Позволь ей уйти (СИ) - Монакова Юлия - Страница 58

Павел молчал, постукивая пальцами по поверхности стола.

— Ты для неё, Паш… ну просто кумир! — восхищённо выдохнула тётя Нонна, чуть заискивающе заглядывая ему в лицо. — Она все твои выступления, какие только есть в интернете, пересмотрела по сто раз. Мечтает попасть на твой спектакль, особенно на “Золушку”. Мне постоянно что-то рассказывает, а я же ничего не смыслю в этой вашей балетной терминологии и не понимаю половину, — добавила она, виновато улыбнувшись. — Собственно, в Москву лететь именно она меня уговорила. У неё как раз каникулы начались, вот я и подумала: а почему бы не подарить Каринке поездку в столицу на Новый год?

— Она с вами приехала? — догадался Павел. — А где… где она сейчас?

— Я её в гостинице оставила отдыхать, она спит. Устал ребёнок после перелёта, а тут ещё часовой пояс другой… Ну и потом, хотелось сначала с тобой наедине встретиться, — добавила тётя Нонна. — Сам понимаешь…

Павел понимал: она не была уверена в том, что племянничек не отправит новоприобретённую тётушку пинком под зад. Да и откровения, которые на него были вывалены, едва ли предназначались для детских ушей.

— Она хочет со мной встретиться? Или, может… хочет, чтобы я на спектакль её провёл? — предположил Павел.

— Кариночка мечтает познакомиться и пообщаться. И всё! — горячо заверила его тётя Нонна. — Спектакль… это так — мечты, но это не главное. Главное — именно ты, Пашенька.

И снова его покоробило от этого “Пашеньки”. Что-то здесь было не то… Со стороны всё выглядело прилично и достоверно: девчонка увлеклась балетом, хочет познакомиться со старшим братом-танцовщиком. Но… неужели это была единственная причина появления родственничков в Москве?

Однако тётя Нонна через минуту и сама проговорилась:

— У нас во Владике есть школа искусств с хореографическим отделением. Туда с девяти-десяти лет принимают. Но Карина упёрлась — хочет учиться только в Москве, в балетной академии… как ты. Ей летом уже можно будет поступать.

Бинго! Павел сцепил пальцы в замок и пристально взглянул на тётушку.

— Вы что, хотите, чтобы я ей с поступлением помог?

Женщина вспыхнула и отвела глаза.

— Ну… не то чтобы помог… но… ты же и сам там учился. У тебя наверняка остались какие-то знакомые. Друзья. Связи…

— Ясно, — вот теперь ему действительно было всё предельно ясно.

— Ты не думай, — заговорила она сбивчиво и торопливо, — мы не только из-за поступления… Просто Кариночка так мечтала о встрече с тобой, она мне все уши прожужжала!

Павел сделал знак официанту, попросив счёт, и повернулся к тёте Нонне.

— Я всё понял. К сожалению, очень загружен в ближайшие пару недель. Вряд ли смогу выделить время на встречу. Передавайте Карине привет, удачи ей при поступлении и… приятных вам каникул в Москве.

— Обиделся, — с грустью констатировала тётушка. — Решил, что мы тебя используем?

— Я не обиделся, бог с вами, — он пожал плечами. — Мы с вами не настолько близкие люди, чтобы обижаться друг на друга. Правильно?..

— Что ж… — углы её рта разочарованно опустились. — Ну, значит — не судьба. В любом случае, спасибо тебе за то, что выслушал.

Они уже почти разошлись в разные стороны, когда тётя Нонна вдруг спохватилась и полезла в сумку.

— Паша, подожди… вот! — она протянула ему какую-то бумажку. — Здесь номер моего телефона и название Каринкиного канала на ютубе. Может, посмотришь на досуге?.. Это тебя ни к чему не обязывает, — добавила она поспешно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Мне это неинтересно, — твёрдо сказал Павел.

— И всё-таки… — она вложила листок в его ладонь и жалобно улыбнулась. — Вдруг понравится? Если что, мы в Москве пробудем до восьмого января.

Павел машинально сжал пальцы вместе с клочком бумаги и вежливо кивнул напоследок:

— Всего доброго.

Он злился, очень злился на себя. За то, что сразу же не выкинул эту проклятую бумажку в ближайшую урну. За то, что допустил слабину и на долю секунды чуть было не поверил в то, что его действительно разыскали ради него самого, а не ради благ и выгод, которыми он мог обеспечить родственничков. Но больше всего — за то, что (чертыхаясь, морщась и чуть ли не отплёвываясь) он всё-таки вбил в поисковую строку YouTube название канала: “Карина-балерина”. Очень оригинально, ничего не скажешь…

Продолжая злиться на идиотизм ситуации в целом, он наугад открыл первое попавшееся видео на канале своей… сестры. Непривычно и трудно было думать так о совершенно чужой, незнакомой девчушке, которую он видел впервые в жизни.

Девочка была совсем маленькой, хрупкой и красивой. Павел отметил, что она очень гармонично сложена. На выбранном им видео Карина стояла у хореографического станка и довольно живенько рассказывала подписчикам о своих ежедневных занятиях, сопровождая рассказ наглядной демонстрацией всех её умений. Она растягивалась, гнулась, прыгала и кружилась… На пальцы девочка ещё не встала, пуанты рекомендовались в одиннадцати-двенадцатилетнем возрасте, но и в простых балетках её ножки выглядели очень изящными. Павел машинально обращал внимание на то, что, несомненно, говорило в пользу Карины: она была гибкой, музыкальной и координированной. Чёрт возьми, да она действительно была очень талантливой! Он не мог этого не признать.

Павел ткнул наугад в другое видео — и буквально обалдел: Карина исполняла “Лебедя” Сен-Санса, явно подражая гениальной Майе Плисецкой… и весьма неплохо подражая!*

Ещё раз громко выругавшись в пространство, он потянулся к телефону, мимоходом зацепившись взглядом за время: почти полночь. Наверняка тётя Нонна уже спит, и вообще звонить в такое время невежливо, но…

Но она откликнулась после первого же гудка, словно спала с телефоном под ухом или просто очень ждала этого звонка.

— Алло!

— Это Павел, — сказал он вместо приветствия.

— Да, Паша? — отозвалась она осторожно, не зная, добрые или дурные вести он ей принёс.

— Завтра утром вместе с Кариной приходите к служебному входу, где мы сегодня встретились, — сказал он. — Буду ждать вас ровно в половине десятого. Не опаздывайте.

___________________________

* “Лебедь” (фр. Le Cygne) — музыкальная пьеса Камиля Сен-Санса из сюиты “Карнавал животных” (1886). Всемирную известность обрела благодаря хореографической миниатюре Михаила Фокина, созданной для балерины Анны Павловой и более известной под названием “Умирающий лебедь”. Пьеса была написана для виолончели и двух фортепиано.

=78

Москва, 2015 год

Когда Люба принялась трясти Пашку за плечо, в комнату тихонько вползал бледно-розовый рассвет, а за окном вовсю щебетали птицы.

— Паш, проснись… утро уже.

Он открыл глаза, недоумевая, чей это голос. И тут же всё вспомнил…

Вишнякова, судя по всему, так и не смогла заснуть этой ночью. Лицо её выглядело бледным и усталым, но не заплаканным больше. Глаза смотрели на Пашку спокойно и доброжелательно.