Игра богов. АВРИЕТ (СИ) - Миробидов Илья - Страница 63

— Как скажешь. Что насчёт оценки вещей? Думаю, этот продавец подойдёт.

— Я не против, давай, — снова любуясь кольцом, кивнул я.

Левзея тут же заговорила на незнакомом языке.

— Эй, эй, эй! Давай без твоего клингонского, хорошо? Говорить буду я, — перебив её, обратился к продавцу. — Добрый день. Не могли бы вы помочь мне с одним деликатным дельцем?

— Конечно, Стас, слушаю.

— Необходимо оценить стоимость ремонта вещей моей спутницы, — и повернувшись к Левзее, с улыбкой добавил, — ну, раздевайся.

Продавец удивлённо уставился на девушку, как и я, ожидая, что будет дальше.

— Отвернитесь, — смущённо вымолвила она.

— Можно подумать, что я там чего-то не видел, — игриво произнёс я и повернулся спиной к лучнице.

На затылке потеплело, а уши стали нагреваться.

— Готово, — сказала она через несколько секунд.

Я повернулся и не поверил своим глазам. Все элементы брони лежали на прилавке, а Левзея стояла в средневековом бордово-желтоватом платье с широкими рукавами.

— Ещё прибавьте полностью разрушенные наручи и поножи из кожи василиска.

— Сетовые, из Варсага? — уточнил продавец.

— Они самые, — ответила она и повернулась ко мне.

Я рассматривал Левзею, пытаясь хоть как-то примерить ей образ дамы из высшего общества.

— Чего ещё? Не видел девушек в платье?

— Да нет, просто не думал, что такие, как ты, их носят. Кстати, тебе очень идёт.

— Что значит такие, как я? — упёршись руками в бока и не обращая внимания на мой комплимент, насупилась она.

Нашу назревавшую перепалку остановил продавец, быстро подсчитавший общую сумму ремонта.

— Итого выходит сто тридцать семь серебряных монет.

— Ха! — выкрикнула Левзея. — Уяснил? Я даже тебе меньше посчитала изначально. Так кто из нас скупой, а?

Я присел на подвернувшийся под руку табурет.

— Благодарю, — сказала Левзея, забирая свои вещи.

Мне захотелось на свежий воздух, чтобы всё обдумать.

«Сумма, которую объявил оценщик, была огромной. Чтобы расплатиться, мне придётся отдать все свои сбережения, и что-то ещё продать. В противном случае мне не видать второй головы ведьмы. И что может быть ещё хуже, она сдаст меня страже. Кто его знает, какие в этом магическом средневековом мире есть способы проверки её слов на правду?»

— Я же говорила, а ты не верил, — вторила вышедшая за мной Левзея, — так что с тебя серебро. Или можешь расплатиться сетом мастера ядов. Я не против.

— Сетом мастера кого? Откуда ты…

— Как откуда? Что? Не помнишь, как ты распинался у костра, как вы с дварфом расправились с Арахной, как именно ты решил раскопать останки второго босса, как нашли вход в какие-то чертоги.

Меня ошарашило. Я совершенно не помнил этого. Она всё говорила и говорила, но я уже не слушал. Осознание того, что я раскрыл секрет дварфа непонятной лучнице, и бог знает что ещё мог наплести, выбило почву под ногами.

«Что я ей рассказал?»

Догадки терзали меня, но спросить напрямую боялся.

«Говорила мне мама — не пей с незнакомыми девушками. Стоп. Мама мне такого не говорила. Или это был папа? А нет. Это был Коля. Он рассказывал свои впечатления после просмотренного фильма, названия которого я уже не помнил», — мысли мои путались.

— Левзея, — серьёзно произнёс я, пытаясь сообразить, как лучше поступить, — нам нужно поговорить наедине.

— Ты чего? — смущённо спросила она.

Только сейчас заметил, что на эмоциях схватил её за запястья.

— Пошли.

— Куда? — спросила она, жестом останавливая рассердившегося Каску.

— Туда, где нас не побеспокоят, — сказал я и, держа Левзею за руку, повёл за собой.

Таверна была похожа на базар. Бедный официант не успевал разносить заказы. Выйдя наружу, направился в комнату, но меня остановил подоспевший людоящер.

— Прости, Стас, Гарроро запретил держать животных в комнатах. Полы деревянные, всё впитывают, — ответил он.

— Оставишь Каску здесь, на время?

— Нет! — возразила Левзея. — Куда я, туда и Каска.

— Хорошо, — выцедил я.

Следующим местом было хранилище. От количества людоящеров и людей было не протолкнуться. На вопрос к Лаури, откуда здесь столько народу, тот ответил, что приехало очень много приглашённых гостей на свадьбу старосты деревни, и каждый размещает свои пожитки на складе, поэтому всё обслуживание проводится в порядке живой очереди. К слову, она походила на нескончаемые вагоны поезда при закрытом переезде.

— Да что происходит? Может, хватит уже, и ты всё-таки расскажешь, в чём дело? У меня запястье ноет.

— Ой, прости, — я отпустил руку Левзеи.

Оставалось единственное место, где можно было поговорить и работало оно только по ночам. Но как его преподнести Левзее? Не придумав ничего лучше, я просто попросил её идти за мной, пока мы не остановились у знакомой вывески.

— Публичный дом? Ты серьёзно. Я не пойду туда ни за что! И, вообще, я считаю мерзким хождение по таким заведениям.

— Других мест нет, а то, что я хочу с тобой обсудить, не должен слышать никто. Это вопрос жизни и смерти.

Если бы не мой испуганный голос, то Левзея давно сорвалась и натравила на меня Каску. Тем временем я постучал в двери борделя.

— Приходите ночью, мы закрыты, — послышался голос, спустя минуту.

— Мадам Карисса, это я, Стас. Мне нужна комната на время, я заплачу.

Дверь неторопливо открылась, и Карисса помахала рукой, зазывая нас внутрь.

— Приветствую тебя, Стас. В последнее время о тебе ходит много слухов. Вижу ты не один. Дай-ка посмотреть на твою спутницу, — мадам Карисса зажгла благовония и оглядела Левзею.

— А у тебя хороший вкус. Такую милашку ухватить. Понимаю, зачем тебе так срочно потребовалось с ней уединиться. Даже завидно.

Лицо Левзеи стало пунцовым.

— Мы ничего такого не собираемся делать. Я скорее умру, чем позволю собой овладеть, — резко ответила она.

— Деточка, — мадам Карисса медленно подошла ближе и нежно прикоснулась пальцами к подбородку Левзеи, — я много лет живу в этом мире и ни с чем не спутаю этот взгляд.

— Какой взгляд, вы о чём?

— Никакой, — буркнула Левзея и повернулась в мою сторону, избегая смотреть мне в глаза, — давай уже ближе к делу, мне тут не по себе.

— С тебя один серебряный, Стас, и выбирай любую комнату. Ты же помнишь, где они расположены?

— Да, — ответил я, вызвав недоуменный взгляд Левзеи.

— А ты тут, оказывается, частый посетитель.

— Вообще-то, я был здесь всего один раз, но сейчас не об этом. Идём.

Вы потеряли 1 серебряную монету.

— Божечки, а это что за прелесть? — Карисса наклонилась к пантере и аккуратно почесала ей грудку, отчего Каска заурчал и тут же прилёг, получая удовольствие от дальнейших поглаживаний хозяйки борделя.

— Каска ко мне! — приказала Левзея.

— Не переживай. В этих стенах запрещены любые виды насилия, кроме одного. Никто не навредит тебе, а кошечка побудет со мной. Обещаю обходиться с ней ласково.

Было такое ощущение, что каждое слово Кариссы, как дурман, проникало в сознание, не оставляя ни шанса на сопротивление.

— По-моему, кто-то совсем обнаглел, — как только закрылась дверь в комнате начала она, — сначала таскает меня как своего домашнего питомца по всей Бреоксе, а теперь привёл меня в публичный дом? Если твоя информация не будет так важна, как ты говорил, то тебе это выйдет боком, уяснил?!

— Хорошо, — ответил я, приглашая Левзею за небольшой столик, находившийся рядом с кроватью.

— Речь пойдёт о том вечере, когда мы выпивали у костра, и я тебе много о чём поведал, — собравшись с мыслями, начал я, — я рассказывал тебе что-нибудь про другой мир?

— Ну, ты что-то бормотал про астральный переход, стража. Про города с железными телегами, летающими по небу. Про харчевню Макдональдс, телефон, интернет, кино — много всего. Я посчитала, что ты бредишь или перепил, а что?

— Всё-таки рассказал, дурья башка, — прошептал я и, взглянув на лучницу, повысил тон, — выслушай меня, Левзея, всё, что я тебе поведал в ту ночь, нужно оставить в секрете, иначе тебя может постичь та же участь, что и меня. Это был не бред, а моя тайна, за которую уже поплатился. И можешь поплатиться и ты.