяйка опасалась сказать лишнее слово.

– Присси, камеристка, – не глядя на меня, пискнула моя «личная» горничная.

– Леа, миледи, помощница кухарки, – дрожащим голосом сказала невысокая худощавая женщина в коротковатом платье. Полосатые шерстяные чулки, выглядывающие из-под него, подчеркивали ее кривые ноги, придавая служанке карикатурный вид.

Следом назвали свои имена мужчины. Среди них оказались дворецкий, конюх, дворовый работник, и истопник.

– Очень приятно, – улыбнулась я, но, если уж быть честной, приятного в знакомстве с челядью было мало. Слуги не внушали мне доверия. Казалось, каждый из них что-то скрывает, или чего-то боится. Знать бы еще, чего.

Я продолжала разглядывать переминающихся с ноги на ногу работников, и в этот момент раздался мелодичный звон.

– Я открою? – неуверенно спросил дворецкий Петерсон, переводя взгляд с меня на Давенпорта.

Лысый худощавый старик напоминал старую клячу, и смотрел так же грустно и безнадежно. И я вдруг подумала, что ему бы на пенсии правнуков нянчить, а не двери в чужом доме открывать.

– Иди, – кивнул опекун.

Петерсон вышел, и спустя пару минут вернулся в сопровождении высокого темноволосого мужчины. Вот это фактура! Я на секунду зависла, разглядывая незнакомца. По виду, ровесник Давенпорта. Красивое, немного хищное лицо, желтые глаза с прищуром, небольшие усы над яркими губами и черные, с синеватым отливом волосы, густые, гладко зачесанные назад. Хорош. Очень хорош. Белый шейный платок подчеркивал смуглую кожу, тонкие кожаные перчатки плотно облегали крупные руки, а длинное горчичного цвета пальто и блестящие коричневые туфли придавали гостю щегольской вид.

– Темного, – кивнул незнакомец Давенпорту, и перевел взгляд на меня.

В желтой глубине мелькнул огонек. Мелькнул, и тут же погас, но я успела понять, что передо мной настоящий хищник. Нет, он умело скрывал это под идеально сидящей одеждой и налетом франтовства, но цепкие глаза и жесткие складки вокруг губ не оставляли иллюзий. «О боже, какой мужчина! – вспомнился навязчивый хит из прошлого, и я машинально «допела»: – Я хочу от него сына». Вот же бред какой!

Сообразив, что откровенно пялюсь на незнакомца, отвела взгляд и уставилась на безвольные, непривычно белые руки, лежащие на коленях. Похоже, они никогда не знали работы, вон какие пальчики нежные. Я старалась думать о чем угодно, только не о яркой, почти животной мужской харизме, которая исходила от гостя. Если бы это было так легко! Казалось, мачо заполнил собой все пространство комнаты, и я почувствовала, как тяжело стало дышать и как гулко забилось сердце. Оно все убыстряло свой бег, а внутри возникло никогда прежде не испытанное предвкушение горячего безудержного секса. Вот уж неожиданность. Даже не представляла, что умею так чувствовать. Славик в постели звезд с неба не хватал, хоть и старался. А этому даже делать ничего не нужно. Посмотрел – и все женщины в комнате, включая экономку, расплылись в блаженных улыбках, и готовы для него на все. Что это, какая-то магия?

– Леди Бернстоф, – коротко поклонился незнакомец, а у меня снова перехватило дыхание от того, каким горячим и сильным ощущалось его присутствие.

Если Давенпорт казался холодной ледышкой, способной заморозить все вокруг, то желтоглазый гость напоминал огонь, который мог как согреть, так и сжечь дотла.

Я только молча кивнула, не зная, как в этом обществе принято приветствовать незнакомцев, но тот уже забыл обо мне, и обратился к Давенпорту.

– Рэн, поехали, ты должен сам это увидеть, – сверкая глазами, сказал он. – Вернсдорф поет, как соловей, торопится сдать своих подельников. Я уверен, в этот раз мы на верном пути.