Новогодний Подарок (СИ) - Лав Нинель - Страница 43

Но как же тогда Ватутин с машиной оказался на Пятницком шоссе в новогоднюю ночь? Значит, он все-таки куда-то поехал… Но куда и с кем?

На эти вопросы Иван ответить не мог: из Беляева он поехал домой и больше уже из дома не выходил — ну, разве что по просьбе матери выбегал в магазин за недостающими продуктами и горячительными напитками.

А вот отсутствие личных вещей Ватутина в его загородном доме водитель доходчиво объяснил.

— Георгий Рудольфович уже давно перевез часть вещей на Бутлерова — глупо ездить каждый раз в загородный домой, чтобы переодеться. Он привык держать свою одежду всегда под рукой: в офисе в его личной комнате отдыха, смежной с кабинетом, в шкафу висят несколько костюмов, куча рубашек и галстуков. Даже носки и трусы новые имеются — я сам видел.

Последний вопрос следователя об искусном курильщике поставил Ивана в тупик.

— Кто-то делал такой фокус с сигаретным дымом, но так сразу не вспомнить…

Федин ухватился за эту ниточку и начал «крутить-вертеть» забывчивого свидетеля, задавая наводящие вопросы и заходя с разных сторон. Его усилия не пропали даром, и водитель вспомнил, таки, кто показывал такой фокус с дымными колечками.

— Я у Георгия Рудольфовича водителем около двух лет работаю, а до меня Олег работал — вот он был мастер сигаретные кольца пускать. Многие ребята пытались у него научиться, но научились только двое: Игнатьев и Тайнинцев.

— А разве Тайнинцев курит?

— Только когда волнуется.

— !!!

«— Значит, при допросе в моем кабинете Тайнинцев волновался, — мысленно отметил про себя Федин сей неожиданно возникший факт. — Почему?»

Записав в блокнот показания водителя и возникшие в связи с ними вопросы, Федин «взялся» за секретаршу

Припертая к стенке, Настасья для приличия немного поотпиралась, но, в конце концов, призналась: да, связь с Ватутиным была, но очень недолгая.

— Георгий Рудольфович меня на все мероприятия водил: на тусовки, на корпоративные вечеринки, на презентации всякие. Вот на одной из таких презентаций он и познакомился с этой женщиной. Потом мы встретили ее на художественной выставке какого-то модного модерниста — я ничего в этом не понимаю, а Вероника взялась объяснить Георгию Рудольфовичу суть выставленных в галерее картин — она ведь тоже художница. Может, слышали — Вероника Беляева?

— К сожалению, не слышал, — Федин еще раз записал в блокноте имя любовницы Ватутина и отметил ее профессию, написав слово «художница», и вновь обратился в слух.

— Я тогда и не предполагала, чем может закончиться это случайное знакомство: ведь она намного старше меня! На целых десять лет!

О том, что возраст женщины в серьезных отношениях для многих мужчин не имеет такого уж важного значения, Федин решил умолчать, чтобы не настраивать девушку против себя.

— Давно продолжается эта связь? — сухо спросил он, акцентируя внимание Настасьи на официальности разговора.

— Около года — прошлый Новый Год мы с Георгием Рудольфовичем были еще вместе…

Настасья вздохнула — она жалела о потерянных отношениях, хотя и предполагала, что они закончатся именно расставанием, но не так скоро.

— А что вы можете сказать о жене Георгия Рудольфовича?

— Знаете, как в фильме: «квашня квашней» — она ничего не делала, чтобы помешать мужу ухаживать за другими женщинами. Ну, разве что деньги платила за доносы.

— Кому платила? — поинтересовался Федин.

— Да всем, — пренебрежительно фыркнула секретарша, — водителям, телохранителям, секретарям — мне тоже платила.

— И все доносили?

— Так, по мелочи.

— Как-то не очень честно по отношению к Валентине Николаевне, — попытался следователь усовестить девушку.

— Почему? — искренне удивилась Настасья — урок «старшего товарища» прошел впустую. — Мы Георгию Рудольфовичу обо всем честно рассказали — он посмеялся над своей женой и сказал, что это наши премии за верность. Если бы кто-то рассказал о нем его благоверной, то вылетел бы с фирмы и уже приличной работы не нашел бы.

Федин все тщательно записал и задал вопрос, вроде бы не относящийся к разговору.

— Вам понравилось в Таиланде?

— Где? — удивилась Настасья.

— Ваша мама сказала следователю, что вы ездили встречать Новый Год в Таиланд.

— А, вы об этом, — уличенная во лжи, девушка совершенно не смутилась. — Я так маме сказала, чтоб не приставала — куда поедешь, да с кем поедешь.

— Понятно — конфликт поколений.

— Еще какой! Требует отчитываться, словно я маленькая девочка, а у меня своя личная жизнь: за мной с серьезными намерениями ухаживает высокопоставленный чиновник из Министерства Финансов — вот с ним я и встречала Новый Год у него на даче! Можете у него спросить.

— Если понадобится подтверждение вашего алиби — обязательно спрошу. Анастасия, теперь я задам вам очень важный вопрос и постарайтесь ответить на него правдиво… Зачем вы тридцать первого декабря ездили на улицу Бутлерова и что вы там видели?

Опустив глаза, девушка нахмурилась — признаваться в своих чувствах и открывать свою душу постороннему человеку было неприятно.

— Ладно, записывайте, — после короткого молчания решилась Настасья. — Утром я случайно услышала разговор Георгия Рудольфовича с какой-то женщиной — имени он не называл, и это меня заинтриговало и обрадовало одновременно: вдруг, думаю, он изменяет своей художнице, а это значит, что намерения у него не серьезные, и он ее скоро бросит — у меня снова появлялся шанс быть с ним вместе. Из разговора шефа я поняла, что он собирался с этой женщиной куда-то уезжать: Георгий Рудольфович несколько раз повторил, чтобы она была полностью готова к шести часам, и адрес назвал, куда придет машина — вот я и решила посмотреть, с кем это он собрался отдыхать.

— И с кем же?

— Да со своей художницей и поехал! Они как встречались в своем любовном гнездышке, так и продолжали встречаться — а я, то подумала, что он стал приводить туда другую женщину, но ошиблась. Я подошла к дому на Бутлерова около шести — Танк последние чемоданы в «Мерседес» затаскивал.

— Танк? Вы имеете в виду Тайнинцева — личного телохранителя Ватутина? — удивленно переспросил Федин — по словам телохранителя в это время он уже спал дома.

— Ну да… — не очень уверенно подтвердила секретарша и после короткого раздумья добавила: — Только на улице уже темно было, и близко к ним я не подходила: боялась, что заметят. Возможно, я и ошиблась — утверждать не берусь, но по фигуре человек, севший за руль «Мерседеса» был очень похож на Никиту.

Пометив в блокноте заняться розысками бывшего телохранителя Ватутина, Федин поднял голову, готовый слушать продолжения рассказа Настасьи.

— Что было дальше?

— Да ничего особенного, — поскучнела секретарша — ей вдруг до чертиков надоело говорить об упущенном любовнике — сколько ни говори, назад его не вернешь. — Они сели втроем в машину и уехали.

— А куда?

— Этого я не знаю.

Сведения о третьем участнике «побега» очень заинтересовали Федина — с появлением его дело начало проясняться: значит, Георгий Рудольфович Ватутин в Новый Год не остался в своей квартире на Бутлерова, как говорил водителю, а поехал куда-то с Вероникой Беляевой и кем-то третьим, очень похожим на Тайнинцева.

Попрощавшись с Настасьей, Федин поговорил с другими сотрудниками фирмы, но ничего нового не узнал: двойная жизнь шефа не была тайной для подчиненных, но Ватутин ни с кем из подчиненных не откровенничал и в свою жизнь не впускал. Правда, одна деталь в разговоре с начальником охраны насторожила Федина: мужчина нелестно отозвался о личном телохранителе Ватутина — мол, парень нахальный и не обязательный: в положенное время после «новогодних каникул» на работу не явился, а через несколько дней прислал факсом заявление о своем уходе.

Федин полистал блокнот и перечитал свои записи, сделанные во время беседы с Танком — им особо были отмечены день вылета Тайнинцева в Турцию и день его возвращения: четвертого и двадцать седьмого января — эта спонтанная поездка Тайнинцева в Турцию следователя заинтересовала. Заинтересовал не сам факт поездки, а то, что Тайнинцев уехал на столь долгий срок, не предупредив никого из начальства и не позаботившись о дополнительном отпуске (ведь официальные «новогодние каникулы» заканчивались тринадцатого января). Не предупредил, хотя билеты заказал туда и обратно, а значит, знал, что вовремя на работу не выйдет. Но, похоже, особо не переживал по этому поводу. Почему? И еще заинтересовала эта поездка Федина потому, что после нее, вернее, во время нее, Тайнинцев решил уволиться с работы. Почему? Другой работы у него пока нет — болтается парень без дела, собирается ехать за границу искать работу, а почему бы ему это время не поработать на фирме… Что могло произойти там заграницей, подвигнув его к увольнению? Или это произошло гораздо раньше — до поездки и, уезжая в Турцию, Тайнинцев уже знал, что уволится с этой работы, и особо не волновался из-за задержки.