Заучка на факультете теней (СИ) - Бахтиярова Анна - Страница 64

Мои способности исследовали две недели. С тех пор, как я вернулась из кармана, не давали и минуты свободной. Пришлось пропустить все занятия и почти не видеться с Ллойдом. Эти исследования наглядно показали, что цветочный дар утрачен, как и предсказывала Изабелла Риз. Остался только теневой, но столь сильный, что большинство темных запросто лопнет от зависти. Я ударила-таки в измеритель (с разрешения мамы, разумеется), показала себя во всей красе, и теперь со мной приходилось считаться. Всем. Даже ректору, независимо от того, хотел он того или нет. Все вокруг шептались, что ему повезло, раз подружка сына оказалась невероятно сильной тенью. Ну а светлая примесь… Подумаешь. Раз цветочного дара больше нет, значит, и обсуждать нечего. Особенно если девица утратила способности, спасая Ллойда.

— Согласен с леди Армитадж, — проговорил, наконец, лорд Веллер. — Калиста Корнуэлл теперь полноценная тень. Вопрос закрыт.

Он подарил маме хмурый взгляд, столь быстрый, что другие не заметили. Мол, соглашаюсь под гнетом обстоятельств, но не надейтесь, что я на вашей стороне…

— Не переживай, дорогая, Сайрус — не проблема, — заверила меня мама после собрания.

Лорд-заместитель Морган задержался, чтобы пообщаться с коллегами, и обратно на факультет теней мы с мамой возвращались вдвоем. О насущном она заговорила, пока мы ждали «созревания» портала в зале, отведенном для переходов в иные измерения или другие места в нашем мире. Здесь все насквозь пропитывала магия, казалось, что она отскакивает от стен, выкрашенных в бирюзовый цвет.

— Не проблема? — переспросила я изумленно. — Он жаждет поквитаться с нами.

— Не настолько, чтобы подставляться под удар. Сайрус прекрасно осознает, что правда о происхождении Ллойда ударит не только по ним двоим. Пятно ляжет на всю семью. Пострадают дочки, а особенно супруга. Она сама испепелит Сайруса на месте, если по его вине кто-то узнает, что она стерпела измену и позволила притащить в особняк побочного ребенка. Это само по себе страшное унижение для любой женщины, а уж коли оно станет достоянием общественности… — мама закатила глаза, предлагая мне самой додумать окончание фразы, а потом добавила загадочно: — Леди Веллер — наш невольный союзник. Особенно после общения с Ллойдом.

— Какого общения? — насторожилась я, не обращая внимания на то, как перед нами появляется портал — серебристый шар, увеличивающийся с каждым мгновеньем.

— Нахальный мальчишка умолчал о «подвиге»? — мама весело подмигнула. — Он наведался к мачехе и объяснил, что если кто-то из Веллеров обидит тебя, он сам расскажет всем правду о настоящей матери и светлой крови Риз, что течет в его венах.

— Даже представлять не хочу, какой разразился скандал, — пробормотала я.

Ну, Ллойд! Мама права. Сначала делает, потом думает.

Впрочем, в его поступке присутствовала логика. Леди Веллер боялась огласки не меньше, а то и больше лорда Веллера. Эта женщина ляжет костьми, чтобы сохранить секрет. Заставить супруга-изменщика не лезть в дела феи — ее первостепенная задача.

Мама взяла меня под руку и потянула к порталу.

— Просто помни, что мы в безопасности. Конечно, Сайрус — есть Сайрус. Он будет пакостить по мелочам. Мне, не тебе. Влезать в дела факультета теней больше обычного. Но я готова это стерпеть. Буду воспринимать Сайруса, как надоедливую муху, которая способна лишь летать вокруг и жужжать, вызывая легкое раздражение.

Я первая вошла в портал, а выйдя в другой зал для переходов, оформленный в зеленых тонах, увидела Ллойда. Он ждал моего возвращения и, судя по мальчишеской улыбке, не сомневался, что все прошло отлично.

— Леди Армитадж, — поприветствовал он маму, появившуюся вслед за мной. — Вы не против, если я украду Калисту? Ваши общие дела ведь на сегодня закончились?

Мама, понятное дело, не пришла в восторг, но Ллойда просвещать не стала. Лишь напомнила:

— До отбоя меньше часа. Каждого, кто опоздает в сектора хоть на минуту, ждет наказание. Даже студентов, принимавших непосредственное участие в уничтожении кармана.

— Мы не опоздаем, леди Армитадж, — пообещал Ллойд весело и, схватив меня за руку, потянул прочь.

Я спиной ощутила мамин не слишком довольный взгляд, но не обернулась. Верила, что однажды она привыкнет, что присутствие Ллойда в моей жизни — это всерьез и надолго. Просто требовалось время. И терпение. Для всех сторон.

— Почему ты не сказал, что побывал у мачехи? — спросила я, когда Ллойд затащил меня в укромный уголок и попытался поцеловать.

Он сердито кашлянул.

— Ты же слышала леди-декана. Осталось меньше часа. Зачем говорить о делах? И вообще говорить? Можно заняться более увлекательными вещами, — он притянул меня к себе и снова попытался прильнуть к губам, однако я увернулась и прикрикнула:

— Ллойд!

— Ладно, твоя взяла, — он попытался изобразить серьезность, но вышло из рук вон плохо. Ллойд сегодня точно не был настроен на какие-либо обсуждения. — Да, я пообщался с мачехой. И с папенькой тоже. Нет, ему я не угрожал. Лишь напомнил, что моя девушка — невероятно сильная тень и это престижно. Не для меня, я тебя любую люблю. Для него.

— Престижно? — протянула я с негодованием.

Нашел определение!

— Не придирайся к словам, дрозд. Главное, отец смирился, — Ллойд попытался завершить разговор, дабы вернуться к прежнему «делу». — Правда, он думает, что я тобой переболею. Но это его проблема. Пусть так думает, если нравится заниматься самообманом.

— Но…

На этот раз Ллойд не позволил договорить. Заткнул рот поцелуем. Я дернулась, но сразу перестала сопротивляться. В конце концов, он прав, до отбоя всего ничего. Нужно успеть насладиться друг другом.

По дороге в сектор, куда меня проводил Ллойд за считанные минуты до отбоя, навстречу попался Тимоти. Я хотела поздороваться, но мальчишка подарил огнеопасный взгляд, и слова приветствия застряли в горле.

— Как же он надоел с глупыми обидами, — проворчал Ллойд, когда Тимоти скрылся за поворотом. — Разве не безумие — убиваться по Амалии?

— Безумие, — согласилась я. — Но ему не докажешь. Он считает нас виноватыми.

Я подавила тяжкий вздох, ибо тоже считала себя виноватой. Нет, не в уничтожении кармана вместе с Амалией. В гибели леди Мортимер. Я знала, что и Ллойд винит себя. У него был шанс уступить библиотекарю очередь и принести себя в жертву, но он миновал грань раньше, потому что хотел вернуться ко мне. Мы это не обсуждали. Просто оба понимали, что такова цена за наше общее будущее.

— В пропасть Тимоти, — бросил Ллойд, останавливаясь у дверей в девичий сектор. — Он сам роет себе яму. Доиграется до неприятностей и исключения.

— Не нагнетай, — посоветовала я, не догадываясь, что слова Ллойда окажутся пророческими…

…Рейна не спала. Сидела хмурая на кровати с книгой в руках. Но не читала, смотрела в одну точку перед собой.

— У меня хорошие новости, — объявила я, плюхаясь на свою постель.

— Я в этом не сомневалась, — кивнула Рейна рассеянно.

— Что-то случилось? — насторожилась я.

Моя соседка и нянька, успевшая превратиться в подругу, болезненно поморщилась.

— Рассел скоро женится.

— Твой Рассел? — зачем-то переспросила я, хотя прекрасно поняла, что речь о Расселе Стоуне — молодом преподавателе, с которым у Рейны раньше был роман.

— Он не мой. Разве не очевидно? — огрызнулась та, но сразу поспешила извиниться. — Прости. Не стоит грубить. Просто… Я понимала, что все кончено. Но это печально — узнавать, что тебе мгновенно нашли замену и ведут к алтарю. Замена, естественно, одобрена будущей свекровью.

— Не переживай из-за этого ничтожества, — посоветовала я мягко. — Он тебя недостоин.

— Знаю. Даже мизинца недостоин. На ноге! В ближайшее время я тоже намерена привести личную жизнь в порядок, не тебе же одной возвращаться в спальню с горящими, как у кошки, глазами, — Рейна выразительно приподняла брови. — На одном курсе с твоим Ллойдом учится симпатичный блондин по имени Пьер. Он пригласил меня на свидание. Не уверена, что из этого выйдет толк. Но с чего-то надо начинать.