Моя человечка (СИ) - Хейди Лена - Страница 54

- Это зубы, они не втягиваются! - возмутился вампир.

- Объяснишь это Дэнриону, когда он будет их тебе выбивать, - равнодушно фыркнула я.

- Ты. - задохнулся вампир от ярости.

- Да, знаю: наглая, вредная и красивая, - усмехнулась я. - Мне уже говорили. Ты лучше расскажи, с какого перепугу ты меня вообще сюда притащил? Жить надоело?

- Как раз наоборот, - Цертейн с трудом взял себя в руки. - Ты - мой билет в счастливое будущее.

- Если только в один конец, и за Грань, - скептически отметила я. Умом понимала, что это существо лучше не злить, но ничего не могла с собой поделать.

- Ты - моя страховка, человечка, - вампир пропустил ехидную фразу мимо ушей. - Я заставлю всех твоих мужей принести мне магическую клятву на крови, что они не будут трогать ни меня, ни Ладивию. И тогда верну тебя им. Я должен уберечь свой народ от войны! А заодно и себя обезопасить от нападок.

Ну да. Прямо рыцарь в белых доспехах, денно и нощно пекущийся о благе народа.

- То есть, сначала ты заварил эту кашу, а теперь пытаешься запихнуть её обратно в кастрюлю, - рассмеялась я, покачав головой.

Вампир гневно что-то прошипел, сделал глубокий вдох-выдох, и снова уставился на меня.

- Во всём виноваты эльфы. Они всё неправильно поняли. Я не знаю, с какой стати они вообще решили, что я собрался объявлять им войну. Я всего-навсего попросил их вернуть в Ладивию украденные из Хранилища вампирские артефакты. А они вдруг резко запаниковали, заговорили о войне. Линтариэль - молодой и неопытный правитель, он на троне всего полгода. А его братец - всем известный любитель боёв и сражений, он даже имя себе взял в честь полководца. И два этих юных, воинственных эльфа - во главе Ринадейла! Для безопасности Ладивии я обязан просчитывать действия других теймуров на несколько ходов вперёд. Так что нет ничего удивительного в том, что я решил подстраховаться и предложил драконам военный союз в случае наступления боевых действий. Но это не значит, что мы бы стали нападать первыми! - воскликнул Цертейн.

Его глаза сейчас горели таким нездоровым огнём, что было ясно: спорить бесполезно.

- Как скажешь, - равнодушно повела я плечом, отворачиваясь.

- Теперь, когда вернулся Дэнрион, я представляю, что ему обо мне наговорили! Наверняка выставили злом во плоти. И я не дам ему уничтожить Ладивию! - вскинул голову вампир.

- Полагаю, первым делом он уничтожит мою свекровь, - невесело усмехнулась я. - Что ты ей пообещал?

- Запудрить ей голову было несложно, - губы вампира скривились в ухмылке. - Она была вне себя от ярости, когда узнала, что её горячо любимый и единственный сыночек стал четвёртым мужем в гареме какой-то человечки. Впрочем, надо отдать ей должное: она не хотела тебе навредить, и согласилась на мой план лишь тогда, когда я убедил её, что люблю тебя больше жизни. Я сказал ей, что сделаю тебя своей женой, разорвав все остальные брачные связи специальной магией, которая мне якобы подвластна. Тогда Дэнриэль снова станет холостым, чтобы заключить счастливый брак с какой-нибудь принцессой-эльфийкой. Этот довод оказался самым убедительным. А дальше - как говорится, дело техники.

- А свергнуть законного короля с престола Ладивии - для тебя это тоже дело техники? -хмыкнула я.

- Ты ничего не знаешь, человечка! А всё туда же - берёшься меня судить, - насупился вампир. Кажется, я затронула больную тему.

- Хочешь сказать, у тебя были на это веские причины? - покосилась я на него.

- Маккензи был моим племянником, но я всегда любил его, как сына. И тем больнее мне было видеть, как он день за днём всё больше сходит с ума, - с горечью отметил Цертейн, но я прекрасно видела за этой показной скорбью лицемерие.

- Хочешь сказать, что он был сумасшедшим? - недоверчиво уставилась я на вампира.

Глава 79. Камера

- Когда у Маккензи появились первые симптомы помешательства - я уговаривал себя, что это временно, что всё пройдёт. Ему ведь всего триста лет, а молодость - это, как известно, пора экспериментов. Так что я не вмешивался, когда он распустил свой гарем. Молчал, заметив его одержимость книгами. Он мог сутками не вылезать из библиотеки. Говорил, что изучает древние языки. На вопрос: «А зачем?», - пожимал плечами. Наконец настал момент, когда он отказался от человеческой крови! Заявил, что отныне пьёт только кровь животных, и то крайне редко. Он - правитель вампирского королевства, монарх, который должен быть примером для всех - отказался от своей сущности и заявил, что будет с ней бороться! Это было неслыханным кощунством, - скорбно покачал головой Цертейн.

- Оу, - выдавила я из себя, всеми фибрами души сочувствуя несчастному Маккензи, рискнувшему пойти против всей вампирской системы.

- Последней каплей было то, что он начал готовить законопроект по отмене рабства, -мрачно вздохнул Цертейн. - Он посягнул на самые основы нашего общества! Ведь он не просто лишал нас бесплатной рабочей силы, но и еды! Я не мог допустить такого беспредела. Безумие нашего короля стало очевидно не только мне, но и Совету Министров. Так что да, в этом государственном перевороте меня поддержали почти все. И теперь я -настоящий гарант прав и свобод вампиров, и именно такой правитель нужен Ладивии!

- А законного короля ты решил по-тихому прикопать, - подвела я итог.

- Пойдём! - крепко схватив за запястье, он затащил меня в серебристый портал.

Вышли мы в тюремной камере. В железных дверях было врезано окошко для подачи пищи, а на маленьком окне под потолком отсвечивала толстая серебряная решётка. В углу стояло ведро - видимо, в качестве горшка, а из мебели - одна лишь кровать, причём аккуратно заправленная. В воздухе витал довольно приятный запах ладана, амбры и кожи.

- Вот, посмотри на это! - бесцеремонно схватив за плечи, вампир развернул меня лицом к одной из серых стен, которая была исписана чем-то, сильно напоминающим засохшую кровь.

- Что это? - удивилась я.

- Я мог отправить племянника в казематы, но вместо этого разместил его здесь, в тепле и уюте! День за днём я пытался стереть ему память. Хотел потом поселить в каком-нибудь небольшом замке вдали от столицы, чтобы он жил в своё удовольствие, не вмешиваясь в государственные дела. Но он сопротивлялся! Цеплялся за свои никчёмные воспоминания. И продолжал тихо сходить с ума. Скажи, нормальный вампир будет писать своей кровью на стене рассказ про зайцев и яблоки? - всплеснул он руками. - Ты прочитай весь этот бред!

- Ну-у-у, - растерянно протянула я.

Не знаю, зачем Маккензи всё это наваял, но, по моему глубокому убеждению, сумасшедшим он точно не был.

- Хотя, о чём это я. Ты же аксуин, неграмотная, - с лёгким презрением отметил вампир.

- Да, куда уж мне, - согласилась я, загасив в голосе иронию и вчитываясь в текст на стене. Чем дольше я на него смотрела - тем лучше понимала, что написано там вовсе не про зайцев. А про то, как отсюда сбежать.

- И что ты там так внимательно рассматриваешь? - заподозрил неладное вампир.

- Любуюсь почерком, - посмотрела я на него честными глазами. А что, почерк и правда был красивым.

- Ладно, пойдём, я отведу тебя в гостевую комнату. Поживёшь там, пока твои мужья не выполнят моё условие, - он снова попытался схватить меня за руку, но я резко отпрянула:

- Нет! Я хочу остаться здесь.

- Зачем? - сильно удивился вампир.

- Какая разница, где сидеть взаперти? По крайней мере, эта комната кажется мне надёжной и безопасной. И пахнет тут приятно. А ещё - здесь есть мягкая кровать, на которой я могу полежать несколько минут до того, как за мной явятся мужья, - привела я самые железные доводы.

- Ладно, как хочешь, - махнул он рукой. - Только учти, человечка, что так быстро мужья тебя не вызволят. Они придут за тобой только тогда, когда я разрешу. Им не создать сюда портал, я об этом позаботился. А если они посмеют напасть на Ладивию - мне придётся тебя убить, - без капли сожаления заявил он. - Но, будем надеяться, что до этого не дойдёт. Располагайся и чувствуй себя, как дома, - хохотнул он, выходя в коридор.