Прости меня луна (СИ) - Абалова Татьяна - Страница 38

Луна опустила голову к столу, постучалась о книги лбом, но ей это не помогло.

— Нет. Не помню. Кажется, одна из них была о столяре, — она подняла на собеседника виноватые глаза.

Ветер снисходительно улыбался. В его взгляде легко читалось, каким еще ребенком он считает Луну. А ей рядом с ним хотелось быть старше. Ну, или хотя бы выглядеть умнее.

— Не отчаивайся. Я специально не стал убирать все те книги, что в тот день не разложили по полкам. Вот они, — Ветер водрузил ладонь на притащенную им стопку. — Посмотри внимательно, может быть, ты узнаешь некоторые из них.

Луна начала перебирать книги, ужасаясь тому, какую ерунду читают люди.

Глава 22

— Что? Нашла? — Ветер не выдержал, вырвал из рук царевны книгу, на которой она задержала взгляд. «В подземелье у колдуна. Зелья и яды».

— И еще одна! — Луну уже саму лихорадил азарт открывателя. — «Тайные рецепты хмельных напитков кляужских монахов».

Последняя книга, вывалившаяся в то утро, открылась сразу же за предыдущими. «Двери и засовы. Пособие для нерадивого ученика столяра».

— В тайные двери? — неуверенно произнес Ветер, сложив первые слова.

Луна немного подумала и переставила книги в той очередности, в какой они падали с полок.

— Тайные двери в подземелье, — произнесла она и в ожидании ответа уставилась на старшего воспитанника, пока тот невидяще смотрел на прыгающий огонек свечи. Ей нравилось в нем все. Даже небольшой шрам, разделивший бровь пополам. И чернильное пятно на скуле. «Я боготворю его!» — вспомнились слова романтичной героини из какой-то глупой книжки «про любовь», которой зачитывалась Лилия. Луна фыркнула.

— Тайные двери в подземелье, — еще раз задумчиво произнес Ветер.

— Что это значит? — царевна толкнула соседа плечом, чтобы тот, наконец, отмер. Герой ее фантазий посмотрел на нее так, словно увидел впервые. — Ау! Это я, Луна!

— А это значит, Луна, — Ветер взял подсвечник и направился к шкафам, — что все ответы прячутся за тайными дверями подземелья. И они где-то здесь, в библиотеке! И как я раньше не догадался! Привидение ведь прямо указало: «Ищи ветер».

— И мы будем их искать?! — тот, кто не испытывал восторг первооткрывателя, не понял бы воодушевления царевны.

— Их буду искать я, а ты пойдешь в трапезную. Время обеда, — похоронил мечтания Ветер и подтолкнул девочку к двери. Пусть немного грубо, но действенно. Царевна поняла, что помощник библиотекаря неумолим. — Я потом тебе все расскажу.

— Клянешься? — не найдя весомых причин, чтобы заставить его передумать, Луна свела брови к переносице и протянула для скрепления клятвы ладонь.

— Я думал, ты возьмешь с меня клятву на крови, — рассмеялся Ветер и пожал теплую ладошку. — Клянусь.

Луна и не заметила, как оказалась за дверью. С обратной стороны щелчком повернулся ключ.

«Меня выставили? Выгнали на самом интересном?»

Понятное дело, что обед был лишь предлогом.

Громко протопав до угла, она вознамерилась тут же развернуться и на цыпочках подкрасться к двери, но пришлось делать вид, что стоит пограничным столбом, потому что ищет что-то важное в карманах платья. В трапезную гурьбой шли воспитанники, продолжая обсуждать череду нелепых смертей, и царевна боялась, что за ней кто-нибудь увяжется.

Улучив момент, когда основная масса прошла, она шмыгнула за поворот. В тяжелых башмаках идти на цыпочках невероятно трудно, и царевна от усердия потела. У двери постояла в нерешительности, не зная, что делать дальше. Сдвинув со лба платок, приложила глаз к замочной скважине… и едва не упала — дверь оказалась открытой.

Приподняв платье, Луна боязливо перешагнула через порог и тут же ощутила, как по ногам сквозануло холодом.

«Откуда здесь такой сильный сквозняк?»

Оглядевшись, убедилась, что все окна оставались закрытыми.

— Ищи ветер, ищи ветер… — прошептала царевна. — Неужели он все-таки отыскал дверь, ведущую в подземелье?

Луна прихватила со стола горящую свечу и, повинуясь трепету огонька, направилась к шкафам. В самом дальнем углу между криво стоящими полками протиснулась с трудом: те оказались сдвинутыми с места. Сразу же за ними открылось зияющее темнотой пространство, а на сорванных петлях болталась почерневшая от времени деревянная дверь.

От пронизывающего насквозь потока воздуха свеча, шумно пыхнув, погасла.

— Лампа, — Луна вспомнила о подвешенной над столиком с фолиантом «Древа родов» магической лампе, свет которой пробивался и сюда.

Подхватила по пути оставленный сестрой Радуницей вязаный платок, накинула его на плечи и перевязала под грудью крест-накрест. Прежде чем шагнуть в таинственный проем, царевна выдохнула и выставила вперед руку с лампой — желтое пятно света робко раздвинуло темноту.

— Ветер! Ты здесь?

Лестница казалась бесконечной. Она то ширилась так, что невозможно было рассмотреть стены, то сужалась, сдавливаемая выступами скал. Сворачивала под причудливыми углами, и мерещилось тогда царевне, что идет она назад, к библиотеке, но непременный уклон вниз сомнения стирал. Где-то капала вода, сквозняк морозил ноги, и Луна время от времени останавливалась, чтобы повыше задрать спустившиеся чулки. В такие моменты она жалела, что не захватила с собой плащ. Лучше бы его взяла, чем этот почти не греющий платок.

Но кто же знал, что придется зайти так далеко?

Обширная подземная зала открылась внезапно. Она была ярко освещена, и царевна невольно зажмурилась. За веками поплыли цветные круги.

— Ты не один из нас-с-с-с… — различила она незнакомый голос, больше похожий на шепот, произносимый великаном. Эхо старательно разнесло его по углам, и размноженный звук, стукнувшись о горную породу, породил тревожный шорох — где-то осыпался песок.

— Я рожденный от брата с сестрой! — Ветер стоял в центре залы. Его собеседника скрывала скала, поэтому Луна, желая рассмотреть, сделала шаг в сторону, но в этот же миг кто-то накрыл ей ладонью рот и с силой оттащил назад.

— Тише! — чужие волосы щекотали лицо. — Это я, Лоза! Я сейчас уберу руку, но прошу тебя, не произноси ни звука.

Царевна в знак того, что поняла, часто закивала. Хорошо, что Лоза был начеку и тут же вновь прижал руку к ее губам, потому как Луна совсем забыла, что ученик Даруни утратил прежний облик, и едва не закричала от страха.

— Тише… Тише… Дыши… — он отошел в тень, увлекая за собой царевну.

— Нет… — эхо и шелест камней мешали различать ответные слова великана. — На тебе нет печати пророчества. Здесь только трое из пяти.

— Я пришел один! — крикнул Ветер и растерянно оглянулся.

Камни, зашелестевшие за притихшими Лозой и Луной, заставили их отступить от стены. Но они все сыпались и сыпались, пока совсем не оставили места за выступом скалы, вытолкнув людей на свет.

— Луна? Ты зачем здесь? — голос Ветра дрогнул.

Тень огромного воина плыла по воздуху. Через нее были видны пылающие на одной из пяти колонн, поддерживающих тяжелый каменный свод, надписи. Они горели так ярко, что прочесть их было невозможно.

— Приветствую вас, Бредущий в никуда и Бастард, в ком королевская кровь смешана с колдовской!

Тут же ярким светом загорелись еще две колонны, и камнепад, порожденный голосом призрачного героя, усилился.

Лоза, выступив вперед, толкнул за свою спину Луну, будто вновь намеревался прикрыть ее своим телом.

— А ты кто? — спросил бахриман у тени. Луна, наконец-то оторвав взгляд от меняющегося лица воина, обратила внимание на настойчивые движения пальцев Лозы — он, спрятав руку за спину, призывал что-то взять. Гладкая поверхность браслета, более изящного и тонкого, чем тот, который носил сам воспитанник, ладно обхватила ее запястье. После щелчка застежки, невзрачный Первозданный камень, а царевна его узнала, потеплел. Из бесцветного и тусклого, сделался солнечно-желтым.

— Я тот, кто спит вечность, — воин отвел в сторону такой же огромный, как и он сам, меч. Полупрозрачное острие ткнулось в высокий постамент, украшенный каменной крышкой, на которой в полный рост была вытесана фигура воина, сложившего руки на черенке двуручного меча.