Дочь кукушки (СИ) - Иконникова Ольга - Страница 26

35. Герцог де Ламберт

Мы с Сильвией уходили от дворца всё дальше и дальше. Дорожки становились уже, а деревья – выше.

- Дальше нельзя, ваше высочество! – сообщил шедший впереди стражник.

- Нельзя? – удивилась фрейлина. – Это почему же, сударь?

- Там – магический источник, - с придыханием ответил тот. – Туда имеют доступ только их величества.

- Ты забыл, что сопровождаешь ее высочество, олух! – усмехнулся невесть откуда появившийся граф Данзас. – Принцесса имеет право посещать источник в любое время дня и ночи, - и он церемонно поклонился мне. – Простите, ваше высочество, этот дурень еще не понял, к кому он приставлен. Но не беспокойтесь – еще одна такая ошибка, и он будет наказан. А пока, прошу вас, пройдемте вперед.

На поляне был пруд ровной круглой формы, в центре которого бил очень высокий и мощный фонтан. Струи воды поднимались выше крон деревьев.

Мне кажется, даже если бы я не знала, что этот источник – магический, я всё равно ощутила бы его силу. Я остановилась, не решаясь подойти ближе. Мои сопровождающие застыли еще дальше. И только граф Данзас не отставал от меня ни на шаг.

- Вы должны приходить сюда как можно чаще, ваше высочество! Вы и источник должны почувствовать друг друга.

- Но что я должна делать? – спросила я, любуясь прозрачными струями. – Купаться в нём?

- Что вы, ваше высочество! - граф, кажется, пришел в ужас. – Никто, даже их величества, не имеют права даже руку окунуть в эту воду. Вы сможете сделать это только в день вашего восемнадцатилетия. Именно тогда, как гласит легенда, вода в источнике должна стать яркой, как радуга.

Я вздохнула:

- Но, кажется, это событие ожидалось уже не единожды. И всякий раз ожидания сменялись разочарованием. Разве не так?

- Именно так, ваше высочество, - не стал спорить Данзас. – Но Линария продолжает надеяться. И именно поэтому вы должны приходить сюда каждый день. Никто не знает, как действует магия источника, но в старых книгах было упоминание о том, что эта магия усиливается в присутствии особ королевской крови.

- Я должна приходить сюда одна? – я задала еще один вопрос.

- Разумеется, нет! Вы должны соблюдать меры безопасности даже здесь. Эта поляна охраняется и сама по себе – здесь есть и стражники, которые держатся на почтительном расстоянии от источника, и магические ловушки. А вы, ваше высочество, не должны и шагу ступать во дворце или в парке без охраны. К тому же, рядом с вами всегда должны быть ваши фрейлины. Надеюсь, вы понимаете это?

Я погуляла у пруда не меньше получаса. Я не была уверена, что мое присутствие как-то влияло на источник, но мое настроение заметно улучшилось.

Прогулка оказала благотворное влияние и на наш с Сильвией аппетит.

- Я голодна как волк, ваше высочество! - сообщила мне фрейлина, когда мы вернулись в мои апартаменты. – Где вы желаете обедать? Быть может, мне приказать, чтобы еду принесли сюда? Или вы хотите присутствовать на обеде у ее величества?

Я выбрала второй вариант и, сменив платье, в сопровождении Сильвии отправилась в апартаменты королевы.

В гостиной у матушки было немало народа. Меня приветствовали почтительно и те, с кем я уже была знакома, и совсем новые гости. Я улыбалась в ответ – вежливо, но без особых эмоций.

Почти все гости беседовали стоя, но мы с моими фрейлинами, пользуясь особым положением, расположились у окна на диване.

- Я слышала, вы уже посетили источник, ваше высочество? – спросила Эмма Ла-Тремуй. – Думаю, он произвел на вас впечатление. Надеюсь, в следующий раз вы позволите и мне сопровождать вас?

Я не успела ответить, потому что в гостиной появился новый посетитель – молодой человек невысокого роста, маленький, тщедушный.

- Какой уродец! – хмыкнула Лорена де Вилье. – Таких, как он, не должны пускать во дворец, дабы не оскорблять взоры их величеств. Тем более, не должны приглашать на обед.

Баронесс Ла-Тремуй поморщилась:

- Вы не должны так говорить, ваше сиятельство! Как можно не пустить во дворец первого герцога Линарии? В нем есть и королевская кровь!

- Вот как? – удивилась Лорена. – Значит, это тот самый герцог де Ламберт? Я много слышала о нём, но не думала, что он настолько жалок. Ну, согласитесь же, мадемуазели, рядом с таким не захочет сесть за стол ни одна женщина.

- Перестаньте, ваше сиятельство! – ледяным тоном одернула я графиню.

Я еще не была знакома с его светлостью герцогом де Ламбертом и вступилась за него вовсе не потому, что он носил столь высокий титул. Мне стало жаль его как человека. Ведь он не был виноват в том, что появился на свет именно таким. Представляю, как неприятно ему было бы узнать, что болтают о нём юные глупые барышни.

- Мы должны быть добрее друг к другу!

Лорена покраснела, но промолчала. Я уже не была той девочкой из Аранака, с мнением которой она могла не считаться.

- Именно так, ваше высочество! – с жаром подтвердила Ла-Тремуй.

Я еще раз взглянула в сторону герцога и вдруг увидела, как блестят от слёз его глаза за стеклами очков. Он слышал наш разговор! Он, наверно, слышал каждое слово!

И хотя сама я за эти пять минут не сказала ничего ужасного, мне стало стыдно.

36. Разговор с Лореной

Почти весь следующий день я провела в обществе Лорены – именно ей довелось дежурить в моих покоях. Во время завтрака, который я предложила разделить ей со мной, она смотрела на меня как кролик на удава и принимала пищу с такой робостью, что я ее даже пожалела.

– Неужели вы совсем не голодны, ваше сиятельство? – полюбопытствовала я. – Или, быть может, вам не нравится здешняя еда?

Она оторвала взгляд от тарелки с пирожными, покраснела.

– Что вы, ваше высочество, во дворце отменная кухня. Но я уже успела позавтракать у себя в комнате – я встала немного раньше.

Я видела, что она говорит неправду, но не стала настаивать.

Я вела себя с ней как со всеми остальными фрейлинами – была в меру любезна и делала вид, что до встречи во дворце мы с ней вовсе не были знакомы. Она, как могла, поддерживала эту игру, но это давалось ей гораздо труднее, чем мне.

Лорена не выдержала на прогулке. Когда мы шли по парковой дорожке, сопровождаемые только державшимися чуть в стороне стражниками, она вдруг остановилась, повернулась ко мне и воскликнула:

– Ваше высочество, прошу вас, простите меня!

В голубых глазах ее стояли слёзы.

– Простить? За что, графиня?

– За то, как я вела себя с вами прежде, ваше высочество! Если бы вы знали, как мне жаль! Если бы я знала…

О, да! Если бы она знала, что имела дело с дочерью короля, она вела бы себя совсем по-другому – в этом я не сомневалась. И ее нынешнее сожаление и показная приязнь совсем не трогали меня. Хотя я видела, что сожалеет она вполне искренне. Но сожалела она больше о том, что несколькими месяцами ранее упустила возможность стать подругой наследницы линарийского престола.

– Ну что вы, ваше сиятельство, я давно уже об этом забыла, - я постаралась пожать плечами как можно небрежнее.

Но она не унималась:

– Я была так груба, так дерзка! Я сейчас не сплю ночами, ваше высочество, вспоминая каждое неосторожно брошенное слово. Мне нет оправдания, но я всё же надеюсь на ваше прощение! Тогда мне казалось, что у меня были основания для подобного поведения, теперь же я понимаю, насколько была неправа.

– Основания? – наконец, возмутилась я. – И что же было таковым основанием? Мое, как вы тогда думали, низкое происхождение?

Ее щеки покраснели еще больше, а губы задрожали.

– Нет, ваше высочество, вовсе нет!

Я посмотрела на нее внимательнее. Ей удалось меня заинтриговать.

– Право же, теперь не стоит об этом говорить, – пролепетала она, совсем смутившись. – Сейчас всё это кажется уже неважным.

– К чему эти недомолвки, ваше сиятельство? – удивилась я. – Коль уж вы начали об этом говорить, то продолжайте!

Она не посмела ослушаться, но голос ее зазвучал еще тише:

– Вы, должно быть, уже не помните, ваше высочество, но тогда его светлость Артур Аранакский расторг помолвку со мной, и я была оскорблена и подавлена. Он заявил, что не может жениться на мне, потому что его сердце давно отдано другой, и я подумала…