Алаймент (СИ) - Малышонок Сергей Александрович "Седрик" - Страница 94

— Тогда я приложу все усилия, чтобы оправдать ваши ожидания, мой лорд, — поклонился Актёр… хм, надо будет подумать над нормальным именем. Всё-таки «Актёр Пандоры» — это больше титул, выданный одним задротом мобу для нагнетания Пафоса, но на нормальное имя оно походит мало. Или не заморачиваться? Лич бы точно не стал — пока юнит работает, не о чем беспокоиться, но я всё-таки уже не лич… нет, подумаю об этом позднее, пока и так голова идёт кругом и дел невпроворот. А расслабиться хочется… Кстати о расслабиться, почему бы не совместить приятное с полезным и обещанным?

— Рад это слышать. Ну что же, не буду тебя больше задерживать: ступай, знакомься с остальными и подбери себе комнату среди гостевых апартаментов, не постоянно же тебе бегать в Сокровищницу, если потребуется посидеть за бумагами или просто отдохнуть, — доппельгангер рассыпался в благодарностях, но… не чрезмерно, и, ещё раз поклонившись, вскоре покинул кабинет.

— «Себас, если ты сейчас свободен, не мог бы ты зайти в мой кабинет?» — телепатически связался я с дворецким.

— «Буду у вас через минуту, Господин Зеллос», — сразу же отозвался драгоноид. И не прошло и обещанных шестидесяти секунд, как в дверь постучали. Дав разрешение войти и нормально поздоровавшись, я обратился к своему слуге:

— Я бы хотел обсудить с тобой наказание для Плеяд…

— Серьёзный проступок с их стороны, — сразу же понял, о чём идёт речь, боевой дворецкий. — Я благодарю вас, Господин, что вы решили обсудить возможное наказание со мной, но я не знаю, чем я могу помочь вам… лишь попросить простить их после кары.

— Я уже простил, — невольно улыбаюсь. — Злиться на вас долго у меня в любом случае не получится, — если что, лучше сразу испепелить и делать вид, что такого никогда не было, но в последнее время, несмотря на весь накал дичи, Стражи подают признаки пусть медленно, пусть постепенно и не без косяков, но отращиваемого мозга, а это есть гуд. Правда, мораль, мировоззрение и человеколюбие всё ещё находятся даже не в зачаточном, а в предпроектном состоянии, но нельзя же от них требовать всего и сразу. — Тем не менее наказание должно быть, иначе они не вынесут ничего из этого урока. И раз уж они так любят подсматривать… — и я принялся излагать дворецкому свой план. Откровенно говоря — долбанутый, бредовый и ни разу не тянущий на наказание, но вот с учётом местной шизы, я почему-то уверен, что «зайдёт» он на ура. Вежливо выслушав, Себас почтенно склонил голову.

— Воистину, это весьма мудрый, мягкий и одновременно действительно строгий и воспитательный ход. Теперь я куда лучше понимаю восхищение Демиургуса вашими талантами. Воистину, наш Создатель неподражаем.

— Ты мне льстишь, Себас, но оставим это. Вижу, ты не против?

— Нет, Владыка, это действительно достойная кара… и награда, что лишь усилит наказание провинившимся, — н-да, что и требовалось доказать. Я таки постиг полную механику мыслей своей нечисти.

— Отлично. Раз так, то дождёмся, когда они закончат выбирать платья, и приступим. Ты передашь им, где и когда состоится их наказание. Ну а пока есть время, пригласи Демиургуса, вы же уже закончили составлять план?

— Да, Повелитель, всё готово и ждёт только вашего решения, — поклонился дворецкий.

— Замечательно, зови…

Около полуночи. Девятый этаж: Спа-курорт Назарика.

— Итак, дамы, вы все знаете, зачем вы здесь? — стоя спиной к невысокому бассейну-ванне и, соответственно, лицом к шести Плеядам и Альбедо, приступил я к началу воспитательной работы.

— Д-да, Владыка Зеллос, — нервно ответила госпожа Надзирательница. Что именно им предстояло, дамы не были в курсе, и эта неизвестность пугала их куда больше, чем что-либо ещё. Да и обстановка однозначно сбивала с толку. Возможно, они бы комфортнее чувствовали себя, окажись в камере пыток, а не в банях.

— Отлично, тогда, для начала, отвернитесь, — девушки послушно повернулись ко мне спинами. — Нарберал, ты можешь не отворачиваться — к тебе у меня нет никаких претензий, — боевая горничная остановилась на половине движения и развернулась обратно, на её лице царило полное недоумение. Остальные продолжали нервничать и нервозность свою увеличивать.

— Итак, позвольте, я объясню, в чём будет состоять ваше наказание… — нарочито замолчав, я, памятуя об одной особе, что недавно появилась, точнее, вернулась в действующие силы Назарика, начал накладывать на область комплекс заклинаний от подглядывания, подслушивания и «запоминания истории» — а то знаю я этих пророков. — Как мы недавно выяснили, вы все хотите меня как женщины. А если называть вещи своими именами, вы все хотите меня трахнуть. Причём до такой степени, что готовы наблюдать за мной через Зеркало Дальнего Видения круглые сутки, напрочь залипая на самые банальные мои действия. Поправьте меня, если я ошибся и у кого-то из вас есть виды на какого-то другого мужчину.

— … — ответом мне стала гробовая тишина, в которой не было слышно даже звуков дыхания. А ещё ушки, шеи и вообще все открытые участки тел девушек пылали так, что хоть прикуривай. Особенно это бросалось в глаза на Нарберал, которая стояла ко мне лицом.

— Так вот… — выдержав должную паузу, я принялся неторопливо вышагивать за их спинами туда-сюда. — Как мужчина, я вас понимаю и должен честно признать, что испытываю к вам схожие чувства, всё-таки вы все очень красивы и крайне дороги мне. Для меня вы — семья, и я люблю вас всех, что никак не изменится, даже если в какой-то момент вы меня чем-то расстроите. Однако!.. — я вновь выдержал паузу, давая девушкам время осмыслить и переварить сказанное. — Именно потому, что я вас люблю и желаю вам блага, я должен одёргивать вас, когда вы совершаете что-то неправильное, чтобы вы стали лучше и не повторяли своих ошибок. В этом и состоит смысл наказания: наказание должно помочь вам усвоить урок, закрепить его. Особенно это важно потому, что все вы являетесь монстрами, каждая со своими расовыми особенностями физиологии и психики, которые влияют на ваши поступки и мышление вне зависимости от ваших желаний. Кто-то из вас более страстный и импульсивный, а кто-то более практичный. Это не плохо, но иногда позывы вашей природы могут заставлять вас идти на совершение глупых, а подчас и вредных поступков, как было в этот раз, когда ради удовольствия вы совершенно забыли о своём долге и товарищах. И чтобы такого не происходило, вы должны уметь сдерживать себя. Особенно это важно для тебя, Альбедо, как моей самой доверенной помощницы и обладательницы наибольшей власти в Назарике после меня, — останавливаюсь за спиной демоницы и ласково провожу рукой по её волосам, пропуская угольно-чёрную прядку между пальцев. — На тебе лежит большая ответственность, ведь ты отвечаешь не только за себя, но и за всех своих подчинённых и за сам Назарик, когда меня нет рядом. Ты должна быть примером для окружающих, той, кто заботится обо всех жителях Назарика и в ком каждый из них будет видеть непререкаемый авторитет. А это значит, что ты, как никто другой, должна уметь сдерживать порывы своей демонической природы, контролировать себя, а не становиться рабыней собственных инстинктов. Ты понимаешь меня, Альбедо?

— Да, Владыка… — дрожащим голосом выдохнула девушка. — Вы, как всегда, так внимательны к своей недостойной слуге. Даже когда она подвела вас, вы столь терпеливо всё объясняете…

— Я рад, что ты понимаешь, — я ещё раз погладил Альбедо, на этот раз задев пальцами её рожки. — Это вселяет в меня надежду, что ты не станешь обижаться на меня за своё наказание. Поверь, я бы хотел не доводить до этого, но урок должен быть строгим и запоминающимся, потому как если за проступок просто чуть пожурить и простить, это ничего не даст и не поможет вам превзойти себя и свои слабости.

— Я никогда не смела бы обидеться на вас, Повелитель! Обещаю вам, я выдержу всё! — чёрные крылышки красавицы затрепетали, а её руки сплелись перед лицом, но обернуться Надзирательница не посмела.

— Хорошо. Я рассчитываю на тебя, — последний раз проведя по её волосам, я сделал шаг назад и… начал раздеваться.