Куплю твою жизнь (СИ) - Рахманина Елена - Страница 18

— Угу, — единственное, что способна произнести сквозь душащие слёзы.

— Кто? Тот огромный мужик? Он так смотрел на тебя, — её слова ещё глубже бередят рану.

— Как? — всхлипывая спрашиваю, прекращая реветь.

— Не знаю, — тихо отвечает, устроившись у меня под мышкой, — будто очень голоден.

Вытираю зло слёзы с щёк, целую макушку сестры, пытаясь прекратить реветь.

— Чтоб он вечно испытывал голод.

Глава 23

В салоне новенького автомобиля пахло бомбически. Втянула химозный запах кожи и пластмассы, словно наркотик через трубочку. Только на днях сняла защитную плёнку с приборной панели, ещё не заляпанной отпечатками.

Кончиками пальцев ласково погладила кожу руля, в центре которого красовался логотип в форме трёхлучевой звезды. Эта дорогая тачка — подарок государства за занятое мной призовое место на чемпионате мира.

По салону разносится сигнал входящего звонка, пока я стою на светофоре. Егор звонит.

— Привет, котёнок.

Морщусь.

— С двадцатиоднолетием! Ты уже получила мой первый подарок?

Утром доставили огромный букет алых роз.

— Спасибо, Егор, ещё не успела тебя за них поблагодарить. Еду с утренней тренировки в универ. Цветы чудесные.

С Егором я встречалась последние три месяца. Он раздражал меня чуть меньше, чем другие молодые люди, предпринимающие попытки ухаживать за мной. А ещё очень отдалённо, фигурой и ростом, он напоминал мне Сабурова. Тоже боксёр. Только поэтому, наверное, я и обратила на него внимание.

Увидела на очередных соревнованиях и замерла, забыв, как дышать. Стояла так, пока он не обернулся. И испытала жесточайшее разочарование. Но он, должно быть, принял мой назойливый взгляд за интерес к собственной персоне.

А я просто делала вид, что рядом со мной другой человек.

— Слушай, котёнок, знаю, что ты хотела пойти в ресторан, а потом заехать за сестрой, но я раздобыл пригласительные на одно мероприятие, о котором давно мечтал. Уверен, тебе понравится. Ты должна пойти вместе со мной!

Блин, парню двадцать восемь лет, а он радуется пригласительным на вечеринку. Егор ничего обо мне почти не знал. Думал, что я из обеспеченной семьи. Мажорка. А я там так, приживалка.

Вырвалась полтора года назад из-под опеки отца Ани, как только смогла позволить себе снимать квартиру и жить отдельно. Думала, свихнусь в этом доме, где каждый мой шаг подвергался жесточайшему контролю. Нет, я испытывала благодарность к Николаю Сергеевичу за то, что позволил находиться рядом с Аней. Но человеком он оказался тяжёлым. Душным.

— И что это за мероприятие? — устало интересуюсь, зная, что впереди ещё тренировка.

— Благотворительные боксёрские бои лучших из лучших, — восторженно рассказывает.

Лёгкая дрожь пошла по телу. Боксёрский бой. Знала я одного боксёра, которого так и не смогла забыть.

Сабуров, сука, оказался хорошим мужиком. Почему он не мог просто меня трахнуть? Нет, надо было обязательно поступить благородно. А я лишь хотела быть с ним. Всего-то.

Но вместо того, чтобы сделать меня своей содержанкой, он купил мне новую жизнь.

Я так и не сменила сотовый, подаренный им. Хотя дома валялся подарок Егора — новенький смартфон.

Первый год я каждый день боролась с желанием позвонить Сабурову. Поговорить. Поблагодарить, в конце концов. Знала же, что повела себя по-скотски, даже не попрощавшись с ним напоследок.

Вдобавок позднее я узнала, что мой отчим умер. Словил «белочку» и вышел в окно. А его брата поймали на крупной взятке, лишили всех регалий, и его, скорее всего, ждала та же участь, что и отчима.

Эта новость обрушилась на меня как гром среди ясного неба. Не верила, что смерть отчима — воля судьбы. Если только у судьбы не имя Ратмир. Никакой жалости я не испытала. Лишь ощущение удовлетворения от свершившегося возмездия. И тоску по человеку, который взял на себя такой грех ради меня.

Первое время я мечтала, что увижусь с Сабуровым. Хотя бы случайно. Мельком. Только один разок на него бы взглянуть ещё.

Локти себе кусала от неразделённой любви. Терзаемая горькой печалью.

Ревела днями и ночами, испытывая глубочайшую безысходность. Ни с постели подниматься не хотелось, ни жить, ни тренироваться.

А потом увидела его в новостной ленте светских сплетен.

«Сабуров и поп-исполнительница, жена бизнесмена из списка Форбс, были замечены вместе».

«Известная певица ушла от мужа ради бывшего боксёра и бизнес-партнёра своего мужа».

Я перечитывала эти новости из раза в раз. Они, словно песок, вызывали резь на роговице.

А потом вспомнила тот поход в ресторан, где я и познакомилась с этой самой певичкой и её мужем. А Ратмир, оказывается, взял меня с собой ради прикрытия своих настоящих отношений. Тех самых, на которые намекала блондинка, обнаружившая меня в его квартире.

Я понадобилась ему тогда, чтобы сделку с её мужем заключить. Отвести подозрения. Предполагаю, тот догадывался, что жена ему рога наставляет, но точно не знал, с кем.

А я, как всегда, нафантазировала себе лишнего.

Эта новость погасила потребность выходить с ним на связь. Тем более сам он не горел желанием общаться со мной. Патимат проговорилась, что Сабуров и вовсе уехал из страны куда-то в Европу. Один раз появился в особняке и больше не приезжал.

И в какой-то момент я поняла, что хочу утереть ему нос. Стать лучше. Добиться его уважения. Хотя бы на расстоянии. Чтобы, включая спортивные новости центральных каналов, видел в них меня, стоящей на пьедестале под гимн России.

Оторвала себя от подушки и пошла кланяться в ноги тренеру, чтобы закрыла глаза на все мои прогулы и взяла обратно.

И оказалось, что отдаваться спорту куда легче, зная, что у Ани в жизни почти нет проблем. Ну разве что кроме отца, который докучал ей своими житейскими наставлениями.

Ко мне же Николай Сергеевич испытывал явное презрение. Считал меня подстилкой Сабурова. Но терпел. Тем более что я им особо не докучала. Занималась спортом, поступила в универ. Они с супругой даже гордились моими успехами. Иногда.

— Как вы смогли простить мужу измену? — задала вопрос в лоб Наталье, когда в один из субботних вечеров разделяла с ней бокал вина.

Наталья привлекательная женщина. Деньги позволяют сохранить красоту. Или обрести. Могла бы найти себе нормального мужика, не шатающегося по всяким блядям. Типа моей матери.

А ещё она оказалась хорошей. Но самое важное для меня — относилась к Ане как к родной.

— Влюбишься — поймёшь, — нравоучительно изрекла.

А я не сомневалась, что скорее вырву сердце изменника из груди и сожру, чем прощу.

— К тому же я бесплодна. Его можно было понять, когда он искал отношений на стороне. Николаю хотелось полноценную семью. Поэтому он так обрадовался, узнав про Анечку.

— Ну да… — кисло ответила я.

С таким папашей Пирожочку нужно иметь крепкую нервную систему, чтобы не сбежать от него, как только ей исполнится восемнадцать. Он следил за ней, как цербер. Выбирал, какую одежду ей носить, с кем дружить, что читать и какую слушать музыку. Тиран. Другое дело, что она всё равно поступала, как хотела. Моя девочка. Моя школа.

— Мы просто сходим на бой и всё? — уточняю планы Егора, висевшего на том конце провода в ожидании моего решения.

— Нет, дальше будет афтепати со светской тусовкой.

— Ммм, — протягиваю и многообещающе продолжаю: — А я думала, что мы сможем остаться наедине. Наконец. Я купила себе дико дорогое и развратное белье.

Возникает молчание, сопровождаемое тяжёлым дыханием. Егор планировал затащить меня в постель ещё в вечер знакомства. А я его мариную третий месяц. Никак не в силах смириться, что пора уже прощаться с девственностью. С кем-то, кого зовут не Ратмир.

И действительно думала, что заняться сексом в день своего рождения вполне здравая мысль. Надо же когда-то начинать.

Мне кажется, мой парень весь напрягся, судорожно размышляя, что лучше — афтепати или перепихон со мной. Он-то не подозревает, что для меня это первый раз.