Звериная жажда (СИ) - Буше Таис - Страница 13

— И я не могу его увидеть?

Яра зло скривила рот, и я впервые увидела такое кровожадное лицо у новой подруги.

— Нет. Видите ли, может быть хуже. А куда хуже-то? — разъярилась всегда спокойная Ярослава. — Он же там умирает по капле, а они…

Она сжала кулаки и попыталась успокоиться.

— Нам надо срочно найти решение. Девочки уже ждут, сможешь идти?

Я без лишних слов поднялась с кровати, сделала еще глоток чая, и вскоре мы шли с Ярославой к небольшому дому, где на закрытой веранде нас уже ждали пять женщин.

Дарья

Я села на свободный стул, а рядом с мной присела и Яра. И сразу же взяла из рук уже знакомой мне Варвары стакан с водой и жадно выпила.

— Спасибо, — поблагодарила ее Ярослава и начала беседу, ради которой все и собрались. — Ониксим долго и упорно в нашу поездку объяснял мне структуру стаи, из чего я сделала вывод, что стая наша имеет уязвимые места. У нас нет официального шамана и мага, в самой стае нет баланса оборотней и людей, а по количеству мы не дотягиваем до необходимой цифры. И теперь еще эта ситуация с Ральфом, которую нам в срочном порядке придется решить, — закончила Ярослава и стала прислушиваться к окружающим. Все молчали, погрузившись в невеселые мысли. Первой заговорила та самая Варвара:

— Муж сказал, что Ральфа перевели в хижину, что у Комариного пруда. Там его будут держать вплоть до поездки в Тверь. Хотят обезопасить стаю.

— А я считаю, что так только хуже сделают, — продолжила красивая блондинка. Глаза ее горели непонятной злостью. — Если бы меня с Лешиком разлучили, то я бы всем глотки перегрызла. Как так можно!

— Мирослава, тише, ну что ты заводишься, — успокаивала девушку сидящая рядом с ней брюнетка. — Сама же мне вчера говорила, что состояние странное, эмоции сложно контролировать, а представь, если бы вожак совсем над собой контроль потерял. Думаю, неспроста его увозят.

Мирослава сжала губы и глянула на меня, прошлась от макушки до пят и опустила глаза. Я не обиделась, и так видно невооруженным взглядом, что «глотки рвать» я не смогу. И помочь Ральфу способна лишь на своем человеческом уровне.

— Ярмина, а есть у вас еще какие-нибудь мысли по поводу пошатнувшегося баланса? — спокойно спросила Ярослава. Она вообще внушала спокойствие одним своим видом. Такая от нее распространялась аура уверенности и счастья. Я даже завидовала немножко, особенно когда невольно замечала, как Ониксим ее обнимает: бережно и ласково. Раньше мне казалось, что нежность в отношениях — выдумка из кино. А глядя на Ярославу и Черного, не видела ни фальши «правил соблазнения», ни искусственной теплоты, чтобы пустить пыль в глаза, ничего, кроме настоящей теплой нежности. И Ониксим же совершенно не выглядел «размякшим», порой по-звериному ластился в шею, иногда прикусывал загривок, а иногда и по попе мог дать: ей и Степке, если не слушались — и все это было таким честным, что мне становилось больно.

Я с каждым днем все больше проваливалась в темную дыру отчаяния из собственных мыслей, что напортачу и Ральфа осудят. Ночами просыпалась в холодном поту, но поговорить и выплеснуть хотя бы Ярославе мучившие меня страхи боялась. Мои не радужные мысли прервал голос Ярмины:

— Я согласна с Мирославой — Дарью с нашим вожаком разлучать нельзя. Я помню, как мне по работе пришлось в командировку улететь на неделю, так Родион меня потом две недели из дома не выпускал.

— Метки ставил? — шутливо спросила Мирослава и получила тычок от другой своей соседки — короткостриженной рыжеволосой полненькой девушки. Почему-то я сразу определила в ней человека. В Ярмине тоже. В Варваре. Волчицей здесь была только Мирослава, хотя на глаз в жизни такого не скажешь, но я почувствовал ее Зверя сразу, даже до того, как она заговорила про своего Лешика. В человеке не было столько энергии и столько внешних контуров, а вот в оборотнях дуги даже переливались.

«Странно, раньше я такого не замечала», — задумалась я, дивясь новым возможностям. Я не придала большого значения этому факту, помятуя, что вырубилась от перенапряжения у дома с Ральфом. Тогда я тоже почувствовала странную волну. В конце концов, я стала частью странного мира и все необъяснимое списывала на окружающую среду.

Тем временем та девушка тоже решила высказаться:

— Я считаю, что для баланса нужен секс, — и с таким серьезным видом это произнесла, что все заулыбались, чем заставили еще серьезнее говорить миловидную рыженькую девушку: — Я проводила исследования. С разрешения Быстрого, конечно, — добавила она, — так вот, даже для человека секс — это обмен энергией, а для вервольфов — это настоящий источник силы. Отсюда и самоубийства, если один из партнеров внезапно умер. В отличие от человека, вервольфы могут полноценно «питать» себя только от своей Пары. До момента ее поиска у них есть резерв, если оборотень не находит Пару вовремя, то идет потеря запаса прочности, отсюда и такой букет проблем. Но и с Парой проблем не меньше. Вервольфы очень быстро адаптируются к новому источнику силы и не могут уже настолько быстро восстанавливаться обычными способами, поэтому Пару не просто нельзя разъединять, партнеры должны заниматься сексом.

— Спасибо, Юля. Буду благодарна, если ты со мной обсудишь твои исследования. Я бы хотела задать пару вопросов, прежде чем разговаривать о них с Ониксимом, — поблагодарила девушку Яра. — По моим личным ощущениям, так оно и есть. И на разделение Пары идут, только когда в стае есть шаман и маг, чтобы они смогли удержать баланс на какой-то срок вне вожака. Мне не удалось уговорить Ониксима позволить Даше быть с Ральфом до Круга, — добавила Ярослава и сжала подлокотники стула. Видимо, эта тема стала камнем преткновения в их безоблачных отношениях. А в Дашин огород упал еще один камень под названием «причина раздора в семье».

Чувство вины росло уже не только ввысь, но и вширь.

— А почему только ты обсудишь, мы тоже хотим, правда, девочки? — сказала с доброй укоризной Варвара. — Я считаю, что давно пора менять эти замшелые правила и переходить на научный уровень. Традиции традициями, но раньше и кровь пускали от всех болезней, что ж теперь, поддерживать любое мракобесие!

— Вот правду же говоришь! — поддержала ее Мирослава. — В некоторых стаях волчицы до сих пор общие! А что, стаю же пополнять надо. Кровь не смешивать. А я читала исследования в немецкой стае, что оборотные признаки в паре волчица-волк зависят только от матери и отец не важен. Нет, генетику, конечно, никто не отменял. От мага или шамана, и от вожака, наверняка, гены переходят ребенку, но от обычного волка-отца волчица ничего не берет. Так что волчата все равно уродятся, и никакое смешение крови это не уберет. А эти... — Тут Мирослава потрясла кулаком и выдохнула, не договорив ругательство.

— То есть у Ральфа получилась свободная и современная стая? — вдруг спросила я, и все радостно закивали, а Юля снова разродилась на речь:

— Еще какая современная! Ральф не неволит своих волков. Он для них скорее защитник, опора и друг. Не использует свою власть через привязку. Дает максимум свободы. И как мой супруг говорил — никого не выделяет по крови, все равны. Поэтому Ониксим и Серафим у него в помощниках, обычные волки. Серафим так вообще из Диких. Но на Круге могут всплыть подробности нарушений, и хоть замаливай, а поздно будет.