Путь в стаю (СИ) - Кузнецов Павел Андреевич - Страница 125

— Тиш, он прав, — вдруг заговорила Старшая. — Ты же сама видела, к чему привёл его психоз в Литании. До сих пор Республика не может понять, что теперь делать с Сектором. А помнишь, когда он линкор распылял? Линкор, Тиш! Мечниц же не просто так не дают ломать. У них сложная нервная организация. Из-за их полей. Ты представляешь, что будет, если такое… оружие пойдёт вразнос?

— Так, успокоились, — весомо, с нотками металла в голосе, обрубила беспредметный спор Смерть. — Давайте зайдём с другой стороны, кошки. Забудьте о том, что я его трахаю. Забудьте о том, что ваша Старшая ждёт от него ребёнка. Даже о том, что у Верховной дальней разведки от него девочка по воспиталищу бегает… Ради него Орден отозвал с Псиона Высшую. Одну из опытнейших функционерок, с огромным потенциалом полей. И всё для чего? Чтобы курировать одного республиканца. Наплевать на его пол, кошки! Да, мужик! Но. Ради. Него. Орден совершил невероятное! Никогда до того никого не отзывали… с Псиона! Я о таком даже не слышала! Туда отправляют, это да. Самых перспективных, в абсолютной тайне. Никого обратно не возвращают! А тут вернули. Что это значит? По-моему понятно, что масштаб планируемой Орденом операции должен быть беспрецедентным, если подобные шаги считаются допустимыми.

— Я с такой стороны не смотрела… — натурально растерялась Тиш. — Вот, значит, как… Но почему тогда его не забрали в Орден?

— А кто им его отдаст? — нависла над столом Высшая. — Он — наш! И вы будете участвовать во всех планах Ордена на его счёт. Фракция валькирий его не отдаст, он только среди нас сохранит адекватность. У нас есть опыт работы с котами, которого нет больше ни у кого. Ласточки своих в пол закатывают, орденки… даже не представляю, что они с ними вообще делают, но раз их нет в стаях… то можно предположить, что ничего хорошего. Ведьма это понимает, как никто, поэтому поддерживает мою позицию.

Тина на несколько секунд замерла, то ли выдерживая паузу, то ли просто пытаясь успокоиться от нахлынувших эмоций. Вот ведь, даже эту Смерть бледную проняло!

— На нас Память Тёмной Матери, сёстры, — наконец очень тихо, опустив глаза в пол, начала она. — Она была кем угодно, но не дурой. Всё предусмотрела. Только масштаб его мести недооценила, из-за чего погибли обе её кровные. Теперь мы о нём позаботимся. Сами. Что мы, кота не сможем натаскать? Да ещё и такого опытного, матёрого?

Все валькирии опустили взгляд в пол. Им тоже стало стыдно за память Валери О`Стирх, да и мне, признаться, тоже. Она бы только посмеялась над глупостью своих сестёр, и всех бы быстро на место поставила. Да с ней Мира и не стала бы так своевольничать.

— Так, давайте решать, — Тина обвела всех за столом пристальным взглядом — даже Милену. — Вам нужен в стае кот? Вы его принимаете? Решайте. Если нет, я сейчас же свяжусь с Руной или… кто там тебе больше понравился на лайнере? А, Леон?

Опять тишина. Женщины пытались сообразить, в чём подвох вопроса Высшей, потому что и так было понятно, что меня приняли. Если бы не приняли — не носились бы, как с писаной торбой. Первой пришла в себя Сайна. Она решила благополучно наплевать на все скрытые подтексты и высказаться. Вообще, эта девочка нравилась мне больше всех в стае, и дело было не только в однозначной и безоговорочной поддержке. Она прекрасно ощущала моё трепетное к себе отношение с самых первых минут пребывания в стае, так что лишь отвечала взаимностью. Зато абсолютной и безусловной, что было особенно ценно здесь и сейчас.

— Что значит: нужен кот? Мы его уже приняли. Или я чего-то не понимаю? — сделала большие глаза рыжая. — Я уж точно, и руками, и всем остальным — что там тебе у меня ещё нравится, Леон? — за Кошака. Все бы коты такими были… цены бы им не было.

— Он отличный боец, — заговорили Викера. — Большинство валькирий приходят в стаю куда менее подготовленными. А уж о мечницах и говорить нечего — я не помню ни одной, кто бы хоть немного мог тягаться с Леоном по степени личного мастерства. Как к мужчине у меня к нему также претензий нет, тут наша рыжая права.

— На тактических играх он отлично себя показал, — высказалась Рита. — Да, ему не хватает практических навыков по нашим стандартным тактикам, но он их с успехом заменяет собственным опытом, интуицией и нестандартными решениями. В нём сходу чувствуется потенциал минимум Старшего. Думаю, Тёмная Мать не просто так с ним по Внешним колониям носилась, чувствуется рука опытного наставника.

— Мне он нравится. С ним интересно, — усмехнулась Мисель. — Местами такой же ненормальный, как и я. Но надёжный. И сильный. И ещё он… мужчина. Какая валькирия откажется от такого приятного соседства в стае? Или вы совсем с головой не дружите, сёстры? При выборе вибратора или настоящего мужика, да ещё такого, выбор очевиден.

— Ты не мужика берёшь, а боевого брата, — огрызнулась Триша.

— Расскажи это Мире, — рыкнула в ответ Миска, даже не думая отводить взгляд.

— Триша? — вопросительный взгляд Высшей.

— Мы с ним уже целый день носимся. Миру разукрасили так, что больше часа в регенераторе провалялась. Приняли, конечно… пусть я и не представляла, какие страсти из-за этого вспыхнут.

— Меня он устраивает. Без комментариев, — неожиданно серьёзно высказалась Эйди. — Вы все знаете мои проблемы. Я ему позволяю то, чего не позволю больше никому. Пусть хоть раком ставит, мне плевать! Я ему доверяю. Полностью. Ты слышишь, Кошак? Полностью! И только попробуй обмануть моё доверие…

Миленькая девочка Ди вмиг превратилась в хищницу, с топорщащимися волосами, с горящими глазами, с когтями, которые непроизвольно покинули свои гнёзда и впились в стол. Взгляд девочки упал на глубокие борозды на поверхности, потом недоумённо скользнул по когтям на боевом взводе. Через мгновение она подняла полные растерянности глаза на меня. Это было так мило, так непосредственно, что я не смог сдержать ободряющей улыбки, за что получил полный обожания и обещания взгляд юной чертовки.

— А ты, Ми? — на полном серьёзе вопрошала Смерть мою Старшую.

— Даже не знаю, Ти… — протянула моя брюнетка, а потом рыкнула. — Ты совсем, что ли? Я что, кому угодно позволю мне ребёнка заделать? Кому не доверяю? Буду ему мозги вправлять, когда у него крыша поехала после смерти моей лучшей подруги? С которой мы вместе начинали в одной стае? Которая просила о нём позаботиться? Иди на хрен, кошка! Это у этих ещё молоко на губах не обсохло, воспиталище в одном месте играет, а я уже давно это переросла. Мне Кошак нужен. Если надо, я с ним в другую стаю уйду. Ты ведь к этому клонишь, Высшая? К тому, что нужно делать выбор?

— Да. Ты уловила самую суть, — бесстрастно кивнула головой беловолосая Тина. — Вы ведь понимаете, кошки, что вместе они в одной стае находиться не смогут?

— Но… — растерялась Триша.

— А что тут думать? Да, она поставили интересы собственной пи… выше интересов стаи, — жёстко обрубила Сайна. — Мы уже узнали сегодня достаточно, чтобы сделать далеко идущие выводы. Я её просила умерить свои хотелки хотя бы до размеров собственной постели, так нет, она и других хотела облагодетельствовать. Она моя сестра, но Кошак в этой ситуации проявил куда большую мудрость. Мужчина оказался мудрее и рассудительней женщины! Она не сможет с ним уживаться, раз уже один раз наделала столько ошибок. Её изнутри всю корёжит от осознания, что в стае появился неподконтрольный лично ей мужчина. Я — за Кошака. Точка.

— Если вы думаете, что меня можно просто использовать, втереться в доверие и… бросить, то ошибаетесь! Кошак мой! Я никому его не отдам, даже если придётся идти с ним в другую стаю. Ты понял, Кошак? — опять Эйди пёрло не по-детски, но на этот раз обошлось без боевых имплантов.

— Тихо, кошечка, тихо, — попытался успокоить я девочку. — Успокойся. Никуда я от тебя не денусь.

Услышав мой голос, она расслабилась. Доверчиво заглянула в глаза, на её губах проступила счастливая, немного робкая, улыбка.

— Я обожаю игры на грани. Появление Кошака однозначно повысит градус игры. Если эта дура не хочет играть, если она хочет и дальше пребывать в своём маленьком уютном мирке, пусть там и остаётся. В другой стае. Я люблю Миру. Мы через многое прошли вместе. Но она не имеет права так подставлять нас всех, лишать нас возможности игры, — высказавшись, Мисель откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза, стараясь успокоиться.