Заучка на факультете теней (СИ) - Бахтиярова Анна - Страница 43

«Келли!»

Я вздрогнула и в ужасе осознала, что сплю, нахожусь не в спальне в доме Сэм и ее бабушки, а в странном коридоре, освещаемом факелами. Нет, он не походил на коридоры факультета теней. Казался гораздо древнее. Каменные стены и пол выглядели так, будто вот-вот рассыплются от старости. Превратятся в пыль.

«Келли! Проклятье! Дрозд, ты меня слышишь?!»

Я знала, что голос принадлежит Ллойду, однако тот звучал странно. Приглушенно. Будто шел из-под пола. Или через иную преграду.

Еще один безумный сон, рожденный из-за тоски, или нечто иное? Но ведь иное невозможно. Тени не способны пробиться ко мне. Все тени. Без исключений.

«Келли!» — снова позвал меня до боли знакомый голос.

Я сильно сомневалась, есть ли смысл отвечать. Это сновидение играет злую шутку. И все же не удержалась.

— Я здесь. Я тебя слышу.

«Где здесь? Я не вижу тебя, дрозд».

— А я тебя.

Я крутилась на месте, пытаясь определить, откуда идет голос Ллойда. Хотя понимала, что это безнадежно. И глупо. Мое поведение — проявление слабости. А мне необходимо покончить с прошлым и двигаться дальше, если хочу выбраться из трясины отчаянья.

— Тебя нет, — прошептала я, сжимая кулаки так, что ногти вонзились в ладони.

«Ошибаешься. Я рядом. И не сдамся. Я верну тебя назад, дрозд, не сомневайся».

— Но…

«Проклятье! Меня затягивает в реальный мир. Время вышло. Но не сомневайся, я вернусь. Вернусь за тобой…»

— Ллойд, я…

Договорить не получилось. Я проснулась и увидела залитую солнечным светом спальню в доме леди Полианы и Сэм. Сердце стучало, как безумное, а по щекам катились слезы. Предательские слезы, которые снова пролились. Против моей воли.

— Это был сон. Просто сон, — проговорила я и насухо вытерла лицо ладонями.

Душа хотела верить в иное. Не просто хотела. Жаждала! Но я не позволила. Надежда — не всегда благо. Иногда это самый короткий путь к разочарованию.

— Почему у меня такое чувство, что ты не рада встрече с Кейти?

Сэм, занимающаяся моей прической, остановилась, сжимая в руке баллончик с жутко пахнущим средством под названием лак для волос. Посмотрела на меня в зеркало, приподняв одну бровь. Прозорливая девчонка, ничего не скажешь.

Но я не решилась сказать правду. Точнее, всю правду.

— Мы не очень ладили с ее братом. Он злился на всех фей разом. Из-за мачехи.

— А-а-а, — протянула Сэм. — Боишься, что Кейти разделяет его мнение? Не стоит. Она хоть и живет пока у леди Милены, общается с отцом и мачехой. Кажется, они нашли общий язык. Твое происхождение помехой не станет.

— Рада слышать, — пробормотала я и перевела тему. Заговорила о том, что давно меня интересовало: — Сэм, ты так и не рассказала, почему твоя бабушка оказалась в этом мире.

— Не рассказала, — та чуть нахмурилась и снова занялась моими волосами, собранными в аккуратный узел. Брызнула на них лаком, чтобы не рассыпались, и проговорила: — Я сама знаю не все. Бабушка говорила, что во всем виноват лабиринт из снов.

Нет, я не упала со стула после этих слов. И вместе с ним тоже.

Зато резко повернулась к Сэм. В тот самый момент, когда она решила снова брызнуть на мою прическу лаком. В итоге липкие капли попали не на волосы, а в лицо.

Спасибо, что я зажмуриться успела!

— Прости, но ты сама виновата.

Сэм вытерла мои щеки и лоб влажной салфеткой.

— Зачем крутилась?

— Я не собиралась, но слова «лабиринт из снов» прозвучали чрезвычайно загадочно.

Пришлось соврать. Я не была готова к откровенности. Ни к этой откровенности точно!

— Загадочно, — проворчала Сэм. — Скорее опасно и очень печально. Не стоит нам об этом болтать. Но так и быть, слушай. У бабушки, когда она училась на факультете теней, был роман с одним юношей. Она не представляла, кто он. Знаю-знаю, как безумно это звучит. Они встречались в снах. В странном лабиринте. В теневом облике. Общались, но ничего не могли рассказать друг другу о себе. Лабиринт не давал. А когда они исхитрились установить личности, — Сэм тяжело вздохнула и еще раз брызнула лаком на мои волосы, — юноша… погиб.

На этот раз я не обернулась. И даже не охнула. Просто зажмурилась крепко-крепко.

Погиб, погиб, погиб. — застучало в висках.

Это все сумасшествие, не иначе!

Получается, мы с Ллойдом — третья пара, что бывала в лабиринте. Как минимум, третья! Для двух предыдущих это плохо закончилось. Камила и Рой умерли во сне. Возлюбленный леди Полианы тоже погиб. Мы с Ллойдом оба живы, хотя знаем личности друг друга. Прозвучит безумно, но может моя ссылка к лучшему? Может, расставание с Ллойдом — это способ его обезопасить?

— Как умер тот юноша? — спросила я похоронным тоном.

— Не знаю, — Сэм поставила лак на туалетный столик. — Об этом бабушка никогда не рассказывала. А я не смела спрашивать. И ты не вздумай. Вижу-вижу интерес в глазах. Бабушке такие разговоры по душе не придутся. Запросто выставит взашей, передумав брать тебя в помощницы. А ты ведь не хочешь познавать наш мир в одиночку?

Я кивнула. Но исключительно для вида. Ибо еще как собиралась задать леди Полиане опасные вопросы. И плевать на ее гнев. Лишусь места помощницы травницы? Подумаешь! Лабиринт и его загадки важнее. Да-да, теперь я далеко от родного мира и, даже если выясню нечто важное, никому поведать не смогу. Зато сама буду знать новые подробности.

— Стоп! — я с подозрением глянула на Сэм. — Твоя бабушка травница, верно? Но ты сказала, что она училась на факультете теней.

— Сказала, — подтвердила девчонка. — Она — тень. Однако ее мать училась в Академии темных искусств на факультете травоведения. Бабушке в юности не была интересна эта наука, но мать настаивала, чтобы она занималась и травами. В жизни все пригодится. И оказалась права. В этом мире способности теней бесполезны, а знания о травках оказались полезны. Многие люди предпочитают лечиться современными методами, но и число бабушкиных клиентов не уменьшается.

По дому пронесся гудок, означавший, что гости ждут на пороге. Сэм быстро глянула на себя в зеркало, поправила волосы, уложенные точь-в-точь, как мои, и сделала приглашающий жест рукой.

— Идем, Келли. Бабушка не любит встречать гостей в одиночку. Тем более, леди Милену. Она жутко болтливая и надоедливая. И помни: ни слова о лабиринте!

— Помню, — прошептала я и мысленно попросила у Сэм прощение за ложь.

Сэм не преувеличила болтливость леди Милены. За десять минут та произнесла столько слов, сколько я не слышала от хозяйки дома за полторы недели проживания. Это был настоящее словоизвержение обо всем на свете: от погоды за окнами до новостей целой толпы общих знакомых. Никто другой и рта не мог открыть, чтобы перебить леди Милену. Казалось это попросту невозможно. Леди Полиана только кивала, делая вид, что слушает гостью, Сэм отстраненно смотрела по сторонам, а мы с Кейти поглядывали друг на друга, изучая исподтишка.

Нас толком не представили. Мол, это Кейти, это Келли, и все. Мы и поздороваться не успели, прежде чем леди Милена залилась соловьем. Я узнала бы Кейти Грэгсон из сотни других девушек в обоих мирах. Фамильное сходство с Тимоти было на лицо. Такие же вьющиеся черные волосы, аккуратный нос, немного диковатый взгляд темных глаз. Девчонка взирала на меня с любопытством и явно была не прочь оказаться один на один. Меня это желание совершенно не радовало, я бы предпочла, чтобы в планы леди Милены не входило оставлять Кейти без присмотра.

Служанка, наконец, подала обед, мы устроились за столом в гостиной, и я понадеялась, что гостья озаботится угощениями, прекратив болтать. Увы, ждал сюрприз. Неприятный. Леди Милена озаботилась ни закусками и жарким, а мной.

— Так почему тебя сослали сюда, Калиста? Бывшие маги, что живут с нами по соседству, поговаривают, дело в запретной любви. Ходят слухи, что в тебя влюбился сын ректора Академии темных искусств, и папеньке это не понравилось.