Когда закончится август (ЛП) - Уорд Пенелопа - Страница 37

Ты-все, что мне нужно. Я не могу представить, что когда-нибудь не захочу быть с тобой. Мне все равно, здесь я или в Тимбукту.

— Я знаю, что сейчас ты говоришь это от всего сердца.

— Но ты же не думаешь, что я буду чувствовать тоже самое, когда поеду учиться? Ты думаешь, я могу так легко отключить свои чувства?

Мы были ослеплены страстью. Я уже достаточно пережил, чтобы знать, чего хочу. Я хотел ее, но она все еще развивалась. Как я мог заставить ее понять это, если она не хотела этого слышать?

— Хизер, ты чертовски молода. Ты даже никогда не жила одна вдали от дома. У тебя есть потрясающая возможность уехать в колледж и обрести свободу, и я думаю, что для тебя будет лучше не быть привязанной до того, как ты туда попадешь.

Она начала плакать.

Блять. Блять. Блять. — То, что ты только что сказал, похоже на то, что ты порываешь со мной, но это глупо, потому что мы даже не вместе. На самом деле мы просто трахались.

Мой тон стал сердитым. — Это был не просто трах, и ты это знаешь.

— Тогда что это значит, если мы не можем быть вместе? Тогда это становится… просто трахом.

— Я не говорил, что мы не можем быть вместе. Я просто— У меня только что была лучшая ночь в моей жизни, а теперь ты отталкиваешь меня.

— Пожалуйста, не думай так. Я не отталкиваю тебя. Ты спросила, что у меня на уме. Я стараюсь быть честным с тобой, — мне показалось, что мое сердце внезапно разорвалось, когда мой голос стал громче. — Мне страшно, понимаешь? То, что между нами… — это безумие. В некотором смысле, это самая сильная вещь, которую я когда-либо испытывал. С тобой ничего не может быть наполовину. Когда ты была с тем парнем прошлой ночью, я чувствовал себя физически больным, — я понял, что ничего не слышал о том, как прошло ее свидание. — А что с ним вообще случилось?

— Я была так задумчива после того, как ушла от тебя, что почти не слышала, что он говорил весь вечер. Я извинилась за то, что веду себя, как не в своей тарелке, и попросила его отвезти меня домой пораньше.

Хорошо. — Ну, я все время была как на иголках, пока тебя не было. Я никогда в жизни не чувствовал такой собственнической привязанности ни к кому, даже к женщине, на которой был женат. Но эта реакция очень красноречива. Это значит, что я должен убедиться, что мои чувства к тебе не препятствуют твоей свободе, что я не направляю тебя в определенном направлении из эгоистических соображений. Мысль о том, чтобы потерять тебя, причиняет боль. Но еще больнее мне думать, что ты когда-нибудь пожалеешь о том, что выбрала меня. Я не хочу, чтобы у тебя были какие-то сожаления. Я не хочу, чтобы ты обижалась на меня.

Кажется, я наконец-то немного достучался до нее. Ее взгляд смягчился.

— Я понимаю, о чем ты говоришь. Я просто не знаю, что это значит для нас. Ты говоришь мне забыть о тебе и встречаться с другими людьми, когда я уеду в колледж?

Это заставило мой желудок перевернуться. — Честно? Я должен подумать о том, что это значит. Прошлой ночью мы перешли на другой уровень, к которому я не был готов морально, и от которого мы не можем легко вернуться. Ты попросила меня открыться. Именно это я и делаю. Просто у меня пока нет ответов на все вопросы. Сейчас эти чувства очень болезненны. Я все еще в таком чертовом экстазе от тебя, что не могу нормально мыслить.

Она просто продолжала моргать и кивать. Она, как и я, не знала, что делать с этим разговором.

Внезапно она встала с кровати. — Я думаю, мне нужно ненадолго вернуться в дом.

— Не уходи пока. Давай продолжим разговор.

Хизер начала снова одеваться. — Я тоже не могу нормально мыслить рядом с тобой. Кроме того, моя мать, вероятно, интересуется, где я нахожусь. Она знает, что я уже засыпала здесь раньше. Но я почти уверена, что она только взглянет на мое лицо и поймет, что произошло на этот раз. Я не очень хорошая лгунья.

Мысль о том, что Элис узнает об этом, заставила меня слегка запаниковать. — Ты собираешься сказать ей правду, если она спросит тебя по этому поводу?

— Я не уверена.

— Ну, если ты не собираешься этого делать, тебе лучше прикрыть шею.

Я оставил на тебе отметины.

При мысли об этом мне снова захотелось ее трахнуть. Что со мной было не так? Даже после всех забот, которые я только что разделил, мне ничего так не хотелось, как отнести ее обратно в постель, спрятать голову между ее ног и заставить ее снова закричать. Забыть обо всем остальном.

— Давай я принесу тебе что-нибудь из одежды, — я натянул штаны и застегнул их.

Открыв чемодан, который я упаковал, я достал водолазку и вязаный свитер. Не спрашивайте меня, зачем я взял его с собой в середине лета, но я был благодарен за это.

Она натянула его через голову. — Спасибо.

Практически утонув в моем свитере, Хизер задержалась в дверях.

Я обхватил ладонями ее лицо. — Прошлая ночь была невероятной. Я никуда не поеду. Я останусь здесь, пока ты не скажешь мне, что можно уезжать, или пока меня не вышвырнет отсюда новый владелец…или ты. И я буду здесь весь день, когда ты будешь готова поговорить еще.

— Ладно, — она наклонилась и целомудренно поцеловала меня в губы.

Я смотрел, как она идет к своему дому. Ну, Ноа, наконец-то ты это сделал. Ты приехал и все очень хорошо испортил.

Глава двадцать первая

ХизерОна знает. Моя мать не дура. Она видела, как я уходила с пирогом вчера вечером, и знала, куда я направляюсь. Так что не надо быть гением, чтобы понять, почему я до сих пор не вернулась домой.

Когда я пришла, она сидела в тускло освещенной кухне и ждала меня.

Тот факт, что она вышла из своей комнаты, чтобы сидеть там и ждать, означал, что она определенно искала конфронтации.

Она скрестила руки на груди. — Где ты пропадала?

— Ты знаешь ответ на этот вопрос.

Наклонив голову, она сказала: — Я предполагаю, что это его свитер… — Я там и заснула. Он мне его одолжил. Сегодня утром немного прохладно.

— Точно.

Я изо всех сил старалась не смотреть на нее, пока шарила в поисках чашки, чтобы сварить кофе.

— Я понимаю, ты знаешь, — сказала она.

Я замерла.

Я повернулась к ней лицом и теперь была на сто процентов уверена, что она знает, что я трахалась с Ноа.

Как бы сильно я не хотела признаваться в том, что произошло прошлой ночью, часть меня нуждалась в моей матери прямо сейчас.

Мне нужно было поговорить с кем-то, кому я доверяю. Я привыкла быть той, кто заботится о ней, но иногда о девочке должен заботиться ее родитель. И это было действительно редкостью, получить ее внимание, как сейчас.

Я снова принялась варить кофе и наконец выдавила из себя эти слова.

— Я просто пришла, чтобы отдать ему пирог. Это всё… это была ошибка.

— В жизни не бывает ошибок. Все, что ты делаешь, — это выбор.

Некоторые из них хорошие, а другие способствуют нашему личностному росту, преподают нам уроки. Выбор ведет нас к тому, что мы должны были испытать. Я могу быть подавлена, но я все еще твоя мать, и я все еще накопила немного мудрости за эти годы.

— Значит, ты не разочаровалась во мне?

— А с чего бы мне разочаровываться? Ноа — замечательный мужчина.

Моя тревога по поводу него в самом начале не имела ничего общего с ним, и все это было связано со мной. Я боялась потерять тебя. С тех пор я смирилась с тем фактом, что ты уезжаешь, так что мои чувства к Ноа тоже изменились. Я всегда чувствовала притяжение между вами двумя. И ты это знаешь. Так что нет, это не сюрприз, и я не разочарована. Я просто не хочу, чтобы ты пострадала.

— Ух ты, — я сделала глоток кофе и вздохнула. — Я ожидала, что ты устроишь мне ад.

— Кажется ли мне что он слишком стар для тебя? ДА. Но дело в том, что ты уже взрослая. За последние пару месяцев я очень старалась научиться отпускать тебя. Это означает, что я больше не буду подвергать сомнению твои решения. Это нелегко.

— Я почти уверена, что влюблена в него, но никогда не скажу ему об этом. Это могло бы вывести его из себя.