Когда закончится август (ЛП) - Уорд Пенелопа - Страница 34

После того, как мы повесили трубку, я начал собирать свои вещи. У меня их было немного, так что это заняло всего около получаса. Затем я погуглил “как совершить дорожную поездку с морскими свинками " и понял, что мне придется остановиться где-то утром, чтобы купить две мягкие боковые накладки для животных.

Даже с этим, упаковка была легкой частью.

Самое трудное было сказать Хизер, что я собираюсь уехать утром.

Может быть, после вчерашней сенсации она не станет со мной спорить. Может быть, она поймет, почему так будет лучше для нас обоих.

Несмотря на то, что в последнее время я сократил количество сигар, мне нужно было успокоиться, поэтому я решил закурить одну на крыльце. Глядя на озеро, я думал о том, как сильно изменило меня это лето. Большую часть своей жизни я хотел быть там, где меня не было.

Трава всегда была зеленее. Но не здесь. На озере я был доволен. Я больше не чувствовал себя таким одиноким. Я был счастлив просто…

быть здесь. Я слышал о практике осознанности, но никогда не был в состоянии реализовать ее до недавнего времени. Здесь я слушал дождь, пробовал еду и чувствовал, как много всего происходит внутри меня, особенно когда Хизер была рядом. Возможность наслаждаться настоящим моментом была благословением, которое облегчалось тем, что я был в месте, которое делало меня счастливым.

Я не шутил, когда говорил, что мог бы прожить здесь всю оставшуюся жизнь. Интересно, это связано с озером или с одной девушкой, которая проникла в мою душу? Этот вопрос напугал меня до чертиков, и я еще больше уверился, что мне нужно уехать завтра.

Я посмотрел на воду и улыбнулся про себя, вспоминая, как в первый раз общался с Хизер. В тот день я узнал, какая она энергичная хлопушка. Сбитый с толку тем, как живо она заставляла меня чувствовать себя, я перепробовал все, чтобы отпугнуть ее. Но это не сработало. Слава Богу, потому что я никогда не получил бы того времени, которое у меня было с ней, никогда бы не узнал, что у меня есть возможность быть счастливым в конце концов. В течение многих лет я считал себя безнадежным случаем. Но Хизер поверила в меня, и все ее добрые слова о втором шансе нашли отклик.

Темнота затмила дневной свет, что было вполне уместно, когда мои мысли из счастливых превратились в печальные. Пришло время сообщить ей эту новость.

Я уже собирался войти в дом и позвонить ей, когда заметил, что она идет мне навстречу. Мое тело замерло.

Она что-то держала в руках. Когда она подошла ближе, я понял, что это был пирог. Мое сердце сжалось от ее вида.

Я потерял дар речи, не говоря уже о смелости рассказать ей о своих планах.

Она смотрела на меня несколько секунд, прежде чем наконец заговорила.

— Итак, я знаю, что вела себя тихо. Мне нужно было продержаться так целый день. Я обдумала все, что ты мне сказал, но со мной все в порядке. Мне нужно, чтобы ты это знал. Я не знала, как выразить свои чувства, как передать тебе все, поэтому решила испечь тот вишневый пирог, который обещала тебе. Вишни с дерева были не очень хороши, да и их все равно не хватало, так что мне пришлось пойти в магазин и купить немного. Мне потребовался целый день, чтобы придумать лучший рецепт — тот, который я не могла бы испортить. Я думаю, что я действительно сделал это.

Тебе придется быть судьей. Сладкий кукурузный смайлик сверху — это мой личный штрих.

Ее улыбка убивала меня. Мой рот не двигался.

— Все в порядке, Ноа. Я хочу, чтобы ты знал, что все в порядке. Мне нужно, чтобы ты поверил мне, когда я скажу, что не держу зла на тебя.

Да и как я могу?

Ее уверенность дала мне утешение, в котором я отчаянно нуждался.

Это также осложнило мои планы. У меня больше не было ни малейшего понятия, как сказать ей, что я собираюсь уехать утром.

Прежде чем я успел подумать о чем-то еще, она проскользнула мимо меня в лодочный домик.

Я съежился, когда она остановилась, чтобы оглядеться.

— Что, черт возьми, происходит?

— Я собирался прийти и поговорить с тобой сегодня вечером. Я— Ты уезжаешь? — ее голос дрогнул. Она прижала руку к груди. — О Боже мой! Позволь мне положить этот пирог, прежде чем я его уроню.

Я попытался найти слова, чтобы сформулировать свое решение. Все усилия были тщетны. — Хизер, Я… — Я не могу поверить, что ты просто собирался бросить это на меня.

— Я думал, так будет проще.

— Легче? Ты хоть представляешь, что значишь для меня?

Было бы не так больно, если бы она вырвала мое сердце. Увидев ее слезы, я понял, насколько сильные чувства у неё были. Это заставило меня снова усомниться во всем.

— В любом случае, это должно произойти через три недели, — сказал я, хотя сейчас это казалось печальным оправданием.

— Я знаю. И я собиралась лелеять это чертово время, которое ты проведешь здесь. Следующие три недели значат для меня все. Ты просто собираешься их выбросить?

— Я не думаю, что имеет смысл продлевать это, — слабо сказал я.

Ее голос стал громче. — Ты просто трус. Не думай, что я не знаю, что это такое на самом деле. Ты начинаешь что-то чувствовать ко мне, поэтому собираешься сбежать.

Я сердито рассмеялся. — Начинаю? Я чувствую это так чертовски долго, что это даже не смешно.

— У тебя странный способ показать это.

— Я расстроил тебя вчера вечером. Через несколько недель будет не легче уехать отсюда. Похоже, сейчас самое подходящее время.

— Я была расстроена. Но не из-за тебя. Чем больше я думала о том, что ты сделал, приехав сюда, о твоих намерениях, тем больше восхищался тобой. Конечно, раньше мне было грустно, но теперь? Вижу, что ты готов уехать отсюда? Теперь я опустошена.

Я выругался себе под нос. — Я не собираюсь причинять тебе боль. Это не причина моего раннего отъезда, всё как раз наоборот. Это для того, чтобы не причинить тебе вред.

— Ты держался со мной холодно, все лето держался от меня подальше, за исключением вчерашнего дня. И вдруг ты подумал, что не сможешь продержаться еще три недели?

Она ничего не поняла. — Еще три недели? Я больше не выдержу ни секунды.

Она выглядела ошеломленной. Значит, нас было двое.

Хизер шагнула ко мне. — Никогда еще мне не было так больно, как сейчас, когда я хочу тебя и не могу получить, пытаясь скрыть от тебя свои чувства. Я больше не хочу так страдать. Меня не волнует ни следующая неделя, ни три недели, ни следующий год. Все, что меня волнует-это сейчас. Я чертовски хорошо знаю, что произойдет между нами, если ты останешься. Именно поэтому я и не хочу, чтобы ты уезжал.

Блять. Так много мыслей крутилось в моей голове. Я воспользовался моментом, чтобы увидеть ее, эту красивую молодую женщину, которая хотела испытать себя со мной. И я ничего не хотел, кроме как быть с ней. Если я сейчас отвернусь, буду ли я всю оставшуюся жизнь с сожалением оглядываться назад? Будет ли преследовать меня — тот момент, когда у меня появилась возможность для чего-то, что я хочу, но я отбросил это? Тот момент, когда я помешал нам обоим испытать то, чего мы так сильно хотели?

Моя голова боролась с сердцем и телом — двое против одного. Каждой частичкой своей души я знал, что если сейчас подойду к ней, все будет кончено. И победила бы не моя голова.

Боль в ее глазах не была похожа ни на что, что я когда-либо видел, даже когда ее отец выбил почву у неё из под ног.

Впервые я осознал, что могу причинить ей еще большую боль, отказывая ей. Или, может быть, это именно то, во что я хотел верить.

Может быть, это то, во что я должен был верить, потому что пути назад не было.

Мой разум опустел, когда физическая потребность взяла верх. Я больше не отличал добро от зла. У меня больше не было чувства времени. Я просто нуждался в ней.

— Иди сюда.

— Ты собираешься отослать меня?

— Нет. Я не собираюсь этого делать.

Она подошла ко мне и упала в мои объятия. Я крепко обнял ее.

Впервые я позволил себе вдохнуть ее, обнять так, как мне хотелось, не сопротивляясь.