Полюби во мне тьму (СИ) - Абалова Татьяна - Страница 53

Обернувшись на Лючию, Кразимион запоздало понял, от кого убегал Непотребник.

Не испуганная ведьма, молящая о любви, стояла над застывшим от удивления демоном, а нечто большее, гораздо большее, гордое и свободное, что может сравниться в величии разве что с Первыми из Первых.

Ее золотистые волосы, на которых робкие лучи восходящего солнца зажгли росинки, лежали на плечах тяжелой мантией, сродни королевской. Гордо поднятый подбородок обнажал ту незащищенную часть шеи, куда всякий разъяренный демон стремился бы приложиться мечом, но упаси его всевышние силы сделать что-либо подобное! Упал бы замертво от одного синего взгляда: глубокого, пронизывающего, выворачивающего наизнанку.

Не будь Кразимион Высшим демоном, стоял бы сейчас на коленях и со стоном вымаливал пощады, но и в нем величия и могущества было хоть отбавляй, а потому он медленно поднялся, сделал шаг в сторону ведьмы и взглядом уперся в ее полыхающие гневом глаза.

- Что? Слезы высохли?

Ответом была пощечина, породившая лишь кривую усмешку демона.

- Еще раз ударишь, оторву руку…

Ударила. Наотмашь. Со всей силы.

Кразимион поймал ладонь на излете и завел за напряженную спину. Лючия пустила в ход вторую руку, но и она, не долетев до щеки, была перехвачена и заведена туда же. Сильные пальцы демона сомкнулись на запястьях капканом.

Только сейчас Лючия заметила, как внимательно милорд рассматривает, нет, не ее полыхающее лицо, а глубокий вырез надорвавшегося при освобождении с места казни платья. Заведенные за спину руки заставили прогнуться, отчего полушария груди норовили покинуть то немногое, что осталось от одежды.

- Пусти!

- На правах захватчика, - тихо проговорил демон и оставил на ее плече пламенеющий след поцелуя.

- Кому сказала?! Пусти!

- Сама напросилась, - еще одна влажная отметка заняла свое место рядом с предыдущей.

Лючия попыталась ударить головой, как учили монахини, но обнаружила, что коварный демон скрутил не только запястья, но и прихватил приличную прядь волос, отчего возможность выпрямиться напрочь исчезла, оставив разве что способность еще больше выгнуться дугой и открыть шею… для поцелуев.

Когда и эта область была взята обветренными губами захватчика, ведьма вспомнила о ногах.

«Чему там учила наставница? Резкий удар коленом?»

Попыталась приподнять ногу, но та была немедленно перехвачена и заведена за демоническое бедро, отчего мужское тело оказалось столь близко, что Лючия в полной мере ощутила то, что до этого видела лишь на картинках в альбомах по анатомии и только однажды в пору затворничества в башне у стукнутого головой лже-ангела, который «забыл» прикрыться и встал в полный рост.

Лючия не запомнила, когда ее руки получили свободу и вцепились в плечи демона, который прокладывал дорожку из поцелуев вдоль смелого выреза платья, как не заметила и того, что его ладони забрались под юбку и вольготно расположились на иных полушариях, совершенно не прикрытых хотя бы такими призрачными панталонами как у Дуни.

Воспоминание о кружавчиках Дуни на секунду вернуло сознание, но оно моментально уплыло, стоило демону сомкнуть губы на чувствительном соске.

«Что это-о-о-о? Отчего немеют ноги... а в животе разливается такая приятная истома, что хочется опрокинуться на спину?..»

Влажная трава шелком выстлалась под тяжестью девичьего тела, приятно холодила обнаженную кожу, на которой, казалось, не осталось нецелованных мест. Когда ноги сомкнулись за спиной демона, Лючия, нисколько не стесняясь, попросила:

-      Возьми меня, - и потянулась руками к любимому лицу, чтобы сладко поцеловать, но с ошеломлением заметила, как сосредоточился взгляд демона, откуда медленно, но верно уплывал туман возбуждения.

И вот уже милорд поднялся на ноги и смотрел сверху так, словно не желанная красавица лежала перед ним, а доступная девица, что распустила лиф и в вожделении задрала юбку. Неуверенный шаг назад, другой, шорох травы, и Лючия осталась совсем одна, распластанная на зеленом ковре, словно бабочка на булавке коллекционера, которая совсем недавно блистала красотой, а теперь безжизненно замерла.

-      Поплачь, девонька, поплачь, милая, - рядом опустилось привидение. Невесомо погладило по голове, помогло запахнуть разорванное на груди платье.

Лючия повернулась на бок, уткнулось лицом в призрачные колени Дуни. Вздрагивающие плечи и сжатые кулаки - вот и все свидетельства того, что Лючия находилась на грани отчаяния. Ни громких стенаний, ни обидных слов, ни проклятий в сторону того, кто сбежал от нее, словно она была проклятой.

-      Я проклятая... Проклятая...

-      Твоя правда, девонька. Ты проклятая. А он, - привидение посмотрело в сторону холодного озера, в воды которого с разбегу влетел демон, - ингледиент проклятия. Ты позвала, он откликнулся. Никто не обещал тебе счастливой любви. Безответная, она тоже любовь. Осталось только дойти до Порога и проклятие снимется.

-      Да что же это за проклятие такое? - Лючия подняла полные слез глаза.

Таких прекрасных глаз Дуня никогда не видела. «Если бы любил, не бросил бы».

-      Уж и не скажу, за какие грехи тебя прокляли, но знаю только, что ты жаждала любви, но никогда не получала ее, а милорд мучился веками, изнывал, но никак не мог понять, откуда на него навалилась такая напасть. Пока один добрый человек не подсказал, что все дело в проклятии. То есть в тебе. И вот, повинуясь долгу, он нашел тебя, влюбил в себя, а теперь ведет к Порогу.

-      Повинуясь долгу? Я не верю, - Лючия села, думая о своем, рассеянно расправила юбку, закинула за спину растрепавшиеся волосы, обнажив плечи, покрытые поцелуями, чьи следы до сих пор пламенели на коже.

Дуня отвела взгляд.

-      Я знаю, он меня любит. Когда не любят, так не целуют... И в объятиях так не сжимают...

-      Ох, милая, мужчина, коли перед ним дева стелется, и не на такое способен.

-      Стелилась, а он все рано ушел. Это ли не доказательство, что все не просто так, не от одного желания уничтожить проклятие? - Лючию покоробили слова привидения, но она не отступалась, потому как не находила иных способов защитить свои представления о любви.

Дуня в очередной раз вздохнула и полезла за шиворот. Достала книжицу, полистала и, открыв нужную страницу, сунула Лючии под нос.

-      На, читай. Здесь все написано.

Дрожащие пальцы не позволили сосредоточиться. Книжка ходила ходуном.

Шумно выдохнув и досчитав до пяти, Лючия вновь вернулась к записям.

Не веря, прочитала несколько раз.

Книжка выпала из ее рук, взмахнув веером страниц.