Развод по любви (СИ) - Лавру Натали - Страница 14

— Может, тебе к психологу наведаться? — предложила ему.

— Не надо. Сам справлюсь, — мотнул он головой. — И хватит уже прятаться здесь, возвращайся ко мне.

— Я подумаю. А то заманишь меня и опять начнёшь свою тиранию разводить… — ударилась в рассуждения я.

Меня схватили. Книжка глухо шмякнулась о Костину голову и выскользнула у меня из руки. Всё, я безоружна.

— Моя. Моя. Никому не отдам, — внушал мне Костя, запустив одну руку мне под футболку, а другой придерживая мои запястья над головой.

Я завопила, аки невинна девица в неволе.

Сзади бесстрашным воином возник мой верный Дружок и… вы уже догадываетесь, что произошло.

Когда на главную хозяйку нападает не главный хозяин, времени на раздумья нет — надо кусать… Ну, то есть спасать!

Хвать!

— А-а-а! — взревел Костя, отстраняясь от меня.

Дружок верно оценил опасность, разжал челюсти и отскочил к дальней стене комнаты.

— Ах ты ж… — у Кости не хватило слов, чтобы выругаться. Или он не хотел научить меня плохому.

Я прыснула со смеху.

— Ничего смешного, — буркнул мой тиран. — Между прочим, до мяса прокусил… Сейчас я его… — он нагнулся к полу и запустил в Дружка тапком.

Не попал.

— А ты что хотел? Я же его спасла, теперь он меня защищает. Будешь знать, как нападать, — высказала ему я, а затем сменила гнев на милость. — Давай посмотрю, что там у тебя.

Дружок тяпнул Костю за щиколотку. На коже, конечно, остались глубокие следы, но обошлось без крови.

— Тебе повезло, что Дружок ещё маленький, — резюмировала я. — Госпитализация не требуется, — и обратилась к псу: — Дружок, фу! Нельзя кусать Костю! — и сердито погрозила пальцем.

Верный друг виновато заскулил и, уныло опустив хвост, поцокал когтями в коридор.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Теперь уже неблагодарной хозяйкой себя почувствовала я.

Поехать со мной Костя не смог. Командировок в Москву у него не предвиделось, а отпуск он уже отгулял в первой половине сентября (копал злосчастную картошку, будь она неладна, в деревне у мамы).

В октябре внезапно продалась халупа моих родителей, которую не могли купить аж с февраля. То около двери квартиры померли от предоза два мужика, то какой-то недобежка навалил в подъезде, прямо в проходе, то у крыльца дежурили менты, вылавливая преступника… В общем, долгие месяцы не задавалось с продажей.

А тут… звёзды сошлись, и покупатель на дешёвую недвижку нашёлся. Костя даже сделал скидку, до того устал от проблемного «висяка».

И вот — свобода!

Теперь, в случае чего, я смогу податься только в квартирку-студию, в которой мы с Костей жили, пока в большой квартире шёл ремонт после потопа.

Нет, старого жилья мне было не жаль. Столько тяжёлых гнетущих воспоминаний из детства… Я стараюсь думать, что всё это было не со мной, а с какой-то другой девочкой. Я ведь звезда, а не какая-нибудь бродяжка.

У бродяжек нет счастливого будущего, а у меня есть. Бродяжки не катаются на дорогих тачках, а я… езжу на такой почти каждый день. У бродяжек нет документов, а ваша покорная рассказчица умудрилась выйти замуж.

Так что я, можно сказать, родилась заново в день встречи с Костей.

Последние дни перед моим отбытием в стольный град Саша лютовала. Затаскивала меня по трассам до обморока и даже переставила уступы на новые места, чтобы тренировать мою скорость и смекалку.

Я стонала, по-мертвецки вывалив язык набок, но где-то в глубине души была ей благодарна. Она-то в меня точно верит. Я ни за что её не подведу.

Ярик, который, хоть и избавился от костылей, но всё ещё хромал, тоже радовался за меня (и был счастлив, что откосил от армии). Он по привычке таскался на скалодром, но не на тренировки, а поболтать с товарищами.

Дима, Танин (пока ещё) парень, окончательно бросил скалолазание. Не потому что разлюбил, а потому что (Таниным голосом): «Нужно много работать, чтобы накопить на свадьбу».

Не знаю, как остальным, а мне стало грустно, что наша развесёлая компашка разваливается. Вроде бы мы ещё время от времени видимся, но уже мельком, второпях, на бегу.

С Танькой, моей бывшей соседкой по детдому, мы даже перезваниваться перестали. Последний раз я приходила к ним в гости на новоселье в августе, когда Таня выпустилась из детдома, и они с Димой заехали в съёмную квартиру.

Мы и раньше были разные, а теперь между нами разверзлась целая пропасть. А жаль. Мне бы очень хотелось сохранить нашу дружбу.

Глава 10. Конкуренция, или дева нарасхват

Неделя.

Именно столько мне предстояло провести в чужом городе, в котором я раньше никогда не бывала.

За пару дней до моего отъезда у Кости началось обострение. Любовное, ага.

Он решил, что если замучить меня в постели, то я на чужбине не буду смотреть налево. Наивный. Будто у меня после тренировок и соревнований останутся на это силы.

— Это слишком жестоко с твоей стороны — повесить на меня Дружка, — вздыхал Костя, наблюдая, как я ношусь по комнате со списком, складывая в чемодан вещи. — Абсолютно бесконтрольный пёс. Настоящий бес.

— Ой, ну не драматизируй. Вы отлично ладите, — успокаивающе проворковала я.

— Это мы-то отлично ладим? Да он меня за ногу тяпнул!

— Так он же меня спасал, — напомнила ему. — Я бы взяла Дружка с собой, но в гостиницу с собакой не пустят. Да и некогда мне будет… Так что оставайтесь вдвоём. Уверена, вы прекрасно справитесь и без меня. Вот увидишь, неделя пролетит незаметно, даже соскучиться по мне не успеешь.

— Что-то сомневаюсь, — хмыкнул он.

Я подошла к Косте, села ему на колени лицом к лицу и поцеловала.

— Иногда поскучать друг по другу бывает полезно. И мне никто не нужен, когда у меня есть ты… и Дружок.

Пёс услышал своё имя, запрыгнул к нам на кровать и протиснулся между нами. Куда же без него? Он ведь тоже член семьи.

Да и когда Дружок с Костей, я могу быть спокойной, что мой ревнивец не приведёт домой кого-нибудь лишнего. Я, конечно, верю в Костино благоразумие, но он же сам как-то обмолвился, что сомневается в себе. А Дружок — это гарантия, что в моё отсутствие баб в нашей квартире не будет.

С поезда меня встретили.

Не Артур. У этого пижона, видите ли, нашлись дела поважнее.

Человек по имени Имам доставил меня в гостиницу и велел сидеть тихо и дожидаться инструкций.

Интересно, тихо — это как? Ходить по номеру на цыпочках? Не скрипеть кроватью? Делать вид, что я призрак? Или я так похожа на дебоширку? Странно это всё. Или они тут в столице все такие?

К счастью, долго мне ждать не пришлось: за мной снова приехали и отвезли меня на скалолазную арену, где и должно в скором времени состояться действо.

Несколько высоких стенок с уклоном, короткая сверхсложная и подвижная трассы… Выглядит вполне цивилизованно и даже не провинциально.

Ох, создатель… Волнительно как!

Но я же звезда. Я справлюсь.

— Натали-и-и! — раздалось у меня за спиной.

Только я обернулась, как меня уже обняли.

Артур.

— Это у тебя привычка такая — девчонок лапать? — поинтересовалась я.

— Только тех, кто мне симпатичен, — ответил он. — А что? Пока никто не жаловался, — и улыбнулся так, что две девахи сзади меня охнули.

— Значит, я буду первая, — резюмировала я. — Куда жалобу писать?

— Ты, как всегда, в своём репертуаре, — принял мои слова за шутку Артур. — Идём, покажу тебе, что да как.

Меня передали в руки инструктора, который должен следить за безопасностью конкурсанток.

Вениамин.

Вроде бы мужичок, но мужичком его язык не поворачивается назвать. Обтягивающая субтильное тельце одежда, обильно налаченные и зачёсанные назад блондинистые волосы, кокетливо поджатые губки… Ему бы в балет с такой женственностью. Или в бальные танцы.