Новогодний Подарок (СИ) - Лав Нинель - Страница 45

— Спрашивайте, — мальчик сник — Инна видела это по опустившимся уголкам губ, но и это ее не остановило.

— Расскажи мне о его привычках, — как можно мягче попросила она, с трудом подавив в себе желание погладить «сиротку» по голове.

— Привычки — это когда руки в карманы засовываешь? — поднял голову Витя Ватутин.

— Не только, — усмехнулась Инна и, чтобы поднять настроение мальчику, пошутила, — еще, когда в носу ковыряют. Твой папа в носу не ковырял?

— Не-а, — улыбнулся Витек, помня за собой такую «дурную» привычку.

— А ногти твой папа не грыз?

— Ногти не грыз — он чертиков рисовал. Когда о чем-то думал, то всегда на листочках чертиков рисовал — я ему в это время всегда дневник подсовывал. Он его, даже не проверяя, подписывал — так задумывался. А однажды вместо своей подписи чертика в дневнике нарисовал — училка тогда ругалась!

— А какие были чертики: смешные или страшные? — заинтересовалась Инна.

Мальчик на минуту задумался — лицо его стало совсем серьезным.

— Разные, — наконец, ответил он, — одни чертики веселые с цветочками или корзиночками с грибами, а другие страшные с мечами и дубинками. — Витя немного повздыхал, вспоминая. — Когда чертики на листочках были страшные, я дневник папе не подсовывал, а тихонечко уходил из кабинета — если к нему в это время приставали, то папа всегда кричать начинал, ругался, что ему мешают работать в собственном доме.

— С чертиками понятно. Вить, а как ты думаешь, — Инна старалась разговаривать с мальчиком, как со взрослым, чтобы показать ему важность своих вопросов, — существуют на свете люди очень похожие друг на друга — только не родственники, а совершенно посторонние люди?

Разговор становился очень интересным, и марки на время были забыты.

— Это, как в фильме: «Двое — я и моя тень»?

— Да, — подтвердила Инна, вспоминая фильм про двух девочек, — как в этом фильме.

— Думаю, бывают, — очень серьезно ответил Витек. — Вот бы мне встретить своего близнеца!

— Двойника, — поправила Инна. — Если люди похожи, но не родственники, их называют — двойниками.

— Ну, двойника встретить! Представляете, Инна Павловна, как здорово бы было — он бы за меня в школу ходил, уроки учил…

— Стоп, стоп, стоп! — остановила Инна полет фантазии мальчика. — Такое уже было — в «Электронике». Ничего хорошего из этого не получилось. Помнишь?

Вздохнув, Витек кивнул головой и насупился — и помечтать не дали.

Видя его расстроенную физиономию, Инна решилась.

— Я открою тебе один очень большой секрет, если ты поклянешься хранить его в тайне.

— Какой секрет? — в глазах мальчика загорелось неподдельное любопытство.

— Большой секрет.

— Страшный?

— Скорее взрослый, — уточнила Инна. — Клянешься хранить его в тайне, пока я не разрешу его рассказывать?

— Клянусь! — «на полном серьезе» пообещал мальчик.

— Тогда слушай! — Инна приблизилась и перешла на шепот. — Один мой знакомый поехал отдыхать на Черное море…

— Как мы? — попав под очарование секретности, тоже шепотом спросил Витек.

— Не перебивай! На море он загорал, купался и вдруг встретил одного человека… Человек этот был очень похож… на твоего папу.

— На папу? — лицо мальчика вытянулось от удивления.

Инна немного помолчала.

— Вить, ты уже большой и, конечно, понимаешь, что твой папа погиб в автомобильной аварии и этого уже не изменишь, и понимаешь, что этот человек, которого встретил мой знакомый, просто очень похож на твоего папу… Просто очень похож! И если мы, гуляя по городу, вдруг тоже встретим этого человека, то ты не должен кричать ему «папа», бежать к нему навстречу и кидаться ему на шею — ты должен помнить, что это совершенно посторонний человек, очень похожий на твоего папу. Просто очень похожий и все!

— Я понял, просто похожий… — кивнул головой мальчик.

Инна попыталась придать всему «веселому путешествию» форму игры.

— Представь себе, что мы с тобой разведчики…

— Как дядя Сережа?

— Куда нашему дяде Сереже до нас! Он кто? Секретный строитель. А мы с тобой настоящие шпионы и выслеживаем похитителя настоящих бриллиантов!

— И этот похититель сделал себе пластическую операцию и стал похож на моего папу? — тут же включился в игру мальчик.

— Точно! — одобрила Инна его фантазию и пожала ему руку. — Вить, да ты настоящий писатель — вон какую шпионскую историю придумал! Я бы так не смогла.

Мальчик приободрился — глаза его загорелись сыщицким азартом.

— Не боись, тетя Инна — мы его выследим и вернем украденные бриллианты!

С этой минуты они по настоящему подружились, ибо были связаны общим секретом — только к секрету они относились по-разному: Инна — как к вынужденному обману: ей придется изо дня в день вместо отдыха таскать мальчика за собой, расспрашивая всех о Ватутинских землях, а Витек — как к опасному увлекательному приключению, которое, впрочем, закончится для них весьма успешно: они всех «плохих» обязательно победят и вернутся домой в лучах славы и с «кладом» в руках.

46

Одновременно с выяснением поездки Тайнинцева в Турцию Федин вел поиски художницы — он считал, что найди он Веронику Беляеву, автоматически раскроется дело об убийстве Ватутина. То, что Ватутина убили из-за денег, не вызывало у Федина никаких сомнений — продав недвижимость и сняв все деньги с банковских счетов на руках у Ватутина оказалась астрономическая сумма — знали об этом многие, а убить могли и за гораздо меньшую сумму.

Поэтому Федин так упорно искал известную в определенных кругах художницу: она должна была быть в курсе происходящего и знала ответы на многие вопросы: в частности, куда и зачем они с Ватутиным так спешно уезжали в новогоднюю ночь — в ночь, из которой один из них не вернулся.

Но его поиски художницы ни к чему не привели — Веронику Беляеву он не нашел: друзья и коллеги «по цеху» ничего о ней не знали (даже так называемые «лучшие подруги» не знали) — женщина бесследно исчезла.

Федин уж было отчаялся, но, просматривая списки пассажиров, улетающих в Турцию четвертого января, неожиданно наткнулся на знакомую фамилию — сердце сыщика радостно екнуло: вот она удача! — Вероника Арнольдовна Беляева улетела в Турцию тем же рейсом, что и бывший личный телохранитель Ватутина. Улетали они одним рейсом, только художница летела первым классом, а Тайнинцев эконом классом. Когда Федин просматривал списки пассажиров, возвращающихся из Турции двадцать седьмого января, пальцы у него подрагивали от волнения: Ивановский, Лосева, Мальцев, Александров… Ага! Беляева и Тайнинцев! Возвращались они тоже вместе!

Совпадение?

В такие совпадения Федин не верил, и распространенная версия о сговоре любовницы и личного телохранителя против богатого бизнесмена тут же возникла в голове сыщика. Возникла, закрепилась и потребовала тщательной проверенного основания — ведь роман у Вероники Беляевой был с солидным преуспевающим бизнесменом: они везде появлялись вместе, а не с молодым охранником, который просто сопровождал бизнесмена. Но, как говориться, любовь зла и вполне возможно, что за спиной бизнесмена любовница и телохранитель крутили другой роман, о котором никто не подозревал?!

Проверяя возникшие подозрения, Федин выяснил, что оба тура в Турцию заказывались в одном агентстве. Оператор проверила по компьютеру заказы и дала Федину список людей, заказавших туры в этом же агентстве с первого января: их было всего десять человек, в том числе Тайнинцев и Беляева. Из этих десяти человек только пятеро вылетали четвертого января одним и тем же рейсом, остальные вылетали в другие дни. Молодую супружескую пару Федин отбросил сразу и сосредоточился на двоих: Тайнинцеве и Беляевой. Мальцева Святослава Артемовича, тоже летевшего первым классом, но сидевшего не рядом с Беляевой, Федин решил проверить за компанию — по инерции так сказать. Проверил, и оказалось, что вся троица возвращалась из Турции одним и тем же рейсом двадцать седьмого января — только на этот раз места у Беляевой и Мальцева были рядом.