Мой лучший друг - скелет (СИ) - Гринкевич Олеся - Страница 23

Парень, подумав, всё же решился открыть дверь. На нём была футболка грязновато жёлтого цвета и широкие мужские шорты. Его волосы явно мечтали о воде и мыле, но это уже дело вкуса. "Мне ли судить причёски других, когда у самого — ни волосинки?"

Я прошёл в квартиру, всучив парню в руки яблоко. Не смотря на современный дизайн здания, помещение оказалось однокомнатной коммунальной кватирой с пыльным ковром на стене. Не было даже отдельной комнаты для кухни — все вещи располагались в одном тесном пространстве, не считая маленькой ванной за дверью в углу.

— Тесновато у тебя тут, — сказал я, без труда дотрагиваясь до потолка.

— Уж как есть, — парень нервно переступал с ноги на ногу, скрестив руки на груди. Разговор не вязался — мы оба не знали, с чего начать.

— Так ты очень сильно хочешь покинуть этот мир, да? Почему? Разве тебе не уютно здесь?

— Что здесь может быть уютного? — парень воскликнул почти со злобой, — Кто вообще захочет жить в таком месте?

"Ты", — хотелось мне сказать, но я промолчал. В конце-концов, не моя это работа, копаться в людях.

— Ну да, ты прав, — я в несколько шагов пересёк всю комнату и оказался у грязного окна. На нём были следы от ботинок, — Так… мне помочь с тем, чтобы тебя упокоить, или же наоборот, ты хочешь взбодриться?

— Я уже и сам не знаю, — парень сел на кровать, — Вроде как всё достало, но и с концами умирать не хочется. Как-то так. Просто мне кажется это единственным выходом. Предложишь другой — с радостью выслушаю.

— Хм… Предлагать тебе бороться, стараться менять себя и окружающий мир бесполезно, верно?

Парень мрачно кивнул.

— То яблоко, что я тебе дал — отравлено самой Смертью. Съешь его — и уснёшь навсегда.

— Правда?

— Ты не веришь скелету в толстовке?

Парень покрутил самое обычное яблоко в руках, пытаясь понять, отравлено оно или нет.

— А вдруг ты в костюме? Можно потрогать твою руку?

Я с готовностью снял толстовку, обнажив свои белые кости. Стало немного боязно от того, что "душа" осталась неприкрытой, но это был самый быстрый и надёжный способ убедить кого-либо в том, что я — скелет.

Парень осторожно пощупал мою кисть, потом, спросив разрешения, сунул руку в пустоту под рёбрами.

— Вау, — выдал он.

— Ага. Я сам в восторге.

— Так ты всамделишный скелет? И яблоко точно позволит мне… уснуть?

— Разумеется.

Я ушёл, оставив парня задумчиво вертеть в руках фрукт, а сам направился к выходу из города. Разумеется, яблоко не было отравлено, а я — не посланник смерти. Всё, что мне нужно делать — давать людям право выбора. Вернуться в родной мир или остаться в Лире навсегда, став его частью.

Когда я вышел из купола, то услышал звук падения камушка за спиной.

— Хорошая работа, — Энгус был уже тут. Длинное тело, покрытое шерстью, с постоянно извивающимся хвостом и лапами, похожими на собачьи. Пара рогов на макушке. И глаза с пронзительным и мудрым взглядом. Это и был мой наставник. Бывший человек, ставший проводником душ в мире Лира. Что бы это ни значило.

— Конечно, немного грубовато вышло, но главное же результат, верно? — Энгус начал прыгать из стороны в сторону, как он обычно делал, когда разговаривал. Редко можно было увидеть это существо без движения, — Ещё один камень в копилку серого берега. Такими темпами здесь образуется целая гора. Можем назвать её потом в твою честь.

— А что я мог сделать? Увещевать его, что жизнь — хороша? Думаю, в этом случае он просто послал бы меня куда подальше, — я сел на камни и закурил. Бездарный расход магии — "вдыхание" в рёбра и "выдыхание" из них ядовитого дыма с красивыми завихрениями. Но мне нравилось наблюдать за этим процессом.

— Да, парень был пропащий. Удобно думать именно так, верно? — Энгус сощурил глаза, прыгнув и приземлившись прямо напротив меня, — Не надо сожалеть. Или раскаиваться. Пришёл, сделал, ушёл — и никаких хлопот. У тебя же так много дел, верно?

Я отвернулся. Это была постоянная тема наших с ним споров. Для меня важнее казалась скорость работы, для него — качество, если можно так выразиться.

— Ну и что с того, что он стал бы камнем, будучи счастливым? — сказал я, — Главное, что его купол исчез. Остальное — неважно.

— Ты бы так же поступил и с Каэр?

Что-то внутри меня оборвалось, стоило мне услышать её имя. Будто лопнула туго натянутая струна.

"Нет, я не хотел бы, чтобы она покинула Лир несчастной. И в своё время попытался сделать всё возможное, чтобы в конце она улыбалась". Но вслух я этого, разумеется, не сказал.

— Передохни, аномалия. Я позову, когда будет нужна твоя… помощь, — Энгус несколькими элегантными и быстрыми прыжками скрылся из виду. "Мне никогда не понять, о чём он думает и чего он от меня хочет на самом деле", — я встал и тщательно отряхнулся. "Не знаю, почему он решил выбрать учеником именно меня. Бел куда лучше справился бы с этим".

Вспомнив о бармене, я направился к нему. То ли от скуки, то ли ещё чёрт знает от чего.

— Слышал, как всё прошло, — сказал он, едва завидев меня. У ног Бела спала его собака, а сам он спокойно потирал стакан, — Знаешь что, Оси…

"Наконец-то, хоть что-то приятное за день", — подумал я, между тем, рассматривая уютное помещение бара.

— Что?

— Больше в моём баре ты яблоки не берёшь.

Бел пристально взглянул на меня.

"Вот проклятье", — подумал я, забыв, что бармен прекрасно умеет читать мысли.

— Именно оно.

"Так ты просто прочитал мои мысли? Действительно, откуда бы ты ещё успел услышать о произошедшем".

Почувствовав странную беспричинную злость неизвестно на что, я вышел обратно и добрёл до самого края берега. Тёмные волны разбивались о скалы где-то далеко внизу. По небу, не останавливаясь, плыли тучи.

"Вот такая моя жизнь теперь. Берег, небо и купола", — подумал я, доставая детский ксилофон. Я играл на нём каждый раз, когда на душе было нелегко. Наугад стукнул костяшками по металлическим клавишам, и те отозвались тихим звоном.

"Надеюсь, это успокоит меня. Хотя бы в этот раз".

Рыцарь в сияющих доспехах

Я уже несколько часов занимался заготовкой дров. Мои руки дрожали от усталости, а зрение постепенно затуманивалось, но останавливаться я не собирался. Снег, укрывавший всё вокруг, доходил мне практически до колен, однако это было только к лучшему. Холод жёг мне лёгкие, а я всё думал: "Чем больше устану, тем быстрее засну".

Утром того дня, пока я бездельничал на берегу, меня настигла маленькая серая птичка с ярким жёлтым клювом. Она присела мне на плечо, когда я уже замахнулся, чтобы бросить очередной камень в воду.

— А ты еще кто? — я осторожно опустил руку и подставил ее так, чтобы пернатый пришелец смог перелететь на нее. К моему удивлению, он тут же последовал приглашению.

— Это мне? — я неуклюже отвязал свернутую бумажку, привязанную к ее лапке красной ниткой. Не дожидаясь ни угощения, ни ответного послания, птица тут же сорвалась с места и улетела в сторону горизонта.

— Спасибо, — только и успел пробормотать ей вслед. "Надеюсь, она поняла".

Во всем этом сером мире мне мог написать только один человек — старик по имени Сид, временный смотритель маяка. Он улетел на него, оседлав огромную птицу, чтобы перезимовать. По крайней мере, так он мне сказал. В его отсутствие я присматриваю за его домом в куполе, заодно и проживая там. Но вот что-что, а письмо получить никак не ожидал.

— Чем занят? — сзади раздался ехидный голос Энгуса, — Отлыниваешь от работы, жнец?

Я, стараясь не выдать себя, сунул бумажку в карман толстовки. Благо, моя привычка держать кисти в карманах хоть где-то мне пригодилась — уверен, ни одна душа бы не заподозрила меня в утаивании чего-либо в тот момент. "Вот только почему я это сделал? Это же просто бумажка, там явно не более трёх предложений уместилось бы". Однако мне очень хотелось посмотреть на послание в одиночестве, уж не знаю, с чего вдруг.