Красавица и чудовище (СИ) - Бигси Анна - Страница 182

Элис была в своем репертуаре. Алекс лишь покачал головой и проводил ее радостной улыбкой.

Эпилог

Октябрь в Торонто выдался теплым и сухим. Яркое солнце давно уже не грело, лишь холодно взирало с высоты. Алекс сидел на лавочке во дворе своего дома, ждал сына и, наблюдал за тем, как разноцветные кленовые листья, выписывая в воздухе замысловатые узоры, медленно опускались на землю. Было в этом явлении свое великолепие и некий скрытый смысл. Природа сбрасывала все лишнее и готовилась к наступлению зимы, чтобы уснуть на несколько месяцев, а проснуться обновленной и девственно-чистой.

Вот и он сбросил все, что связывало его с прошлым, забыл все плохое и научился жить настоящим, строя большие планы на будущее. Прошел всего один год, но он кардинально изменил Алекса, его ледяное сердце оттаяло, и в нем вновь поселилась весна, цветы счастья не переставая цвели в его душе, щедро поливаемые дождями любви. И все это благодаря жене. Со временем их чувства не притупились ни на йоту, а наоборот, с каждым днем становились сильнее и глубже, постепенно обретая новые грани и оттенки. Алекс уже не представлял своей жизни без Лизы и сына, а вскоре должна была родиться дочь — недостающий пазл в их идеальной картине счастья.

Словно прочитав его мысли, Женя открыл дверь и с криком: «Пап, я готов!» — бросился к Алексу. А вслед за ним степенно выплыла Лиза, осторожно ступая и покачиваясь из стороны в сторону, как пингвин. Алекс невольно улыбнулся, наблюдая за женой: из-за большого живота она стала неуклюжей и неповоротливой, но не потеряла своей красоты, а, наоборот, расцвела и похорошела. Беременность невероятно ей шла, добавляла мягкой нежности чертам и наделяла волшебным светом жизни. Срок родов стремительно приближался, вызывая у Алекса внутреннюю панику, но он не показывал виду и старался сохранять спокойствие.

— Все взял? — строго спросила Лиза у сына, поправила воротник на рубашке и пригладила непослушно торчащие волосы.

— Да все-все, — отмахнулся тот, стараясь избавиться от материнской опеки.

— Уверен? Или как вчера?

— Ну ма-ам, — недовольно протянул Женя и умоляюще посмотрел на отца. — Пап, поехали уже, а…

Алекс невольно улыбнулся и, вновь взъерошив его волосы, протянул ключи.

— Беги в машину, я сейчас.

— Пока, мам.

— Хорошего дня. — Лиза поцеловала сына в щеку и проводив его взглядом, повернулась к мужу. — И тебе тоже, — нежно провела ладонью по его груди, задержавшись в области сердца, и лукаво улыбнулась. Ее тело до сих пор хранило утренние сокровенные ласки и поцелуи, доступные только им двоим, а душа взволнованно замирала в ожидании скорой разлуки. Он еще не ушел, а Лиза уже скучала, знала, что весь день будет тосковать и с нетерпением ждать возвращения, и только очутившись в любимых руках, вздохнет полной грудью и позволит себе расслабиться.

Алекс заметил грусть в ее глазах, притянул к себе и крепко обнял, зарываясь носом в мягкие локоны.

— Помнишь, какой сегодня день? — тихо спросил он, нежно гладя ее спину ладонью. Чувствовал, что Лиза какая-то не такая, и это ему совсем не нравилось.

— Разве такое можно забыть? — Она удобнее устроилась груди мужа и, обвив его талию руками, прикрыла глаза, слушая, как мерно бьется его сердце.

— Ты из-за этого такая напряженная?

Лиза не ответила, лишь неопределенно пожала плечами

— Я думаю, все это было нашим испытанием, которое мы с успехом прошли. — Алекс перехватил ее задумчивый взгляд и слегка коснулся губами губ. — И заслужили главный приз.

— Возможно… — согласилась Лиза, сама неоднократно думала на эту тему. Ведь если бы не было в их жизни всех этих трудностей, смогли бы они сохранить любовь? Или научиться доверию? Не съел бы их быт или чья-нибудь ревность?

— Твоя дочь буянит, — рассмеялся Алекс, ощутив возню в животе жены. Немного отстранившись, неспешно погладил его и, наклонившись, поцеловал чуть ниже пупка.

— Вся в тебя, — поддела Лиза и улыбнулась, с нежностью наблюдая за тем, как Женя сюсюкает с ее животом. Все видели в нем грозного Алекса Гилберта, жесткого и циничного человека. Годами выстроенный образ разрушить было непросто. И только она знала, какой он на самом деле любящий и заботливый муж и отец.

— Неправда, я само спокойствие.

— Да-да.

— Не хочу уезжать от тебя. — Алекс серьезно посмотрел ей в глаза, словно ища в них подтверждение своим страхам. — Какое-то нехорошее предчувствие. Может, остаться сегодня с тобой?

— Даже не вздумай! — воскликнула Лиза и поспешила выбраться из его объятий. — Забыл, какие важные у тебя переговоры?

— Плевать, важнее тебя для меня ничего нет.

— Жень, не сходи с ума, — Она мягко провела ладонью по его щеке, успокаивая и развеивая его сомнения. — Со мной все хорошо, езжай спокойно.

— Точно? — Он подозрительно прищурился, оценивая правдивость ее слов. Не верить жене причин не было, но и интуиция его никогда не подводила.

— Точно.

— Если что…

— Я сразу тебе позвоню, — закончила за него Лиза и аккуратно подтолкнула к машине, где давно уже ждал сын.

— Вот и умница. Я поехал.

— Удачи тебе.

— Люблю тебя.

— И я тебя очень-очень люблю.

Поддавшись порыву, Алекс притянул ее к себе и накрыл губы своими. Требовательно целовал, будто старался запомнить каждое мгновение близости. Привычно зарылся ладонью в мягкие волосы и на несколько секунд сильно прижал к себе, впитывая ее теплоту и нежность. Собрав остатки сил, резко отстранился и, шумно выдохнув, пошел к машине. Нужно было отвезти сына в школу, а потом ехать в офис, где его ждали партнеры и сделка на несколько миллионов долларов.

Лиза помахала им на прощание и, проводив отъезжающую машину взглядом, направилась к дому. Мысли ее целиком и полностью занимал Царев, думая о нем, она не могла не улыбаться. Он был лучшим на свете мужем, превратил их с сыном жизнь в бесконечную сказку. Лиза даже не могла предположить, что так бывает.

Дойдя до лестницы, она остановилась и невольно поморщилась, ощутив тянущую боль внизу живота. Еще с утра чувствовала хаотичные сокращения матки, но не сказала об этом мужу, думала, что это тренировочные схватки, и не стала тревожить его раньше времени. Не понаслышке знала о маниакальной особенности Царева раздувать из мухи слона, особенно когда дело касалось ее и их семьи.

Их совместная жизнь не была безоблачной, две сильные личности не могли притереться друг к другу по мановению волшебной палочки, а уступать никто не любил, потому случались и споры, и скандалы, опять же «беременные» гормоны нередко вставали на дыбы и требовали своей доз негатива. Но все это казалось ничего незначащими мелочами и меркло на фоне жарких примирений и всеобъемлющей любви. Никогда, даже в порыве злости, Царев не позволял себе унизить ее, мог кричать, возмущаться, но ни разу не оскорбил и ни в чем не упрекнул, и Лиза была безмерно благодарна ему за это. Чувствовала его любовь и заботу каждую секунду и платила тем же.

Каждый их день начинался и заканчивался сексом. Раньше они иногда успевали еще и днем окунуться в пучину страсти, но к концу беременности Лизе физически стало тяжело, и Женя с готовностью принял новые обстоятельства. Все понимал и никогда не настаивал, ее удовольствие и комфорт всегда были для него на первом месте. Если она сильно уставала, мог просто удовлетворить ее руками или языком и укладывал спать на своей груди. Она привыкла к такому ритму, все казалось ей правильным, словно так было всегда.

Но не было. Ничто не прошло бесследно. Еще в Дзержинске Лизе пришлось познакомиться с мужем заново, точнее, с его темной стороной, о которой она даже не подозревала. Тяжелые таблетки, кошмары, головные боли и снова таблетки, и так по кругу. Царева мучили страшные сны, просыпаясь среди ночи в холодном поту, он громко кричал и звал ее, а Лиза никак не могла ему помочь. Просто будила и успокаивала, доказывая, что рядом, что больше никогда его не оставит. Она очень переживала за него, очередное обследование Женя проходил под ее чутким надзором, и, посоветовавшись с лечащим врачом, они решили отменить таблетки и попробовать справиться с психикой без них.