Звериная любовь (СИ) - Буше Таис - Страница 14

Пора было исправлять свои ошибки.

— Я кое-что принес. И мне будет нужна ваша помощь. Особенно твоя, Яра. Поможешь?

— Конечно, — удивленно ответила Ярослава.

— Тогда попробуй принять всю информацию сразу, — сказал я и закрыл дверь в комнату, а потом подошел и зашторил окно. Степка следил за мной, и хоть я и видел напряжение в его взгляде, но волчонок верил мне всецело, и это внушало мне уверенность, что я поступаю правильно. А с кармой я как-нибудь справлюсь.

Яра слушала меня очень серьезно, ловила каждое слово, а я пытался зачитывать заклинание почти по буквам. У нас не было шаманов с самого основания стаи. Как и мага. И жили мы без них прекрасно, хоть и считали нас неполноценной стаей. У московских стай так вообще по два мага бывало, чертовы псы, но и контролировали они в разы больше территорий.

Но похоже скоро все изменится — у Ярославы оказался редчайший дар лекаря. Она все связующие нити в стае чувствовала, и нашу с ней связь, окрепшую и прочную, нащупала моментально. Я умом понимал, что Быстрый обязан сообщить на Совете не только о моем новом статусе, но и о даре у моей Пары. Но ведь Яру заберут на обучение, а я буду за сотни километров от нее. Сердце мое не выдержит, а рядом при обучении находится запрещено, чтобы сила правильнее развивалась.

Я смотрю как Степа затих и похоже почти не дышит, глядя на пальцы Ярославы, которыми она аккуратно водит по перелому, а под ними легкое теплое свечение. Она повторяет за мной фразы заговора, аккуратно, без эмоций и интонации, но все равно древние фразы пробуждают в ней свет и выплескивают его наружу. В комнате я ощущаю тоненький аромат мирта.

Она повторяет последнюю фразу и замирает с рукой над перевязанной рукой Степы, а я любуюсь, не могу отвести глаз. Яра сейчас как самый настоящий ангел, нежная фея. Наша красавица-шаманка.

— Все, — говорю я лишь одно слово, и все вздыхают. Похоже не только Степка сдерживал дыхание. Ярослава убирает руку, кладет себе на колени и сжимает пальчики в кулачок. Нервничает.

Я тоже нервничаю. Сердце колотится как бешеное.

— Степ? — зову я волчонка. А он проводит второй руке по перебинтованной, сжимает и разжимает пальцы на поврежденной руке и удивленно вскидывает на меня взгляд.

— Работает, — шепчет он. — Все работает и ничего не болит! — уже громче и радостней.

— Получилось, — выдыхаю я и обнимаю Ярославу, а она кулем заваливается на меня, голова у нее откидывается, а руки, как плети, повисают вдоль тела. Я припадаю губами к ее шее и прикрываю от облегчения глаза.

Тоненькая жилка бьется, но так устало и слабенько.

— Что с ней? — испуганно шепчет Степа, а я виновато поясняю:

— Я совершенно не учел того, что шаман-человек иначе должен расходовать свою энергию. Она сильно переутомилась, Степ.

— Это я виноват. — И я вижу как блеснули от слез желтые глзаки.

— Нет, это я виноват, — целую волчонка в макушка и взъерошиваю его светлые волосы. — Я не просчитал последствий.

— Значит, Ярослава на Турнир не поедет?

Тяжело вздыхаю.

— Ей лучше отдохнуть.

— И ты не поедешь?

— Поеду. Тебя я не оставлю без присмотра.

Степка привычно фыркает и отвечает:

— Кто за кем будет присматривать. Учуят запах и налетят сороки. Только и отгонять придется. Ты же уже связанный волк...

— Обязательно. Будешь мою честь защищать.

Во входную дверь раздается звонок, и я вспоминаю о враче, которого вызвал на осмотр руки.

— Черт! Это врач, Степ, так что прикинься капризным волчонком, хорошо?

— Хорошо, — отвечает Степа, а потом смотрит на спящую Яру. — А ее врач осмотрит?

— Обязательно, не переживай.

Я поднимаю Ярославу на руки и несу вниз, в ее комнату, чтобы у нашего стайного врача даже подозрений не возникло, отчего же рука Степки так быстро восстановилась, зато моя Пара без сил. А потом иду открывать Юрию Николаевичу.

Я проснулась как от толчка, полежала немного, приходя в себя, а потом нащупала рукой на тумбочке около кровати телефон. Активировала его и программа привычно зачитала мне время и погоду. Похоже я проспала прилично. Была уже поздняя ночь.

— Ярушка, как ты? — услышала я знакомый хрипловатый ото сна голос Ониксима со стороны большого кресла в моей комнате.

— Я заснула, прости. Наверное, ничего не вышло...

Кровать около меня прогнулась под чужим весом и меня окутал приятный лесной аромат, а следом и теплые руки Ониксима обняли меня крепко, защищая ото всего на свете.

— Это ты меня прости. Я совершенно не подумал, что книга предназначена для волков, и силы в них витальной намного больше, чем в людях. У тебя все получилось, но и энергии ты потратила много. Так что на Турнир мы с Степаном поедем сами, а ты дома отдохнешь. Хорошо?

Я уткнулась носом в твердую грудь и глубоко вдохнула любимый аромат.

— Хорошо, — послушно ответила я.

— Никуда не выходи. Я оставлю ребят, но Турнир в этот раз будет длиться два дня, много участников, так что волчий поселок немного опустеет.

— Я поняла — сижу дома, никуда не выхожу.

Ониксим чмокнул меня в висок и со смешком ответил:

— Вот и умница, моя ты Рапунцель.

— Для Рапунцель мне не хватает сковороды, а тебе белого коня.

Ониксим засмеялся в голос:

— Ну, сковороду я тебе с кухни могу принести, а «белый конь» у меня вообще-то есть, душа моя. У меня белый, — Ониксим прижал меня сильнее к себе, — мощный, — опустил руки на поясницу, — большой, — схватил за ноги, развел их и притянул к себе на колени, прижимая еще плотнее, — джип.

Я взвизгнула от неожиданности и засмеялась.

— И имя есть у твоего «коня?»

— Land Rover Vilar.

— Да ты у меня богатый как Крез, — продолжила я смеяться, но Ониксим оборвал его нежным поцелуем, а когда отстранился, то крепко обнял.

— Именно. И весь твой. Душа моя, ты ни в чем не будешь нуждаться. А после Ритуала полетим в Германию, чтобы там проверили твои глаза и запястья.

Я хотела поблагодарить Ониксима, но вместо слов судорожно вздохнула, а потом и заплакала. Тихонько, почти не слышно, но не для волчьего слуха.

— Ярослава? — испугался мой дорогой волк. — Что случилось?

Я замотала головой. Слова так и застряли внутри.

— Ты не хочешь?

Я сглотнула мешающий мне ком и все-таки ответила:

— Что ты! Конечно, я хочу! Просто это так... Это все так быстро... Я ведь месяц назад хотела из дома сбежать. Не знала, что делать. Никакого просвета вообще не видела. Думала, либо на улице погибну, либо Игорь меня убьет в порыве злости. Я ведь бы не далась, не позволила с собой...

— Тише, тише, Ярушка, — зашептал Ониксим, поглаживая меня по волосам. — Не думай ни о чем. Не думай о плохом. Все позади. Теперь все будет иначе.

И Ярослава поверила.

Утром было слышно, как множество машин покидают поселок. Смех ребятни заглушался отцовскими рыками или ласковыми голосами мам. Я стояла на крыльце, вслушиваясь в сборы моей еще неофициальной семьи. Интересно, а какие у нас с Ониксимом будут дети? Вервольфы. Точно они. Варя мне пояснила, что ген передается всегда. Может не проявится, но ребенок будет носителем волчьей силы. А значит, и того самого проклятья Пары.

Это для людей — своя половинка мечта и радость, а для вервольфов — судьба или рок, когда волк свою истинную пару не найдет. Ониксим мне рассказал историю Степы, про ошибку его родителей, которая и оставила маленького волчонка одного. И как же на самом деле страшно — не найти эту самую Пару.