Твоё слово (СИ) - Лисканова Яна - Страница 6

Мужчину это почему-то веселило, и он старался стучать ими только громче — этот звук как будто бы резал тишину. Казалась, что его ботинки хрустят по этой противной и холодной утренней упокоенности, как по только-только появившемуся на лужах льду.

Как будто этим неуместным звуком он помогал солнцу быстрее подняться, осветить улицы, прогнать с улиц эту звенящую тишину и  наполнить красками и звуками.

Его не отпускали мысли об этой странной девочке. Она его конечно знатно повеселила своими дурными плясками, но это не отвлекло его внимания от странной одежды, странных взглядов и странных историй. Он никогда не видел таких тканей. Такого кроя. Таких ботинок. В ее речи проскальзывали слова, которые  звучали как бессмыслица. И слова, которые не могла знать простая малообразованная человечка из глубинки. Ее история была шита белыми нитками, но любой завсегдатай этого заведения легко бы в нее поверил. Кроме него. Но такого, как он, там и не должно было быть.

Дурная привычка с молодости — шляться по злачным местечкам Высокого, когда что-то гложет.

Мысли о девочке так и крутились в голове. Кто она? Откуда? Зачем здесь? Он, как ни странно, не мог ее понять, хоть и считал себя довольно проницательным. То у него складывалось впечатление, что она и правда просто попала в сложное положение и ей нужна помощь, милая чудачка с хорошо подвешенным языком и полным отсутствием чувства такта; то казалось, что она цепкая, хитрая и расчетливая и что-то вынюхивает.

Так или иначе, а присмотреть за ней стоило… 

Идеальная женщина. Что она такое и с чем ее едят? Как-то мне пришлось писать совершенно дурацкую статью «10 признаков того, что вы идеальная женщина». Как ни обидно, но отсебятину не приняли, и мне все-таки пришлось выслушивать мнение мужчин на эту тему и лазить по форумам.

Итак, идеальная женщина должна быть умной. С ней не должно быть скучно, она должна уметь поддержать начатый мужчиной разговор об особенностях рыцарской морали в эпоху средневековья или о ценности для социологиии и философии трудов Отто Вейнингера. Но всегда должна помнить, что умничающих зануд никто не любит, и не лезть в каждую дыру со своими очень важными комментариями.

Идеальная женщина должна быть независимой. Какому адекватному взрослому человеку захочется быть нянькой для другого взрослого человека? В двадцать первом веке в людях ценят финансовую и эмоциональную независимость! Но кичиться своей независимостью идеальная женщина не будет, а будет помнить, что мужчина в паре все-таки не она.

Конечно, идеальная женщина должна быть нежной. Поддержать, утешить, успокоить — это в женской природе, и когда современные дамы идут против нее, это выглядит противоестественно! И совсем не привлекает. Женщина должна уметь своей нежностью зарядить на позитивные эмоции.

Кстати, про зарядить! Идеальная женщина умеет вдохновить своего мужчину на подвиги. После общения с ней, мужчина должен захотеть покорить все доступные и недоступные вершины!..

В общем, много там еще всякой всячины было. Я совершенно искренне была убеждена, что женщины, подходящей под все критерии идеальности — просто не может существовать в природе. Я не верила, я смеялась, я злорадствовала над неудачниками, которые в своих бесплодных поисках рискуют остаться ни с чем… Но сегодня я признаю, что была не права.

Как минимум одна практически идеальная женщина все-таки существовала, пусть и не в нашем мире.

Ева.

Та, к кому и направил меня Раш в поисках жилья, отписав рекомендацию от себя на имя Евы Киныси, которая сдавала несколько комнат в своем доме. Она нашла меня с утра, прикорнувшую у ее порога, тут же повела на кухню — Ева отказалась говорить о делах с бедной замерзшей пташкой.

Так что меня напоили горячим молоком с медом, чтобы я не заболела и накормили плотно вкусным завтраком, чтобы я не отощала. И только потом, прочитав письмо от Раша и выслушав мою историю, Ева, ласково улыбаясь мне и заставляя мое сердце натурально трепетать, показала уютную комнату на чердаке и предложила договориться о цене, когда я найду работу. Видит бог, я готова была отдать ей все свои спрятанные у сердца достоинства, но все-таки была рада, что делать этого не пришлось.

Только до обеда, пока Ева проводила мне экскурсию по моему новому жилищу, к нам зашли аж трое мужчин и каждый совершенно очевидно подбивал клинья к госпоже Киныси. Она относилась к этому совершенно спокойно — не давала и намека на какой-то ответ, но была безупречно вежливой. Практически весь дом был оплетен каким-то плющом с маленькими голубыми цветочками, и когда я спросила о них Еву, оказалось, что в Империи это что-то вроде ухаживаний. Когда я поинтересовалась, кто за ней ухаживает, она развела руками со словами:

— Они никогда не исчезают, кто-нибудь всегда наколдовывает новые — я и уследить не успеваю.

Такая активность в сторону одной женщины могла бы удивить — но только того, кто не успел хотя бы с минуту пообщаться с Евой. Одной ее улыбки хватало, чтобы настроение поднялось, а все тревоги улеглись; она была потрясающе внимательна, но совершенно ненавязчива; она буквально распыляла вокруг себя какую-то волшебную атмосферу, из-за которой хотелось притащить к ее порогу мамонта; она была очевидно умна, но это ни капельки не раздражало и не настораживало; у нее были восхитительные длинные светло-русые волосы и самое прекрасное на свете лицо, которое было прекрасно из-за той, которая под ним жила, а отнюдь не из-за правильных линий и длинных ресниц, которые тоже были в наличии!..

В общем, я могла бы бесконечно перечислять, почему она практически идеальная женщина. И, полагаю, не только я.

Почему же практически, а не совсем идеальная? У нее был один недостаток, который, к сожалению тут же бросался в глаза, но который, как ни странно, все-таки никого от нее не отпугивал.

Она была бревном. В самом прямом смысле этого слова. Двухметровая деревянная кукла, к которой привязали душу и лицо. Голем.

Конечно же, я собиралась выяснить, кто создал эту святую женщину, зачем, а главное — как. Если я не смогу отсюда выбраться, может я себе мужа так создам. Но спрашивать напрямую точно не собиралась — вдруг тут это каждому ребенку известно.

Хотя я, конечно, знатно прибалдела, когда огромная деревянная женщина разбудила меня с утра. И отреагировала довольно эмоционально. Но Ева меня простила, ведь, в отличии от меня, она была воспитанным человеком! Големом, то есть.

В общем, я сидела в своей новой комнате, за которую пока могла не платить, с нарисованной картой, в которой подробно прописано, как мне дойти до издательства, в которое мне написали рекомендацию, и с кошелем денег, из которых я все-таки не заплатила ни монетки хозяину кабака, потому что вообще про него забыла и просто ушла, и радовалась жизни. Пока все складывалось очень даже неплохо.

Порадовало, что ванная здесь вполне приличная, черт ее знает, как она работает и откуда берется вода, но главное — что ее не надо натаскивать ведрами и кипятить! Одежду мне Ева почистила каким-то заклинанием, а на будущее объяснила, где можно постирать руками. Был еще вариант самой выучить схему, слова и заковыристые пасы руками, но чтобы это все стало очищающим заклинанием, а не бесполезным трепыханием, неодаренным, навроде меня, нужен магический накопитель.

Я, естественно, тут же захотела его купить, но Ева только посмеялась и сказала, что они очень дорогие, и мне лучше пока потратиться на что-то более полезное. Например, на еду.

Звучало справедливо — объедать Еву мне почему-то не хотелось. Никак не могла понять, почему — скромность никогда не входила в список моих хороших качеств. По-моему, скромность вообще не входила в список хороших качеств. Но кто бы меня слушал.

Я еще раз оглядела свою комнату. У окна стоял добротный деревянный рабочий стол, напротив шкаф для одежды, в котором пока был только комплект постельного белья, под скатом крыши — кровать. Для того, чтобы сказать, что жизнь прекрасна, оставалось только одно — устроиться на знакомую и любимую работу.