Истинная для Ворона (СИ) - Адьяр Мирослава - Страница 47

Кулганцы погрузились в молчание и не отвечали ни на какие запросы Совета. Их не сдвинули с места даже прямые угрозы. Галактические библиотекари знали, что на кону, и предоставили нам карты и точки входа в дальних секторах, где можно было благополучно спрятаться. Затаиться на время и разработать надежный план.

Ведь доказать невиновность нам было нечем. Слово кулганцев и беглых «преступников» против заявления Посредника.

В свое время я убирал людей и за меньшие проблемы.

И предатель сейчас мог поступить умнее. Рассказать Совету о Ключе самостоятельно, выставив все таким образом, что он хотел получить оружие против врага, которое помогло бы добраться до материнской планеты и вырвать само сердце захватчиков.

Но не получил, потому что беглецы присвоили его себе.

Это откроет настоящий сезон охоты за головами, а Совету, видит Саджа, есть что предложить.

Разумеется, смельчаков, что возьмутся за работу, потом пустят в расход. Предателю не нужны свидетели, но желающих может найтись столько, что втроем будет не отбиться.

И Ключ исчез, прихватив с собой Бурю, Ши и…

Я прикрыл глаза и попытался отогнать всплывшую картину.

Весь пол перед кабинетом в чем-то черном, липком и скользком. Вокруг ни души, хотя Герант клялся, что видел чьи-то фигуры на платформе всего мгновение назад. Я хотел позвать Флоренс, но язык во рту одеревенел от напряжения. Во мне кипело совершенно иррациональное чувство вины.

«Я должен был оставить ее при себе», — кричало что-то внутри.

Тихо, неуловимо, но настойчиво.

Пыль хрустела под сапогами, повсюду было разбросано мелкое стеклопластовое крошево, и стоило сделать шаг вперед, как взгляд привлек слабый блеск. Пальцы подхватили тонкую цепочку, украшенную мелкими цветами, замысловатыми фигурками и колечками.

Всю перемазанную в крови.

Флоренс с этой безделушкой никогда не расставалась — обматывала вокруг запястья, потому что не любила носить украшения на шее.

Подарок матери, — услужливо подсказала память.

У нее был голос Авроры. Немного покопавшись в настройках модификации, я смог изменить голос модуля памяти на голос сестры. Это утешало меня и давало сил не провалиться в форменное безумие. Я даже иногда мог представить, что Аврора и правда здесь: смотрит хмуро и качает головой.

У цепочки пришлось починить замок, и сейчас она лежала передо мной на столе. Терпеливо очищенная даже от самых мелких красных точек.

— Посредник может выдать того, кто снюхался с камкери.

— Без этого вашего…Ключа информация не будет иметь веса для Совета.

— Плевать я хотел на Совет, меня интересуют только мои люди. В неизвестность канули два моих человека, и я не успокоюсь, пока эта сука не запоет соловьем.

— Вас будут искать, — отец сильно побледнел, и меня внутренне передернуло от досады.

Все ради его долбаной эгоистичной власти над ситуацией. Только самые правильные дети, самые лучшие женщины, самые высокие посты, самая незапятнанная репутация.

Идеальность в бесконечной степени.

— Ты сам вышел со мной на связь, — когда я поднялся и прошел мимо него, то не удержался и хлопнул старика по плечу. И рука проскользила сквозь него, как сквозь кисель. Высококачественная, сверхреалистичная голограмма. — Я твоей помощи не просил.

— Подумай о семье, хотя бы раз! Ты ставишь под угрозу не только себя и меня, но и Аврору!

— Не смей мне говорить об Авроре! Она, как никто другой, понимает мои мотивы. Это ты готов на все ради…чистоты. Убирайся, — от резкого удара по столу звякнули пустые стаканы и жалобно задребезжал графин с водой. — И помни, что если кто-то в ближайшие сутки придет сюда по мою душу, я буду знать, кто их натравил.

— Ты совершаешь ошибку, сын, — отец примирительно поднял руки, будто и правда боялся нападения. — Камкери продвинулись довольно далеко по сравнению с их захватами за прошлые двадцать лет, но это не повод ставить под сомнения кого-то в Совете! Одних баек кулганцев мало. Да, они знатоки сотен культур, но кто поручится, что они не ошиблись? Камкери уже несколько лет хозяйничают в рукаве Персея и не пытаются захватить соседние территории. Не обнаружено никакой активность пространственных врат. Они стоят мертвые, как и столетия до этого. И камкери уничтожат, рано или поздно! Их отряды мельчают, все больше тварей гибнет от пуль патрульных и в колониях людей.

— Болезнь от этого никуда не девается. Никто не знает, как лечить «бич».

— Ты и правда веришь в сказку, что болезнь подготавливает планеты для поглощения? Кем?!

— Отец, я все сказал. Мне больше нечего добавить.

— Ты пожалеешь о своем решении, — пробормотал он и раздраженно сжал рукой переносицу. — Попомни мои слова. Ты всех нас потянешь за собой!

— Я жалею только об одном, — пальцы сами устремились к крохотной кнопке на столе, которая отключала связь. — Что не был там, когда Флоренс и Ши утянуло во мрак.

Щелчок.

Отец растворился, так и не успев оставить за собой последнее слово.

45. Ворон

— Ах, Герант, сто лет не виделись.

Она всегда просила называть ее «Госпожой Лир» — было в этом что-то такое странное и поэтичное, а я никогда не противился.

Все-таки Алиго Вакоши была властной и влиятельной женщиной, а властным и влиятельным можно простить некоторые прихоти.

Она сидела в кресле с высокой спинкой, и все ее внимание было сосредоточено на инфо-планшете, где мелькали таблицы, цифры и графики. В ее кабинете все было сделано с любовью к натуральности.

Алиго не признавала стеклопласт, синтетику или их замену. Только дерево, шелк и свет настоящих восковых свечей, а воздух ароматизировался специальными, вымоченными в эфирном масле палочками.

— Чувствуй себя как дома. И налей мне вина, вольный. В горле пересохло.

Она чуть повернула голову и тепло улыбнулась. Ярко-красные идеально очерченные губы растянулись ровно настолько, чтобы не показывать острые клыки. Если присмотреться внимательнее, то легко понять, что перед тобой сидит полукровка, но угадать «вторую кровь» — непростая задача.

Это мог быть кто-то из вампирской расы калиго, но я никогда не брался определять. Вакоши могла перегрызть горло за одну только попытку покопаться в ее родственных связях.

Тяжелые черные локоны зачесаны вверх, отчего на всеобщее обозрение была выставлена смуглая, золотистая кожа тонкой шеи. Изумрудные глаза рассматривали меня с ленивым любопытством, без подозрения, а острый длинный ноготь постукивал по крышке стола, вынуждая тихо позвякивать серебряные браслеты на точеном запястье.

Я сделал всего три шага от двери к низкому столику у окна и откупорил старинную, перевитую сциловыми лианами бутылку. Помедлил немного и разлил напиток в два бокала.

— Мальчик мой, да на тебе лица нет, — протянула Госпожа Лир, и уголки ее губ дернулись вниз. — Может кто-то из моих девочек развеет твои печали?

Я протянул ей бокал и отошел назад, чтобы сесть, наконец, и дать отдых ногам. За последние несколько дней я почти ничего не ел, не мог спать, дышать и думать трезво. Грубый ответ крутился на языке, а я давил его из последних сил, потому что от решения Госпожи зависел успех нашего плана; и Фэд совершенно четко выразился, что без транспорта видеть меня не желает, а сам к Вакоши не сунется из-за давних трений его отца и всего этого борделя.

Что ни говори, а дел Тирен старший никогда не умел держать собственное хозяйство в штанах.

И я достану Фэду этот блядский корабль, чего бы мне это ни стоило!

Алиго прищурилась и тихо охнула, будто заметила что-то невероятное. Женщина двигалась стремительно, и я даже сесть не успел, как тонкие крепкие пальцы уже сжимали мое плечо.

— Саджа всемогущая… — пробормотала она, принюхиваясь. — Да ты отмечен, Герант!

— Экая неожиданность, — я повел плечом, стряхивая цепкие пальцы.

— После смерти Анны мне всегда казалось, что ты не возьмешь другую женщину, — Госпожа вернулась в кресло и развернула его так, чтобы мы сидели лицом к лицу. — Такая утрата для всех нас! Мои девочки потеряли последний шанс тебя захомутать.