Небожитель (СИ) - Светлый Александр - Страница 51

Хитрость, заигрывания с аборигенами, насаждение своих мелких князьков и верховных правителей, где это только возможно, многие другие уловки, вроде применения странных, немагических, но очень разрушительных поделок аборигенов с третьего, пятого и девятого этажа, постоянное возвращение в случае неудачи через потомков, дало «тёмным» преимущество и поставило «светлый» лагерь под серьезный удар.

В свете последних событий, с одобрения и по настоянию Мифаила, Габриэль собирался отправиться в Песочницу, но так как боялся, что Зеркало Судьбы лишит его силы, желал воспользоваться Порталом Видящих, позволяющим спускаться на любой нижний этаж, включая Песочницу напрямую, но требующего согласия пятидесяти одного процента сильнейших Небожителей.

Получить его было возможно, так как далеко не все места в ТОП-100 сильнейших занимали герои. Пусть Мифиаил и подвинул аборигенов, они продолжали занимать большинство мест в рейтинге. За героями числилось всего тридцать пять мест, «светлым» принадлежало четырнадцать, «темным» — двадцать одно. Даже если все «темные» проголосуют против, шанс получить доступ к Порталу Видящих был всё равно велик. Небожители-аборигены с интересом наблюдали за противоборством героев, и желание кого-то из них отправиться в Песочницу, сулило интересный поворот событий.

Правда, собрание и голосование Небожителей прошло не так, как ожидал Мифаил и Габриэль. «Темные» не выступили против, но для обеспечения безопасности своих сторонников, выдвинули требование, чтобы в Песочницу, в тёмную зону отправится и их представитель. Так сказать — и вашим, и нашим.

Мифаил тут же выступил с заявлением о замене представителя. Габриэль был слишком слаб по сравнению с посланником «тёмных», ведь они отправляли Люцифера, твёрдо закрепившегося на одиннадцатой позиции в ТОП-100. Пусть и скрепя зубами от негодования, что её мнения никто не спросил, от «светлых» для отправки в Песочницу выдвинули Немезиду с десятой позиции.

Жрец-маг против друида-оборотня-убийцы с целой армией карманных духов и живым питомцем драконом, на которого не действует большая часть огненных и многих других заклинаний — не совсем равноценные посланники. Если бы на Арене Небожителей можно было использовать живого питомца, Люцифер давно бы сидел на первом месте ТОПа, но там дествовали свои правила и ограничения. Поэтому-то сам Мифаил спускаться в Песочницу не решился. Мало ли из-за чего погиб легендарный даос. Может там и без Люцифера опасно. Никто в это, конечно, до конца не верил, но скоро тёмный друид и его несокрушимый Древний черный дракон растаяли в червоточине Портала Видящих.

Немезида всерьез подумывала выйти из числа сторонников Мифаила. Да, она была ему должна за помощь на арене. Она знала слабые и сильные стороны всех противников-аборигенов и «тёмных» благодаря ему. Да, комплект легендарных доспехов на ней был собран с большой помощью Мифаила и других союзников из ТОП-10, но это еще не значило, что они могут распоряжаться ею, как прислугой.

Куда ей тягаться с Люцифером? Женщина откровенно боялась этого маньяка. Не зря друиды двигались по рейтингу арены вверх, как на скоростном лифте. Все эти духовные прислужники были тем ещё читерством. Пока не убьешь самого владельца, их не остановить. Нет, уничтожить их конечно можно, но слуги могут бесконечно возрождаться, пока у владельца есть запасы духа. Это уже не дуэль, а сражение в одиночку против целой армии. А если духов-помощников не один, а сразу несколько призвано?

Хоть у Люцифера, по секретным сведениям, сильных и достойных внимания духов было всего лишь три, остальные так, мелочёвка, но попробуй пробиться через них и достать самого друида. Ведь запасы маны у жреца далеко не бесконечны. А ещё этот Древний черный дракон! Он сильнее любого героя один на один. Это вообще законно? Короче, Немезида почувствовала себя очень плохо, когда союзники решили направить её. Честно говоря, когда она голосовала за отправку, то была уверена, что раз не Габриэль, то сам Мифаил пойдет усмирять Люцифера, но он вдруг указал на неё и никто не посмел ему перечить.

Испытывая настоящую панику, но стараясь не подавать вида, женщина облачилась в свои лучшие, легендарные доспехи и подошла к излучающей фиолетовое свечение червоточине вплотную. Набрав полные легкие теплого, сладковатого воздуха мира Небожителей, она шагнула в портал и оказалась на пьедестале Небожителей, специальном постаменте перед Храмом Культа, посреди шумного и людного Тристрама.

Часть 26 Немезида

Немезида впервые попала в Тристрам шестьсот пятьдесят лет назад, задолго до того, как он был полностью разорен и разрушен кровожадным Асурой. С тех пор, город изменился до неузнаваемости. А вернее было бы сказать, что это был уже совсем другой город, без широких, мощеных красным гранитом проспектов, прекрасных, тенистых скверов и дарящих свежесть и приятную прохладу фонтанов, величественных, каменных башен, храмов, усадьб, акведуков и искусственных, водных каналов с множеством уникальных по форме и конструкции мостов.

Новый Тристрам оскудел и измельчал. Его улицы стали узкими и тесными, скверы и цветы исчезли, отовсюду несло неприятными, тошнотворными запахами. А с высоты постамента Небожителей взгляду предстали безликие, приземистые постройки из дерева и серого камня с однотипными, коричневыми черепичными крышами, крохотными, кособокими окошками без стёкол. Город выглядел убого, пах мерзко и вызывал отвращение.

Хоть он и стал заметно больше, но куда подевалось совершенство формы, олицетворяющее величие создателя? Где украшения, мастерски исполненные, витиеватые узоры, на которые без устали можно любоваться часами? Где разноцветные витражи в больших, округлых, остроконечных или арочных окнах? Ничего из сохранившегося в памяти, и так любимого Небожительницей в стартовом городе, визитной карточке для прибывающих в грандиозный мир Башни Видящих гостей не осталось.

— Э-э-э-х, — протяжно выдохнула женщина, разочарованная утратившим красоту и величие поселением.

Откуда ей было знать, сколько долгих лет и неимоверных усилий вновь прибывших новичков ушло на восстановление мрачного пепелища. Как они голодали на разоренном и непригодном для жизни пустыре, собирая обгорелые зерна на выжженных в округе полях. Многие герои отчаялись и разбрелись по долине в поиске хоть какого-то крова и пищи и не стали участвовать в восстановлении города, но, несмотря на это Тристрам восстал из пепла, как птица Феникс. Были откопаны скрытые под пеплом и глиной каменные мостовые. На окраинах руин выросли первые простые, деревянные дома. Нет, скорее халобуды, построенные без знаний, наспех, кое как. Потом из обломков разрушенных зданий, на расчищенных площадях и фундаментах выросли первые каменные постройки, амбары, склады, лавки и ремесленные мастерские.

Созданные дворфами и брошенные после бойни шахты, каменные карьеры и копи были заново открыты людьми. Дворфы и прочие полудемонические расы были высланы за горный хребет через тоннель, а потом он был запечатан непреодолимым барьером. Герои всё прибывали и среди них оказались духовные мастера, которые основали первые секты на шести окружающих Новый Тристрам горных пиках.

Претенденты были очень разнообразны, обладали разным жизненным опытом и представлениями о нравственности, добре, зле, магии, боевом мастерстве и истинном могуществе. Начали возникать первые Школы Магии, Боевые Академии, оружейные мастерские. Возник спрос на уникальные знания и самые опытные и умелые маги открыли первую Магическую Академию. Однако, «светлым» лагерем Небожителей, взявшим под охрану половину Песочницы, а далее и их представителями было введено и утверждено одно правило. Владельцами лавок, мастерских, служителями храмов и всех сект и старшими наставниками и мастерами могли быть только аборигены мира. Никто из претендентов не мог задерживаться в Песочнице дольше тридцати лет, не мог завести потомство. Он должен был отправиться в рейд на верхние этажи с одной из волн, до истечения тридцатилетнего срока, каким бы уровнем и силой он не обладал на этот момент.