Жрец богини Лу. Гексалогия (СИ) - Якубович Александр - Страница 239

Но сейчас было не до рефлексии. Дверь в комнату скрипнула и внутрь скользнули две тени. Я изо всех сил отводил от нас глаза неизвестных, но спрятать четверых здоровенных мужиков в одной комнате было бы, наверное, под силу только Калите. Да и то, не факт. Так что как только неизвестные замерли, осматривая помещение, будто что‑то заподозрив, мы навалились на них со всех сторон.

Поднялся небольшой шум, но он очень быстро стих: первый мужчина получил удар по затылку тяжелой латной перчаткой с сжатым в ней мечом, а второго поймали в захват и быстро придушили, пока он не потерял сознание.

– Вяжем и идем отсюда! Быстро!

На улице, за углом трактира, нас ждало несколько лошадей и еще один гвардеец, сейчас переодетый под конюха. Конспирация была, конечно, на троечку, но лучше так, чем никак. Запасных лошадей взяли аж четыре – мало ли, сколько народу заявится – но пригодится только две.

За ближайшие сутки мы провернули еще три такие операции, в общей сложности повязав десяток человек. На «вызовы» по кодовым сообщениям Ирдиса попались самые разные люди: мастера, рабочие, пара помощников купцов и даже один из жрецов храма Семерых – главного святилища богов в Пите и вообще, всей Клерии. Вот последнее меня удивило, так как местное духовенство не слишком вмешивалось в политическую жизнь страны, работая на благо собственных храмов и богов, изредка общаясь с паствой.

– Знаешь, негусто вышло, – сказал я главному вору Пите, когда уставший, сонный после облав и ночных допросов, явился к нему в камеру, – все какая‑то мелкая рыбка, нечего Каю показать.

Сейчас вор сидел за рабочим верстаком и отмерял в свете лампы кусок кожи для нового ремня – уже две заготовки были готовы и ждали инструмента и масла для обработки. Это была первая моя поблажка для главы гильдии воров, потому что главной проблемой темниц была смертная скука.

Ирдис оторвался от работы и отложил в сторону лезвие – я не боялся, что мужчина бросится на меня с ножом, он был не настолько глуп, чтобы проверять скорость реакции менталиста – и повернулся на табурете.

– А ты думал, туда сами послы Бренна явятся? Барон! Не будь наивен, как деревенская девица, что в первый раз пришла в город на ярмарку! Это – гонцы, люди, которые должны получить информацию и передать ее дальше. А те – еще дальше. Так что тут тебе надо просто расколоть пару‑тройку человек и потянуть за ниточки.

Это я понимал и сам, но мне нужно было подтверждение от мужчины. Я его получил.

– Чего не сказал сразу?

– Мне нужно масло и еще инструменты. Кожа сохнет…

– Ты знаешь, что не все сразу, Ирдис.

Мужчина внимательно посмотрел на меня, прикидывая, что бы еще такое продать, чтобы получить желаемое. Удивительно, но от усиленного пайка и кружки кислого пива по вечерам он отказался. Сразу попросил кожу для изделий, нож и шило.

В двери камеры было окошко, через которое передавали тарелки с едой и питьем, так что внутрь палачи не заходили, они были в безопасности. Единственным посетителем вора мог быть только я – этот вопрос я обговорил с Арманом отдельно.

Конечно, риски были. Ирдис мог что‑нибудь учудить, как‑нибудь попробовать напасть на охрану. Я вел опасную игру, особенно, учитывая, что Кая напрямую в известность я не поставил. Но, опять же, оно того стоило.

– Вы взяли девицу, шлюху? Белобрысая такая, молоденькая?

– Да, есть такая.

– Ну, вот на нее и нажми. Сам, – последнее слово Ирдис выделил интонацией, – выйдешь на помощника купца одной из гильдий, а там… Кто знает, что найдет Огненный барон.

Я прощупал сознание Ирдиса и понял, что вор дал мне еще одну наводку. Железобетонную.

Уже выходя из камеры, я бросил не оборачиваясь:

– Будет сегодня масло, остальное посмотрим.

– Приятно иметь дело с человеком слова. Среди знати это редкое качество, – в голосе вора прыгали смешинки.

Наш договор оказался для него неожиданной удачей. Все же, никто не хочет умирать, особенно так, как должен был умереть Ирдис за то, что совершил за годы работы против престола.

Ниточки, за которые советовал потянуть мужчина, вились долго. Четыре дня мы с гвардейцами рыскали по столице, опрашивали кабачников, хватали людей, я проводил допросы – почти поселился в казематах. Свободных камер становилось все меньше и меньше, но все это были мелкие сошки: непосредственные исполнители, курьеры, прочие помощники. Мне же нужны были титулованные «жирные коты», которые платили за слухи звонкой монетой.

Еще одной проблемой стало то, что эти самые слухи начали как‑то резко нарастать, а до прибытия флотилии из Ламхитана оставались считанные дни: последний голубь прилетел из Окрева сутки назад, то есть у меня оставалось не более сорока восьми часов на все про все. Потом меня засосет дворцовая жизнь, и уже бесконечно рыскать по городу в поисках приключений не получится.

Орвиста в эту авантюру я сознательно не втягивал. Он теперь бы графом де Гранжем – главой достаточно древнего рода, а не просто виконтом и, пусть и наследником, но еще мальчишкой в глазах знати. Да и своих проблем у моего друга хватало, надо было как‑то на ходу принимать дела Бренарда, и хотя в имении были талантливые управляющие, а все необходимые записи хранились в канцелярии, сейчас Орвист с головой погрузился в дела семейства. Ведь человека, который бы смог объяснить те или иные детали рядом больше не было, а Эдит знала далеко не все.

А вот Айрин чувствовала себя прекрасно. Девушка вырвалась из четырех стен родового гнезда и хоть и крупного, но провинциального Мигне, и отлично проводила время в компании других знатных барышень, которые прибыли в Пите вместе с родней. В целом, ее времяпрепровождение было достаточно невинным: до разнузданных попоек, на одной из которых Кай когда‑то познакомился с третьей дочерью барона Вильм, урожденной баронессой Вильм, которая впоследствии стала фавориткой и шпионкой короля Вилой де Шонц, молодой Айрин было еще далеко.

Но наконец‑то наша работа дала плоды. Мы вышли на старшего купца одной из гильдий, которая раньше ни в чем криминальном замечена не была: они не участвовали в строительстве флота, так что избежали погрома, который мы с королем устроили перед самым моим отплытием в Ламхитан. Но одно дело хватать людей на конспиративных квартирах и в трактирах, простолюдинов, а другое – вламываться в купеческую гильдию. Тут мне придется все выложить Каю и привлечь канцелярию, так как кроме ареста придется провести и обыск, чтобы найти финансовые хвосты.

А времени оставалось очень и очень мало. Уже завтра в обед прибудет посольство.

Я быстро отправился во дворец, но оказалось, что монарха на месте нет: он вместе с Санией отправился на конную прогулку. Подозреваю, чтобы обсудить с невестой процедуру встречи посольства, как все лучше провернуть и прочее, в том же духе. Все же, и для самой принцессы было важно, чтобы жених не ударил лицом в грязь. Своего решения Сания менять не собиралась, выйти замуж за Кая планировала, так что какие‑либо проблемы во время прибытия соотечественников и прочие конфузы, которые бы могли возникнуть, как, например, тот, участником которого я стал при дворе Великого Арха, ей были ни к чему.

Выругавшись сквозь зубы, я бросился в канцелярию, предупредить Армана. Графу надо было сработать на упреждение и подготовить документы, людей, камеры. Кроме гвардейцев нам понадобится целый отряд опытных клерков – они будут костяком всей операции. Именно эти люди должны будут быстро и в кратчайшие сроки разобрать документацию гильдии, чтобы, в идеале, уже к вечеру или завтра утром канцелярия смогла громогласно объявить о раскрытом заговоре.

Звучит фантастически? Еще бы! Такие дела должны тянуться месяцами, в лучшем случае – неделями, но времени у меня не оставалось. Во всяком случае, уже завтра нам надо выкатить какой‑то приличный повод, почему вообще были проведены аресты в гильдии, и по какой причине король схватил одного из именитых купцов Пите.

Монарх и его невеста нашлись за пределами города – на опушке небольшого королевского леса, который строго охранялся егерями Его Величества, и в котором проводилась летняя охота, если на то было желание монарха. Как я понимал, именно в этом лесу когда‑то покойные Бренард и Сандер Четвертый пошли на кабана с одними копьями.