Не провоцируй, белочка! (СИ) - Майер Кристина - Страница 27

Узнав все это, я и себя считал виноватым. Вел себя с ней, как последний мудак! Ругал себя за это, но перестроиться было очень сложно. Когда ты не привык добиваться женщин, переключиться и стать вмиг романтичным парнем нереально за короткий срок. Блин, этому тоже нужно учиться.

Я пообещал, что сделаю все, чтобы это девочка была счастлива. Я сделаю все, чтобы ее жизнь изменилась в лучшую сторону. Она получит свои романтические вечера, прогулки под луной, поцелуи… и не только.

Мне важно видеть ее счастливой. Я еще в больнице понял, что мой интерес намного глубже и сильнее, чем обычная похоть. А сейчас я окончательно понял, что не смогу ее потерять…

Самир!.. Он все знал, но не помешал. Почему? Набрав номер друга, я приложил к уху телефон. После третьего гудка он ответил.

— Мне уже сообщили, что твою девушку забрали, — без предисловий, сразу перешел он к делу.

— Почему мне не позвонил? — вспылил я. Во мне кипела ярость и она искала выход. Конечно, Самир не тот человек, с которым разговаривают в подобном тоне, но мы друзья и мне начхать на его авторитет.

— И зачем я должен был это делать? — спокойно спросил он, чем еще больше вывел меня из себя. — Чтобы ты сгоряча помчался к будущему родственнику и устроил самосуд? Я слышу в твоем голосе ярость, Алмаз. Успокойся! Тут надо действовать с холодной головой и трезвым разумом.

— Ты мне не сказал, что Левин изменил план! Или скажешь, что не знал об этом? — заорал я в трубку.

— Ты на меня ответственность не перекладывай. Ты вообще, какого лешего выпустил ее из дома? Хотя, хорошо что он забрал ее сейчас, а не полез в дом. Алмаз, ты же понимаешь, что пойди Левин на отчаянный шаг, ничем хорошим эта история бы не закончилась. Мы, конечно, смогли бы упечь его за решетку, но я не хотел бы потерять друга. Вероятность, что он не оставил бы тебя в живых слишком высока. Ты этому подонку перешел дорогу.

— Я его в порошок сотру!

— Не горячись! Я прямо сейчас еду к Боярову. Слово тебе даю, что мы реализуем наш план, просто внесем небольшие коррективы, — в его голосе появилась холодные нотки. — Бояров не сможет мне отказать. Мы заочно знакомы. — я уже понял, что Виктор побоится пойти против Самира. — Ты получишь свою девочку обратно. Получишь ее на наших условиях.

— Я хочу поехать с тобой. — мне нужно было лично контролировать процесс.

— Нет, — категорично сказал друг. — Ты не в том состоянии, чтобы вести переговоры. Вместо того, чтобы начать уничтожать противников, езжай к Роме и поработай над бумагами. Я вечером наберу, сообщу, какие пункты внести в договор.

— Ты наберешь, как только выйдешь от Боярова. Самир, если с Беллой…

— Ничего они с твоей девочкой не сделают. Ее брат понимает, что может потерять все, если Виктор откажется от сделки. До переговоров ее не тронут, а там мы вмешаемся.

— Самир, ты уверен, что у тебя все получится? Есть хоть один процент сомнений? — я не хотел подвергать Беллу даже малейшей опасности.

— Алмаз, — уже зло и раздраженно. — Я тебя когда-нибудь подводил?

— Проехали. Я места себе не нахожу.

— Забыли. Если эта девочка для тебя так важна, она будет с тобой. Подготовь документы, — напомнил он. — Твоя невеста не придет к тебе бесприданницей, — хмыкнул Самир в трубку. Я знал, на что он намекает, мы это уже обсуждали.

— Я тебя понял. Давай. — закончив разговор, я невесело улыбнулся. Если все получится, Белла никогда не будет чувствовать себя «бедной родственницей». Я знаю, для нее будет важно иметь свой доход.

Эти несколько дней будут самыми трудными в моей жизни. Я не хочу возвращаться в дом, где ее нет. Я не успокоюсь, пока не увижу ее. Я не успокоюсь, пока она не окажется рядом со мной. В моих объятиях.

Это же надо было так вляпаться! По самое не хочу! Белочка…

Я сделал много неправильных вещей, а еще больше наговорил. Ей сложно будет меня простить и все забыть. Пообещал себе, что сделаю все, чтобы у нас получилась нормальная семья.



Глава 23

Белла

— Я подготовила спальню в конце коридора, можешь переселиться туда, — опустив на тумбу поднос, произнесла домработница. Я вопросительно посмотрела на нее. — Ты же не собираешься ночевать тут вместе с братом? — пояснила девушка.

Оказывается, меня в бессознательном состоянии доставили в комнату, которую будут занимать Степа с женой. И как долго продлится наше заточение? Пока меня не вручат Виктору?

— За подносом я чуть позже зайду.

Я удивлялась наглость этой девицы. Если бы меня застукали с чужим мужем, я бы со стыда сгорела или под землю провалилась, а эта ходит и ведет себя так, словно она тут хозяйка. Я бы с удовольствием всю свою злость сорвала на этой стерве. Хотя, можно же попробовать? Если бы меня кто-нибудь заверил, что Степа не тронет Милу, я бы ее… И мне было все равно, что у этой девицы опыты побольше. Думаю, ей не привыкать отстаивать свою неправоту кулаками.

Поднос, что она принесла, так и остался стоять нетронутым на тумбе. Мы, не сговариваясь, отказались от ее стряпни. Степе мы не могли противостоять, но его девку не обязаны были терпеть.

Марк помогал отвлечься от невеселых мыслей, но чувствуя обстановку в доме малыш сильно капризничал. Мила выбилась из сил, стараясь его успокоить.

— Ложись, поспи, я с ним посижу. — предложила я. Мила отказываться не стала. Ночь у нее была бессонная, а день выдался трудным. У Марка должна быть спокойная отдохнувшая мама.

Забрав бутылочки и погремушку, я отправилась на поиски своей комнаты. Мы со сладуном найдем чем заняться.

В соседей комнате я застала Алену. Домработница, удобно устроившись на постели, листала журнал. Подняв на меня возмущенный взгляд, она ждала, когда я выйду. Во мне, что-то замкнуло, я не смогла больше сдерживать свою неприязнь.

— Пошла вот отсюда! — мой гнев вырвался наружу, я старалась говорить жестко, но негромко, чтобы не напугать малыша.

— Твоя комната…

— «Ваша» комната, — выделила я тоном местоимение. — Ты тут прислуга и к хозяевам будешь обращаться на вы. Ты не в доме Алмазова, где у нас были равные условиях. Пошла вон отсюда! — кивнула я на дверь. Никогда не вела себя так, но сейчас очень захотелось поставить на место зазнавшуюся девицу.

— Эта комната моя. — в ее глазах горел вызов, но тон Алена сбавила. Степа, вряд ли позволил ей поселиться рядом с ним. То, что он сделал Алену своей любовницей и отдал мамины серьги, ни о чем не говорит, не дает ей никаких прав. Если она хоть немного успела изучить характер брата, жаловаться ему не побежит, а значит можно не сдерживаться. Она наверняка уже поняла, кто такой Степа…

— Твоя комната в крыле прислуги, забирай свои вещи и уходи. — еще бы знать, есть в этом доме это крыло или нет. — С чего ты вообще решила, что ровня хозяевам? Может мне Степана спросить, откуда такие привилегии? — Милу я выдать не могла, поэтому пришлось делать вид, что о «тайном» романе брата мне ничего неизвестно.

Как я и думала, она сама себе позволила заселиться в эту комнату. Достав сумку, Алена принялась собирать вещи. Эта гадина пытается здесь окопаться. Если мне придется уехать к Виктору, Алена продолжит портить жизнь Миле. Степа, как и любой мужик, не видит проблему там, где она может появиться. Реализуя свои наполеоновские планы, он не обращает внимания на козни, которые строит эта девица у него под носом. Конечно, как только его перестанет устраивать новая домработница, она пожалеет, что с ним связалась. И я ей не сочувствовала.

Серьги я так и не решилась содрать… Сложно было предугадать реакцию брата, он мог взбеситься из-за того, что я тронула его подарок.

Дождавшись, когда Алена уйдет, я закрыта дверь и прошла в спальню. Кому предназначалась эта комната, я не знала, но решила остаться здесь, рядом с невесткой и племянником. Дом напоминал тюрьму: все окна в решетках, высокий забор, двор неухоженный. Постель нужно было перестелить, чтобы я и Марк могли на нее прилечь.