Развод по любви (СИ) - Лавру Натали - Страница 20

Помимо меня, с Таниной стороны была наша воспитательница из детдома, Нина Алексеевна.

Это была первая в моей жизни настоящая свадьба (наша с Костей скромная роспись не в счёт). А тут — лимузин, кафе, тамада…

Костя покинул празднество прямо из ЗАГСа, сослался на важные дела. Он вообще не хотел идти, я неделю уламывала его поприсутствовать хотя бы в начале. Поэтому в кафе я сидела без пары.

А дальше началась какая-то вакханалия.

Сначала Дима перепил. Из лимузина он едва не вывалился и хромал до входа в кафе, повиснув на невесте.

Тамада в попытках разогреть немногочисленную публику ввернул пошлых конкурсов с бутафорскими мечами между ног, неприличными танцами и прочей лабудой. Не выстрелило. Народец попался слишком зажатый.

Праздник стух.

Таня разревелась прямо при гостях, и мне пришлось утащить её в туалет.

— А ну не плакать! Подумаешь, тамада мудак. Включим музыку и попляшем, — попыталась я приободрить подругу.

— Нет, зря всё. Ты не понимаешь… — всхлипывала она.

— Рассказывай.

— Мы н-не накопили н-на с-свадьбу. Дима взял креди-и-ит… — печально провыла Таня.

— А чего же просто не расписались?

— Я хотела праздника! — будто защищаясь от нападения, выпалила она. — Хоть раз в жизни почувствовать себя красавицей! Принцессой!

— Ну вот, ты в платье… — пожала я плечами. — Чего плакать-то?

— А Дима, видала, как напился?

— Может, от радости? — предположила я.

— Ага. Радости, что нам полтора года кредит платить по пять тысяч! У Димы зарплата всего двадцать. И за аренду квартиры семь… Дима вообще не хотел свадьбу.

— Ох… — вырвалось у меня. Да уж. Особо радоваться нечему. Бедный Дима. Пахать ему теперь от зари до зари.

— А я… Беременна… И скоро стану толстой и некрасивой… — жаловалась подруга.

— А как же твоя учёба? Я думала, вы пока не планируете детей.

— Если бы всё было, как планировали, — нервно вздохнула Таня. — Переведусь на заочку. Чего ещё делать-то?

Таня, как выпустилась из детского дома, больше волонтёрством не занималась. Личная жизнь и учёба отнимали у неё абсолютно всё время.

Она поступила в педагогический университет на учителя младших классов, получала стипендию, которой хватало, чтобы оплатить детский сад Машеньке, её дочке.

А теперь на носу второй ребёнок, нерадужная семейная жизнь и неизвестность.

Когда мы вернулись в зал, Дима уже лежал в отключке на поставленных в ряд стульях, а его мама причитала, что её бедного мальчика обманом заставили подписаться на эту кабалу.

Что ж, в чём-то Димина мама была права. Это Таня, торопыжка, думала, что брак укрепит их с Димой отношения. И совместный ребёнок тоже. Но всё оказалось не так. И кредит на свадьбу станет для них тем ещё испытанием чувств.

Праздник закончился на два часа раньше положенного.

Не так я представляла себе светлый праздник единения семьи.

К концу одиннадцатого класса я чувствовала себя загнанной белкой, которая до пены изо рта крутила колесо.

После того как я дала Косте обещание добросовестно учиться и не позорить его, моя жизнь превратилась в изнуряющий марафон по впихиванию в себя знаний.

Кажется, за это время даже ничего не случалось, а если и случалось, то настолько незначительное, что я не помню. Словно я — не я, а робот-достигатор.

Но вот экзамены сданы, документы в университет поданы, а я… не представляю, каково мне будет во взрослой жизни, раз уже сейчас язык на плече.

Зато аттестат у меня с одной-единственной тройкой по литературе. Не простила мне учительница оскорбления русской классики. Ну да ладно. Поступаю я всё равно не на филфак, а на соцпед.

Педагогика и психология у меня в крови. Вон, ребятня в доме малютки как меня обожает! Как приду — бегут обниматься, цепляются пальчиками мне за джинсы и кофту, будто хотят взобраться на плечи. Всё-таки какой счастье чувствовать себя нужной.

Ради того, чтобы сделать хоть кого-нибудь счастливее, я готова сточить зубы о гранит науки. Это моя благая цель и, наверное, смысл жизни.

Так что экзамен по обществознанию я сдала на отлично, историю и русский язык — хорошо. Пусть только попробуют не взять меня на бюджет!

Не успела я получить аттестат, как снова оказалась гостьей на свадьбе Саши, моей тренерши по скалолазанию, и Игоря.

Эти двое встречались шесть лет и наконец-то решили узаконить отношения.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Костя на этот раз внаглую откосил. Сказал, что он не любитель свадеб, и снова кинул меня. Сам говорил, что боится, что меня у него уведут. Так и случится, если будет оставлять меня одну! Козёл.

Торжество состоялось в пятницу двадцать четвёртого июня.

Откуда я так хорошо помню дату? А оттуда, что это был знаменательный во всех смыслах и поворотный день в моей судьбе.

Утром мы поругались с Костей из-за того, что он беспробудный трудоголик и зануда. А ещё у меня зародились подозрения, что Костя нарочно не позволяет себе веселиться из-за гнетущего чувства вины перед Юлей, погибшей женой. С тех пор он и свадьбы недолюбливает, и от посиделок с друзьями отказывается. Как ещё плесенью не покрылся от такого образа жизни?

А мне осточертело, что вся движуха-веселуха либо проходит мимо меня, либо я участвую в ней без мужа, словно он всего лишь плод моей фантазии.

И вот я еду на свадьбу одна.

Погода шепчет, всё идеально, невеста с женихом счастливы, гости радуются, а я… одна. И на душе у меня обида за то, что мой муж не со мной, хотя мог бы.

«Эх, да пошло оно всё! — решила я, устав от мрачных дум. — Буду веселиться и плясать до упаду! Облопаюсь угощений и перетанцую со всеми холостяками!»

Я не заметила, как моё дурное настроение растворилось в атмосфере праздника. Моя довольная, слегка придурковатая физиономия мелькала везде, где щёлкали вспышки фотокамер. Мужики смущались, когда я вытаскивала их из-за стола танцевать. Их вытянутые лица меня только смешили и раззадоривали ещё больше. Нет-нет! Сегодня я больше не принимаю отказов!

Давно я так не отрывалась. И, кажется, я не жалею, что Костя не видел безумия, которое я творила. В прямом смысле кружила мужикам головы.

Вечером, когда праздник плавно двигался к своему завершению, я впервые за день достала из клатча мобильник и обнаружила семь пропущенных от Кости и два сообщения.

Первой мыслью было бросить телефон обратно и догулять до победного, но, поразмыслив, я перезвонила.

— Чего звонил? — спросила я неприветливо.

— Хотел узнать, как у тебя дела, — как-то сдавленно поинтересовался Костя.

Странно… виноватым себя что ли чувствует?

— Отлично! — ответила я. — Веселюсь на полную катушку.

— Хочешь, заберу тебя с праздника? — предложил он. — Когда там всё кончится?

— Не утруждайся. Доберусь на такси. Ну всё, мне пора. Пока, — и я отключила разговор.

Ишь, думает, что подвезёт до дома — и ноу проблем. Нет!

В последнее время мы как соседи, у которых кроме общей постели больше нет точек соприкосновения. Может, это временно, ведь я почти весь учебный год с головой была погружена в учёбу. Но в любом случае мы должны это обсудить.

После телефонного разговора с Костей мне стало как-то не по себе. Холодок тревоги пробежался по спине, словно дементор поскрёб вдоль позвоночника металлическими когтями.

Мне вспомнилась Юля. Интересно, из-за чего они поругались в тот роковой вечер? Как там всё было?

Уже в такси я, снедаемая недобрыми предчувствиями, пристегнула ремень безопасности. Обычно на заднем сидении я не пристёгиваюсь, а тут поддалась моменту и подстраховалась. Мало ли. Чем чёрт не шутит. Даже такси иногда попадают…

Последнее, что я увидела, — это яркий слепящий свет, с бешеной скоростью летящий на меня. Затем — «бах!», мгновение звенящей тишины и темнота.

Глава 16. Прячьтесь, ангелы и черти