Бухгалтер Его Величества (СИ) - Иконникова Ольга - Страница 32

– Подождите! – останавливаю я его монолог. – То есть, вы хотите сказать, что всё, что я делаю, пытаясь сохранить Тодории суверенитет, вам уже не нужно?

Совсем недавно я задала подобный вопрос и Рейнару.

– Нет, почему же, Елена Ивановна, продолжайте делать то, что делали. Но это будет теперь не самой главной вашей задачей. Для нас важнее понять, в каких местах появляются временные порталы и отыскать еще как минимум один портал за пределами Алара – чтобы мы могли попадать в это время даже тогда, когда город исчезнет.

– Боюсь, это невозможно, – возражаю я. – Даже месье Амбуаз не знает, чем вызвано появление портала в его доме. Для него это стало такой же неожиданностью, как и для вас. А обсуждать подобные вопросы с кем-то еще – чрезвычайно опасно. Вы удивитесь, но в Тодории всё еще идет охота на ведьм. Да, не такая открытая, как в средневековье, но любое подозрение в колдовстве может привести в тюрьму.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Улыбка сбегает с его лица.

– Я понимаю, Елена Ивановна, и ни на чём не настаиваю. Но всё-таки прошу вас – попытайтесь. Вы не представляете, насколько важным для человечества могут оказаться такие прыжки во времени.

Легко ему говорить – попытайтесь. Я отвечаю ему молчанием, и он поднимается.

– Ну, что же, Елена Ивановна, рад был вас повидать. Надеюсь, вы сумеете убедить ее сиятельство, что только неотложные дела не позволили мне присоединиться к вам за ужином. Да, и прошу вас – проводите меня в ту комнату, откуда я смогу вернуться домой. Боюсь, без вас я не найду дорогу.

Я провожаю его до кабинета графа. Во мне бушуют столь противоречивые чувства, что я не могу выразить их словами.

– Передавайте привет моей тете Руфине.

– Непременно, Елена Ивановна, непременно. А вы, прошу, не забудьте появиться на этом месте в оговоренное время. Надеюсь, вы понимаете, насколько это важно.

Я пожимаю ему руку и выхожу из комнаты. Я не хочу видеть, как он исчезает. Я едва знаю его, но он – то немногое, что связывает меня с настоящим.

46. И снова мадам Легран

– Право же, месье Вересов весьма неосторожен, – граф взмахивает руками и укоризненно качает головой. – Его появление здесь могло создать нам серьезные проблемы. Вы же понимаете, сударыня, что если бы в тот момент в кабинете оказался даже не чужой человек, а даже кто-нибудь из слуг, скандала было бы не избежать. А обвинение в колдовстве не так легко опровергнуть. За многовековую историю Тодории еще ни одной женщине, названной ведьмой, не удалось доказать, что это не так.

Я вполне понимаю его негодование. Вересову легко раздавать инструкции. Он появился и снова исчез. А нам всё это расхлебывать.

Я говорю «нам» и понимаю, что подсознательно ассоциирую себя уже не с двадцать первым веком, а с тем, в котором оказалась сейчас. Да, мне не хватает компьютера и интернета, и любимой тетки, и тех немногочисленных подруг, что остались там. Но в остальном…

– Сюзанна до сих пор не может прийти в себя, – продолжает жаловаться Амбуаз. – Я попытался убедить ее, что это вполне в духе американцев – неожиданно появляться и так же неожиданно исчезать, – но, боюсь, она сильно разочарована тем, что ваш знакомый не счел нужным даже попрощаться.

Да, графиня уже говорила со мной об этом, и я согласилась с ней, что мой заокеанский друг не обладает хорошими манерами.

– Послушайте, ваше сиятельство, давайте еще раз вернемся к теме, что мы уже однажды обсуждали, – предлагаю я. – Вспомните тот день, когда Вересов появился здесь впервые. Именно тогда портал сработал первый раз. Но это не могло произойти случайно! Что-то послужило толчком, причиной.

Граф послушно вспоминает, морщит лоб. Но спустя несколько минут трясет головой.

– Нет, сударыня, в тот день не случилось ничего необычного. Во всяком случае, такого, что я запомнил бы. Был такой же день, как и все остальные.

Он разводит руками. Похоже, от него я точно ничего не узнаю. И не потому, что он пытается что-то скрыть. Просто он и сам ничего не знает.

После обеда я отправляюсь в город. Я велю кучеру ждать меня на центральной площади и иду гулять одна. Я не хочу, чтобы кто-то знал, что я посещаю магазинчик мадам Легран.

Когда я переступаю через порог, уже знакомо звякает колокольчик. На сей раз в помещении оказывается не только хозяйка – две женщины в возрасте разглядывают что-то на одной из полок.

– И вы утверждаете, что это будет иметь эффект? – спрашивает одна из покупательниц. – Он точно обратит на меня внимание? Поймите – он гораздо моложе меня. И он красив!

Да уж, за двести лет в мире, кроме науки и технологий, мало что изменилось. Наших женщин продолжают волновать те же проблемы, что и эту немолодую влюбленную дурочку.

– Достаточно каждый день наносить пару капель на запястье, – заверяет мадам Легран, – и он будет от вас без ума.

Женщина дрожащими руками отсчитывает хозяйке нужную сумму и получает вожделенную склянку с темно-зеленым снадобьем. Ее спутница, одетая куда скромнее (должно быть, компаньонка), смотрит на нее с восхищением.

Они удаляются, а я не могу сдержать улыбки:

– А как вы будете оправдываться перед ней, если снадобье не подействует? Мне кажется, она из тех людей, кто непременно предъявит претензию, когда результат окажется не таким, как она ожидала.

Хозяйка смеется:

– Уверяю вас, ваша светлость, результат превзойдет все ее ожидания!

Признаться, я удивлена.

– Вы настолько уверены в своих зельях?

Она смеется еще громче.

– Нет, сударыня, дело вовсе не в этом. Эта дама – вдова богатого банкира. А объект ее воздыхания – младший из пяти сыновей в обедневшей баронской семье. У него нет никаких надежд на получение титула. Мое зелье придаст мадам смелости и побудит ее сделать первый шаг. И не сомневаюсь, что молодой человек такого шанса не упустит. Если он не дурак, то женится на ней, несмотря на разницу в возрасте и не слишком привлекательную внешность невесты.

– Но что будет потом? – тихо спрашиваю я.

Мадам Легран пожимает плечами:

– А это – уже не мое дело. Этой склянки ей хватит на несколько месяцев – как раз до свадьбы. А когда она снова придет за снадобьем, я скажу ей, что для приготовления новой порции у меня не хватает ингредиентов. Некоторые волшебные травы встречаются столь редко!

Она подмигивает мне, и я, несмотря на жалость к той даме, снова улыбаюсь.

– Но вы же пришли сюда, ваша светлость, чтобы поговорить о более важных вещах, не так ли? Вам, чтобы привлечь чье-то внимание, уж точно никакие зелья не нужны.

Мы поднимаемся на второй этаж – в небольшую уютную комнатку, расположенную прямо над лавкой. Здесь пахнет уже не травами, а чем-то сладким – конфетами или выпечкой.

– Скажите, сударыня, – начинаю я, удобно устроившись на высоком стуле у стола, – в самом ли деле мать графа Помпиду обладала особенными способностями? И если это было так, то почему он сам об этом не знает?

Хозяйка фыркает:

– Право же, ваша светлость, вы как ребенок – верите всему, что скажет граф! Конечно же, он обо всём знает! Просто предпочитает об этом не вспоминать. Его можно понять – если бы имелись веские доказательства того, что его матушка была ведьмой, то он не смог бы занимать столь важный пост. Поэтому их семейство сделало всё, чтобы этот секрет не был никому известен. Между прочим, родной брат дедушки месье Амбуаза был инквизитором! Представьте, какой конфуз – в семье инквизитора родилась ведьма! Я думаю, это случилось потому, что тот самый инквизитор умышленно решил строить свой особняк на том месте, где когда-то сжигали ведьм. Он был слишком самоуверен.

– Я думала, такие способности передаются по наследству, – бормочу я.

– Не всегда так, – возражает она. – Иногда они могут появиться неожиданно – даже у взрослого человека. Но я лично не была знакома с графиней – мне про нее рассказывала моя мать. Бедняжка, ее держали взаперти почти всю жизнь. Ссылались на слабое здоровье. Послушайте, ваша светлость, а я ведь даже чаю вам не предложила! Давайте я угощу вас своими пирожными – лучших вы не сыщете даже в королевском дворце.