Приемная дочь Бабы Яги (СИ) - "Meleth" - Страница 110

— А ну-ка подь сюды! — строго так позвал нас отец, что даже мысли не возникло ослушаться. — И рыбешек ваших захватите!

Собрав поджаренную рыбку, мы поплелись к родителям нога за ногу. Суровым взглядом за нами папа и мама следили, что лично у меня мураши по коже бегали. Судя по сопению Севы, он тоже к наказанию готовился. Дошли мы до сей честной компании, в ряд перед папкой выстроились и головы покаянно опустили, авось пронесет.

— Ну, как сестренку назовем? — неожиданно задал вопрос Зареслав Лиходольский и тихонько рассмеялся, когда наши озадаченные лица увидел. — Или скажете, что не придумали еще?

— Варькой! Варюшей! Варварой! — выпалили мы все четверо одновременно.

— Душа моя, как тебе это имя? — ласково спросил отец у мамы и, получив в ответ счастливую улыбку и утвердительный кивок, постановил. — Значит, будет Варварой, — папа нежно коснулся маминого уже очень большого и круглого животика и, блеснув хитрым взглядом в нашу сторону, скомандовал. — Рыбешек нам оставили и к костерку вернулись, себе еще нажарите. А теперь кру-у-угом! Шагом марш!

Нам дважды повторять не надо. Скоренько сгрузили на холстину, вместо скатерки которая была, рыбу жаренную и к своему костерку направились чуть ли не бегом.

— Фу-ух! Пронесло, — выдохнул Мир, когда мы уже в кружок сели и новую партию рыбок на веточки принялись нанизывать.

— Точно, — подтвердил Веня, подбрасывая в костер сушняка.

Веточки потрескивали, рыбка поджаривалась, а мы прислушивалась к веселому разговору взрослых. Мавки, русалки и мама обсуждали какие-то травки и что из них приготовить можно. Отец, лешие и водяной байки травили про охоту да рыбалку. Чуть позже мавки снова затянули песню, к ним присоединилась и мама. Еще чуть погодя, когда все уже напробовались медовухи началась главная забава, которую все очень любили — это частушки. Русалки и мавки, хитро переглянувшись и подмигнув Бабе Яге, задорно выдали:

Мужская часть не пожелала остаться в стороне и, чуть посовещавшись, сочинила ответ:

Все. включая Ягу, прыснули со смеху, но прекращать веселье не собирались:

Снова раздался заливистый смех и развлечение продолжилось. День плавно перетек в вечер, а вечер засеребрился первыми ночными звездочками по стремительно темнеющему небосклону. Лес затих, а шумная разношерстная компания все никак не могла угомониться.

Если бы сторонний наблюдатель вдруг забрел на полянку, расположившуюся на берегу заводи, в народе именуемой русалочьей, он бы не поверил своим глазам. Да разве такое вообще может быть, чтобы русалка лихо отплясывала с лешим? Или Баба Яга пела задорные частушки? Ну, уж точно никто бы не поверил, что Змей будет с водяным в кости на щелбаны играть! Да и мавок, весело играющих в салочки с молоденькой Ёжкой и ее братьями, тоже не каждый день увидишь. Но никто посторонний, конечно же, появиться тут не мог, и помешать чужому веселью не получилось бы. Только большой рыжий кот, засевший на ветке одной из дальних берез, снисходительно фыркал в усы, наблюдая за творящимся балаганом. Но он-то не посторонний! Он-то как раз свой.

Конец