Десять тысяч стилей. Книга четвертая (СИ) - Головань Илья - Страница 28

Образ гиганта дополняли рыжая кучерявая шевелюра, мощные надбровные дуги и яркие синие глаза. Если хоть раз увидеть этого мужчину, то уже не забудешь никогда — настолько сильно его внешность впечатывалась в память.

«А ведь он, скорее всего, мой ровесник», — подумал Ливий, но даже в мыслях ему было трудно называть златоглавского гиганта «парнем».

— Хорошо, Бьёрн, пусть победить сильнейший, — с улыбкой ответил тот, к кому обращался рыжий здоровяк.

Длинные волосы цвета сена, неестественные золотые глаза, белая кожа — казалось, что местных учеников Сизого Камня возглавляет утонченный аристократ. Но кулаки блондина были сбиты от бесконечных тренировок, а под одеждой — Ливий был уверен — скрываются крепкие мышцы.

Аслан держал красивый золотой бокал с инкрустированными драгоценными камнями, из которого попивал вино. Он потреблял свой алкоголь не так, как Бьерн. Если здоровяк делал это грубо, как какой-нибудь варвар, то Аслан — утонченно, будто за его манерами сейчас наблюдал весь высший свет Штайна.

Позади главного ученика Сизого Камня стояли две девушки, которые мяли ему плечи. Еще одна стояла рядом и держала кувшин с вином. Даже Ливий мог нанять служанок, но все девушки рядом с Асланом носили форму Сизого Камня.

«У него явно особое положение», — подумал Волк.

Аслан чокнулся своим бокалом с огромной кружкой Бьерна. Видимо, отношения у Сизого Камня и Золотоглава были неплохими, а вот Ливий решил уйти сразу же после того, как допил свое пиво.

К обеим школам он относился хорошо, но ситуация быстро набирала обороты. Ливий знал, что именно пила большая часть учеников. Вино дерева Цоц или Огненное вино — редкий напиток, который может сразить наповал даже идущего по пути боевых искусств. Обычному человеку и вовсе не стоит пить Огненное вино, даже половины бокала будет достаточно, чтобы умереть от сильного отравления.

Для учеников школ боевых искусств Огненное вино было одним из немногих способов напиться, за что многие и любили этот напиток. Перед своим уходом Ливий успел заметить два десятка пьяных учеников, количество сильных и неконтролируемых людей увеличивалось с каждой минутой. «Здесь явно начнется заварушка», — подумал Волк и вышел из таверны. В драке он участвовать не собирался.

— Вовремя ушел, — сказал Аслан. От взгляда блондина не ускользнул одинокий ученик в форме Сильнара, который быстро ретировался в нужный момент.

В «Куро» потихоньку подтягивались все новые и новые ученики. Уже скоро таверна должна была «взорваться», и Ливию не хотелось быть даже рядом с ней, не говоря уже о внутренних помещениях. Поэтому он просто пошел вперед, ныряя из одной подворотни Штайна в другую.

— Всего участников будет шестьдесят четыре. Значит, эти двое в их числе. Не знаю, насколько они сильны, но выглядят опасными противниками, — сказал Ливий. Посещение таверны можно было назвать разведкой. Теперь Ливий знал об одном участнике из Сизого Камня, и еще об одном — из Златоглава.

Таверны Штайна были сосредоточены либо на въезде в город, либо в центре. Ливий ушел куда-то в сторону, ему по пути попадались лишь пивнушки для обычных людей. Можно было зайти и туда, но зачем? Ливий и сам не знал, что делает в этом районе. Он искал что-то интересное, вместо того, чтобы тренироваться. Торун и Диора однозначно обрушили бы на Ливия целый шквал критики за такое.

— Остановлюсь пока здесь, чайку возьму, что ли, — сказал Волк, прочитав с вывески название «Лихой ветер».

Каким-то чудом Ливий наткнулся на таверну, которая стояла в стороне от крупных улиц Штайна. Двухэтажное деревянное здание, ничего особенного. Ливий шагнул внутрь и быстро огляделся. Идущих по пути боевых искусств не было, лишь несколько посетителей без яри, которые тихо ели и пили. Выделялся только один мужчина с шахматами перед собой, правда, оппонента у него не было. Хозяин таверны скучающе натирал бокалы, даже не думая о том, что в его заведение может прийти толпа посетителей. По крайней мере, казалось все именно так.

В общем, местная атмосфера была самой обычной для таверны в середине дня. Разница с другими увеселительными заведениями Штайна была налицо.

— Хозяин, мне черный чай и ваше фирменное блюдо, — сказал Ливий, положив на стойку золотую монету. В обычной таверне, пусть и в Штайне, на золотой можно было купить целую гору еды, но Волк перестраховался, чтобы не ударить в грязь лицом.

— У меня нет фирменного блюда. Сегодня в меню отбивная с вареным картофелем, будешь?

— Буду.

Ливий уселся у окна, когда тавернщик отдал серебряные монеты. Еда была готова, заказ принесли буквально через пять минут, и Волк стал есть, наблюдая за обстановкой на улице. А смотреть было на что.

Небольшая улочка с царившим на ней спокойствием вмиг преобразилась. По ней бежал какой-то мужчина, который влетел в таверну, едва не сломав дверь. Он тут же кинул хозяину несколько монет и сел напротив шахматиста.

— Играем!

— Играем, — согласился шахматист.

Фигуры были расставлены. Нетерпеливый мужчина решил играть за белых — они и стояли перед ним. Мужчина взялся за фигурку наемника и замер. Весь его задор куда-то исчез, казалось, он находится в какой-то прострации. Прошло секунд двадцать, и мужчина переставил наемника на две клетки вперед.

«Е2-Е4, классика», — подумал Ливий, наблюдая за игрой. Нерешительность мужчины он не понимал: начало в шахматах обычно разыгрывается быстро.

Шахматист ответил симметрично, пододвинув своего наемника к наемнику оппонента. «Е7-Е5» — подумал Ливий.

Нетерпеливый мужчина взялся за правого всадника. Он снова долго думал, прежде чем поставить фигуру на новое место. Игра продолжалась еще минуты две, как вдруг мужчина решил закончить ее.

— Сдаюсь, — сказал он, шумно выдохнув. Мужчина развернулся и выбежал из таверны.

Потянулась целая кавалькада желающих сыграть партию в шахматы. Шахматист с трудом успевал поставить фигурки на свои места, как тут же приходил новый оппонент. Когда очередной игрок заходил в таверну, он кидал бармену несколько монет и садился перед шахматной доской. Происходила короткая партия, чаще всего оппоненты шахматиста просто сдавались, но иногда он ставил им быстрый мат. Подходил новый игрок, но ни разу — старый. Никто не оставался для реванша.

— Что здесь происходит? — спросил Ливий у хозяина, когда любопытство одолело его.

— В шахматы играют, — ответил тот.

— А почему тебе платят?

— Я не люблю, когда в мою таверну заходят для каких-то левых дел. Хочешь играть здесь в шахматы — будь добр заказать что-нибудь. Каждый дает мне монеты за бокал пива, но почти никто его не берет, ведь они здесь для игры, — объяснил хозяин.

«Здесь явно есть какой-то секрет. Надо выяснить, почему все так хотят играть с этим человеком. Может, он известный шахматист? Грандмастер какой-нибудь?», — подумал Ливий и пересел на другое место, чтобы разглядеть шахматиста.

Очки с уполовиненными линзами, серые глаза. Русые волосы с проседью. Обычное телосложение, обычное лицо — шахматист вообще не привлекал к себе внимания. Ситуация становилась только загадочней.

«Ай, посмотрим», — решился Ливий.

Он дождался, когда поток желающих играть ненадолго иссякнет, чтобы подойти к шахматисту и сесть напротив него.

— Играем? — спросил мужчина с улыбкой.

— Играем, — согласился Ливий.

Фигуры были расставлены, но Волк решил сначала немного поговорить с шахматистом.

— Почему столько людей хотят сыграть с вами? Вы известный мастер? — спросил Ливий.

— Можно сказать и так. Я просто люблю шахматы. А остальные хотят получить от меня ответ, — сказал шахматист.

— Ответ?

— Если кто-то сможет взять у меня партию, то получит ответ. Ответ, который может кардинально изменить жизнь человека, дать ему ключ к решению проблем.

«Почему-то мне кажется, что он не врет», — подумал Ливий, глядя в глаза шахматиста. Все это звучало как бред, но Волк был уверен: мужчина перед ним действительно знает ответы, даже если ты не знаешь вопросов.