Жена кузнеца (СИ) - Теплая Елена - Страница 3

Это была какая-то фантастика. Помню, смотрела фильм: «Холоп», так там отец парню устроил жизнь в деревне на исправление, как будто он в прошлое перенесся. Мы еще с мужем смеялись, что это крутой бизнес проект. А на меня Виктор вряд ли бы такие деньги тратил и для чего ему это?

Я ехала и молчала. В голове была каша от всего услышанного, но аннализировать голова ничего не хотела. Как только я начинала переваривать слова Лизки, она начинала болеть еще сильнее.Сидела и рассматривала своего нового мужа, который ехал впереди на коне, потом мне надоело на него смотреть и я просто смотрела по сторонам, осматривала достопримечательности так сказать, но кроме лесов, полей и рек, ничего не было. Нигде вокруг не было видно электрических проводов и столбов.

- Прости меня, Лада. Я не могла ничего сделать! Меня никто не слушал. Он уже застолбил за собой право быть твоим мужем. Ночью взял тебя, пока ты была во сне. Теперь твое согласие и его право на тебя никак не оспорить.

Да, это я помнила. Как он «застолбил» свое право! Я прям с такой злостью посмотрела в спину этому мужику. Маньяк какой -то! Что за средневековье такое! Какое у него на меня право? Как вообще можно изнасиловать человека и считать его своей женой.

- Это мы еще посмотрим!

- Ничего не выйдет, Лада! Они тебе на запястье уже клеймо поставили!

Я посмотрела на запястье и правда, там стояло клеймо. И на другом запястье клеймо было перечеркнуто, как будто стерто.

- А это что? – я показала Лизе на зачеркнутое клеймо.

- Видно совсем тебе плохо было, Лада! Ты же сама перечеркнула клеймо на сожжении мужа. Вдова берет палку из костра мужа и прикладывает себе на руку. Только так муж может отпустить тебя из своей жизни. Ваша семья сгорает вместе с ним и ты становишься свободной.

Это уже вообще какой-то ужас. Еще и клеймо мне поставили. Что за игры идиотские? Клеймо, наряды, порядки какие-то странные. Посмотрела на руки, руки вроде мои, только маникюра нет. Не иначе меня продали куда- та в захолустье в рабство, в какую-то секту. Видно будет тяжело мне от этих товарищей вырваться, Было ж в новостях про каких-то сектантов, там целые поселки в лесах есть и люди квартиры свои продавали, чтобы к ним попасть и уходили туда жить, отказавшись от всего мирского. Видно и мой, драгоценный муж, от меня таким образом избавился. Не убил, не покалечил и то хорошо. А то сидела бы сейчас овощем в инвалидном кресле бы и наследство никому не нужно было, все мужу бы досталось. У меня мурашки по спине побежали от тех мыслей, что пришли в мою шальную голову.  Странно то, что я не помню большой промежуток своей жизни. Где была и что делала все эти дни? С осени до сегодняшнего дня, а сегодня у нас начало лета, судя по погоде и природе.

Закат мы провожали, ехав по полю. Я плохо разбиралась пшеница это или рожь. Но поле мне казалось было бесконечное. Если есть поле, значит и поселок недалеко. Наконец-то, мы скоро будем среди людей, и этот маскарад закончится. Мальчик спал у меня на руках, он вообще старался не отходить от меня. Я так мечтала о ребенке долго и мучительно. Не раз просила мужа взять из детского дома малыша, но он был против этого, говорил сами родим. Сколько слез, лечения, даже послушав бабок, в храм ездила, и ничего не помогало. А теперь эти люди говорят, что это мой ребенок. Я рассматривала его, он был светловолосый. Большие карие глаза с большими ресницами и ямочки на щечках. Он бы был красивой девочкой. Такое лицо для девочки мечта, а тут мальчишка. Я нюхала его макушку, он там вкусно пах каким- то сладким молоком. Или это сено так на меня влияло. Вечером стало холодать, и я завернула малыша в покрывало. Где же мама твоя, малыш? Как женщина могла отдать такого маленького на съемки. А вдруг у меня с крышей не все нормально? Вдруг он упал бы с телеги и покалечился?

Как- то странно. Никаких квадракопторов для съемок и такая большая территория задействована. Не пойму, зачем столько денег вложено и для чего это сделано? Пока одни вопросы и ни одного ответа.

После очередного холма, мы заметили огни деревни. В домах светились огоньки, и мы к ним приближались. Моя душа радовалась и ликовала, хотелось кричать: скорее, скорее, домой!

Как мне надоело трястись в этой телеге и когда уже это закончится?

Мы подъехали к деревне, и я увидела, что это не фонари, а факелы и с грустью подумала, что театр продолжается и нормально помыться и сходить в туалет, видимо не удастся.

Мы подъехали к крайнему темному дому, он был как бы на холме. Кузнец пошел в дом, открыл нам ворота и завел телегу во двор.

- Заходи хозяйка! Теперь это твой дом.- Сказал он мне и открыл дверь.

Я спрыгнула с телеги и пошла в дом вслед за кузнецом. Он зажег факел каким-то камнем, я так сразу и не поняла, как он это сделал и осветил большой широкий деревенский дом.

На полу был самотканый длинный ковер. Справа была большая печь, как в деревнях, слева был стол с лавками и возле стола стоял буфет с посудой. Над столом висел образ богородицы с лампадкой.

Кузнец зажег лампу, которая висела на цепях посреди дома, и поставил факел возле печи в специальные ножны.

- Дрова для печи принесу. Справитесь затопить печь?

- Справимся, батюшка. Где мне спать с Мишуткой?- спросила Лизка за спиной.

- Пока на печке устроишься, а завтра разберемся.

Лизка передала ему Мишутку, чтобы он положил его на печку, и стала суетиться возле печки. Я же стояла в ступоре посреди дома и не могла поверить, что это не конец  и представление продолжается.

Я подошла к столу, на столе стояла крынка молока и хлеб, накрытые рушником.

Я села на лавку и впала в ступор. Это не может быть, что это? Это мне испытание?

-Лиза, а город далеко?

-Далеко, Лада! Здесь в основном одни деревни! Но раз в месяц мы ездим туда, если есть что продать. Я думаю, что Никита часто туда ездит, он же кузнец! Он что и староста многое может себе позволить. Эта деревня больше нашей и на рынок мы сюда приезжаем, здесь и мельница и кузнец. Так что тебе повезло. Жены у Никиты нет, так что ты одна хозяйка!

- Так я ж его жена!

- Правильно, ты забыла, что Малхор имел старшую, да зашиб ее, вот тогда ты и стала старшей женой. А так она тобой помыкала.

Мамочки, куда я попала. Средневековье какое-то! Многоженство! Только этого мне не хватает.

Это уже даже на кино не смахивает. Ладно, главное узнать в какой стороне город и доехать до него, там уже в полицию и все это закончится.

Лиза как-то для такой маленькой девочки очень ловко со всем управлялась. Мне даже стыдно стало за свое бездействие.

-Давай я тебе помогу! Лиза говори, что делать.

- У Малхора нам Манька помогала, а как муж помер твой, и сбежала к своему брату. Так что я привычная. Нужно поесть хозяину приготовить, а то если кулаком свои стукнет, так нас тоже спалят на огне погребальном.

Я хмыкнула, пусть попробует только тронуть. Чем -нибудь как огрею, мало не покажется. Потом заяву накатаю, будет знать, как в образ входить. Лиза показала на корзину с картошкой, я села ее чистить. Она ловко поставила чугунок на огонь. В этот момент в дом вошел кузнец и положил нам что-то завернутое в полотенце и поставил ведро воды.

Я развернула и увидела сало соленое. Так это праздник уже. Сейчас мы его и пожарим с лучком.

Я покидала картошку в кипящий чугунок. Лиза поставила в другом чугунке яйца варить, и все чугунки задвинула подальше в печь. За печкой я нашла на стене лук, уже засохший. Ну ладно сойдет, а завтра посмотрим все запасы кузнеца, раз он решил сделать меня хозяйкой. Попляшет теперь муженек.

Через час у нас с Лизой был накрыт стол. На столе стоял котелок с картошкой, и сверху была она засыпана жареным салом и шкварками лука.