Диктатура Евы (СИ) - Успенская Ирина - Страница 72

В Граничах открылся первый магазин бытовых товаров с логотипом Великана на вывески. И ничего, что мыло в этом мире знали давно, зато никому не пришло в голову, делать отдельно товары для детей, поэтому детское цветное мыло в виде разных фигурок, с добавление вытяжек из трав пользовалось огромным спросом, а уж сопутствующие товары вообще разметали сразу после открытия магазина. Подручные Агапьи не успевали лепить пенные бомбочки и разливать по склянкам «шампуни». Ева всерьез задумывалась о расширении гончарной мастерской для изготовления маленьких кувшинчиков и амфор. На примитивные «разукрашки» и настольные игры-ходилки велась запись. Верон Гейтс каждый день присылал отчет и казначей под Евиным контролем вписывал в графу «приход» очень приятные для глаз цифры. Как шутила Лю, умереть с голоду им больше не грозило. В городе искали здание под фабрику по производству стирального порошка. Даммру все же удалось запустить измельчитесь и Ева торжественно выписала парню премию в два золотых и настояла, чтобы на миксере красовалось его имя. Модель Дам-1.

С играми получилось случайно. У Евы не было детей и она никогда не интересовалась чем там обычно родители развлекают малышей, но в один из вечеров сидя с Яськой за математикой она увидела у нее игральный кубик. Девочка выклянчила его у воинов, они вечерами играли в игру похожую на земные «кости». Глядя как Яська кидает кубик, Ева вспомнила об игре-ходилке. Рисованное поле, фишки, кубики и желание победить. Это же так увлекательно и заодно познавательно, хочешь не хочешь, а считать научишься. Нарисовать квест от точки А до точки Б, с островками возвратов, пропущенными ходами, прыжками через клеточку. Написать правила, слепить из хлебного мякиша треугольные фишки и вот уже развлечение на вечер готово. Большой деревянный поднос и уголек оказались очень вовремя под рукой и через полчаса Ева с Яськой и Гленной азартно резались в новую игру. Выбросить кубик и сделать ход. Что проще? А сколько счастья в глазах девчонок. Да и Ева увлеклась, бурно празднуя ходы вперед и переживая за пропуски или возвраты.

Она бы, наверное, забыла в деловой суете об этом вечере, но через день увидела, как Яська собрав вокруг себя толпу детишек, учит их играть. К сожалению, поднос был не большой, художник из Евы тоже вышел неважный, да и фишек детям не хватало, зато глядя на малышню, Еве в голову пришла новая идея. А так как она никогда не откладывала в долгий ящик свои идеи, через час у нее в кабинете сидел один из наемников Бурхуна, давно уже назначенный на должность художника, и рисовал первую в этом мире настольную игру.

Подошел он к этому с азартом и через три часа, у них было три варианта игр. За это время местный столяр успел вырезать маленькие фишки и покрасить их в разные цвета. База на всех трех картинах была одна — Великан, из него начинали свой ход игроки, а вот дальше уже картинки разнились. В одной надо было дойти до Граничей через заколдованный лес с монстрами. Монстры художнику особенно удались, даже Еву проняло от зубастых пастей и жутких рож. Дальше путь шел через море к островам, населенным злобными талями, потом, через пещеры с гномами, выходил в болото. Стоит ли упоминать, что и там жили жабы-мутанты, зато на одном из ходов было спрятано сокровище в виде золотого ключика. Тот кому везло получить ключ попадал на остров Магов и делал три шага вперед, а дальше уже виднелись ворота Граничей.

Вторая игра была яркая и солнечная — милые пони, добрые водяные, улыбающиеся волшебники, феи и улыбчивые зверьки. А вот третья… третья была про то, как отважный рыцарь добирался до своей любимой принцессы заточенной в башне злого дракона. Ему приходилось сражаться с пиратами и разбойниками, сидеть в тюрьме, обходить ловушки… или попадать в них. Принцессу Ева не оценила, зато Буш и Бурхун были в восторге и первыми прошли квет — от «Великана» до выглядывающей из башни глазастой девицы с грудью восьмого размера.

— С такой грудью она из башни вывалиться должна, — скептически сообщила Ева художнику. — Это детям показывать нельзя.

— Значит, надо продавать взрослым, — подмигнул Бурхун.

А ведь это идея… И отчего под горячим и многозначительным взглядом наемника в голове мелькают уж очень непристойные квесты?

— Ладно, эту игру дарю вам, — вздохнула Ева. — А мне нужно нарисовать еще парочку для детей. Я потом скажу что именно.

— Дык красиво же, — щербато улыбнулся художник, поглаживая принцессу по ее верхним сто сорок. — Вон какая…

— Глазастая, — закончил за него Буш и встряхнул кубиком в стаканчике. — Я играю синими!

Не стоит даже упоминать, что дети пришли в восторг от монстров, напрочь проигнорировав розовых пони, и несколько дней в Великане со всех сторон слышались вопли радости или разочарования. А еще через день Ева получила с нарочным очередной патент и передала Гейтсу первые три доски для печати игр. Фишки, кубики, игровое поле и инструкция с описанием ходов упаковывались в красивые конверты с логотипом Великана. К каждой игре придумывалась своя история, и эти истории пользовались не меньшей популярностью, чем игры.

— Верон, я хочу зарегистрировать торговую марку «Веселый Великан», бренд, под которым мы будем выпускать детскую продукцию. Игры, развивающие и познавательные, конструкторы, одежду, обувь, книги. Сеть детских магазинов и развлекательных центров. — Вдохновенно рассказывала она голове Граничей о своих планах в их очередную встречу. Тот с умным видом кивал, на ходу схватывая идею и записывая в тетрадь новые слова. — Торговый центр… Нам нужен большой торговый центр. Это как ярмарка, но постоянно действующая. Много маленьких магазинчиков под одной крышей. Надо поставить большой приличный амбар, разделить его на отсеки и сдавать их в аренду торговцам. Скажем, на год. За небольшие деньги. Там же сделать детское кафе с подходящей мебелью и стандартным меню. Пирожки, сок, омлет, фрукты. И игровую комнату. Матери смогут оставлять детей, пока будут ходить по лавкам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Верон задумался, а потом с сожалением выдал:

— Маленький у нас городок для ваших планов, шата Ева. Ну, вот бы нам в столицу…

— И в столице будет, — уверенно сказала Ева. — Главное, идею чтобы не украли.

— Ну, так я уже в трипите центральной завизировал заявочку, и человечка послала в королевскую канцелярию.

— А в трипте зачем? — удивилась Ева.

— Ну, так чтоб значит, благословили на дело доброе, а мы им за это подарки щедрые сделаем.

— Насколько щедрые? — тут же прищурилась Ева, давать взятки она никогда не любила, хотя понимала — без этого никак.

— Ну, вот игру по делам богов можно сделать и десятину от продаж отдавать на трипту. Ну, или место в торговом центре выделить бесплатно для лавки триптона…

— Ага, — Ева кивнула, соглашаясь. Лучше дружить, чем воевать. — Помочь трипте конечно надо, но скромненько! — подняла она вверх палец. — Без фанатизма!

Верон громко заржал.

— Ну, от них тоже польза есть, ваша светлость.

— Главное, чтобы не лезли в наши дела.

— Ну, написали бы вы брату, чтобы вам выдали золотой патент. — Ева приподняла вопросительно брови. Верон подобрался, как перед боем, даже нукать перестал. — У кого он есть тому не надо получать на каждое дело отдельную бумажку. Хватит уведомить королевскую канцелярию и платить налоги. Такие патенты есть у ордена, трипты и гильдии ювелиров. Ну и нам бы получить…

Хорошее дело, стоит попробовать.

В тот же вечер Ева написала письма брату и Марлину. Короля она благодарила за отсрочку от налогов и слезно просила помочь ей еще и патентом, мол, денег попробую на выкуп мужа собрать, есть у меня несколько идей как это сделать и даже расписала эти несколько идеи: мыло, порошок и шампуни. Об остальном решила не писать, меньше знает больше спит. Ева постаралась больше жаловаться на тяжелую жизнь, на отсутствие опытной мужской руки и уповала на богов и брата. Вспомнила про Бальтазара, какой он милый и замечательный и как трипта стремится ей помочь. Может быть триптоны тоже не оставят ее в беде… Все очень расплывчато и неоднозначно. Ева понимала, что сейчас две команды тащат королевство каждая в свою сторону и кто шепчет на ухо королю, она не знала, поэтому польстила и одним и вторым и заодно похвалила ум и стратегию брата. В общем, письмо получилось насквозь фальшивое.