Путеводная звезда. Том 2 (СИ) - Извольский Сергей - Страница 85

Все деревья и крупные валуны между тем уже мимо пролетели - думаю, между нами и двумя одаренными Льда, гнавшими на нас бурю, теперь широкое и ровное пространство, сточенное снежным шквалом. Но ситуация аховая - учитывая преимущества противников. Оставалась надежда на действия Валеры и Эльвиры, но я если честно не уверен, что они смогут справиться в два лица против троих. Хотя они еще были в игре, и я чувствовал их присутствие. Вернее, не чувствовал срабатывания установленных Анастасией щитов.

В голову вдруг пришла интересная идея.

- Модест, голем! - крикнул я, понимая, что счет уже идет на секунды.

Сдерживать ледяной шквал я, конечно, мог сколь угодно долго, но в самое ближайшее время кто-то из противников нас наверняка обойдет с фланга. Но если Модест создаст голем, а я наполню его… Не наполню: лед впереди вдруг вспух горбом, причем на огромной площади. И возникший в центре острова горб изогнутой земной поверхности сейчас накатывался на нас.

Поддерживая буйство снежной бури, которая буквально стесала рельеф части острова, двое одаренных Школы Льда не просто атаковали нас. Они, кроме всего прочего, создали по пути снежной бури ледяную дорогу. И сейчас происходящее выглядело так, словно стоящий за границей острова великан взял за края длинную ледяную дорожку и ее встряхнул. Произошло все быстро - катящийся по земле горб между тем уже оказался рядом с нами. Земля ушла из-под ног, линия горизонта мелькнула и ушла вниз, а перед глазами возникла серость хмурых облаков.

Я не успел перенастроить щит полусферы, и под ней - из-под поднявшегося под нашими ногами ковра льда, выстрелили многочисленные острые шипы. Один из них попал в Модеста, и я моментально почувствовал отзвук сработавшего ледяного щита. Сам же я успел отклониться, схлопывая защитный купол и перемещаясь уже в скольжении.

Внутри вдруг, как ответ нежеланию проигрывать, заклокотала невероятная, демоническая ярость. И против собственной воли я уже начал формировать в руке копье демонического пламени, чтобы удивить противников. При этом понимая, что совершаю чудовищную ошибку, я ничего не мог с собой поделать. Колыхнувшаяся внутри ярость, принадлежала не мне, а вновь проснувшемуся поглощенному мною сознанию лорда-повелителя, которое сейчас просто брало верх над моим собственным разумом.

К счастью, земля под ногами вдруг вспухла взрывом - изогнувшийся горбом ковер ледяной дороги выстрелил вверх словно совершающий обратное движение кнут. И подброшенный таким неожиданным трамплином я полетел высоко-высоко.

Стрела адского пламени, сорвавшись с руки, ушла вертикально в небо. Как только адское пламя руку покинуло, я сразу избавился от сковывающего разум липкого ощущения чужой воли. И несмотря на положение - между небом и землей в окружении огромных ледяных глыб, даже вздохнул с облегчением.

Стрела демонического пламени визуально от Огня ничем практически не отличается, и даже если есть среди зрителей способные засечь и определить истинную природу созданного мною конструкта, пусть сначала сами расскажут, как они это поняли.

Путы чужой воли вместе с неожиданным прыжком я с себя сбросил, от копья избавился, но ничего еще не закончилось. Наоборот, все только началось - на миг зависнув в верхней точке, я уже падал вниз, словно прыгнувший с вышки хайдайвер. Только они сразу сигают вниз с тридцатиметрового трамплина, а я сначала летел вверх. И пока летел, вдогонку мне - издалека, с противоположной стороны острова, устремились многочисленные и направленные ледяные стрелы.

Падая, я поймал положение в пространстве, выровнялся и выставил большой и простенький прямоугольный щит. В который почти сразу ударились сразу три, а мгновением позже четвертая ледяная стрела. Вреда не причинили, но от удара меня вместе с созданным щитом отбросило далеко в сторону. Еще раз ударом подкидывая вверх, причем уже на какую-то нереальную высоту.

Зачем прилетели стрелы понятно - меня просто выкинули за пределы площадки, чтобы я не мог вернуться в локацию раунда. Вот только из-за напряжения событий видимо соперники сильно перестарались, и жахнули с таким задором, что долетел я почти до «Принцессы Анастасии». В падении сделал несколько корректирующих бросков кукри в скольжении. За конспирацию в этом уже не опасался - те, кто способны заметить скольжение такого уровня, о моей способности перемещаться с помощью ножа и так уже знают. А телепортировался я сейчас для того, чтобы не падать в холодную и мокрую воду залива. И так от озноба живущего внутри льда потряхивает немного.

Приземлился я на верхнюю палубу «Принцессы Анастасии» где были накрыты столы для фуршета. Причем приземлился так, что от не до конца убранного огненного щита прянула по сторонам превращающаяся в пар водяная взвесь, а залитая дождем часть палубы вокруг меня, в радиусе нескольких метров, мгновенно высохла.

Эффектно ступил на борт корабля, ничего не скажешь. И держа марку, забрал у оторопевшего официанта, замершего неподалеку, высокий узкий бокал с шампанским. После чего, провожаемый многочисленными взглядами пораженных зрителей, собравшихся под навесами верхней палубы, подошел к поручням. И осмотрел с высоты пятнадцатой палубы лайнера остров Буян, превращенный в поле битвы.

Зеленый сектор практически перестал существовать, а на сохранившей яркие цвета его территории большинство деревьев были повалены. Над желтым сектором поднимались черные чадящие дымы, такие же столбы тянулись ввысь над ледяным сектором. Это, как понимаю, следы охоты трех пажей на Валеру и Эльвиру.

Осматривая остров, внешне сохраняя бесстрастный вид, сам я все еще был там. Там, на заледеневшей полосе голой земли. Где буквально несколько секунд назад чуть было не потерял над собой контроль, и едва не размотал команду противников, используя могущественные и запретные силы.

«Поразительно», - ошарашенный произошедшим, примерно так сказал я сам себе, понимая, что прошел по самом у краю.

«Это, черт побери, было реально опасно» - добавил я уже чуть погодя. И залпом допил шампанское. Обернувшись в поисках официанта, увидел, что он уже предупредительно рядом. Пустой бокал поставил на поднос, и сразу взял второй.

Над изуродованным сражением островом между тем появился черно-золотой дым, знаменую победу в третьем раунде команды Пажеского корпуса. Вид на зрелище мне преградил конвертоплан спасательной службы, опустившийся сверху и зависший напротив с открытой боковой дверью.

Допив шампанское, я обернулся к официанту и поставив на поднос второй пустой бокал, легко перепрыгнул разделяющее палубу и проем двери расстояние. Внутри отсека уже сидели Модест и Наденька. Последняя была по-настоящему расстроена неудачей и быстрым, для нее, окончанием раунда. Даже дерзкие хвосты ее прически как-то поникли.

Модест также выглядел опустошенным и усталым. Его кисти рук и скулы покрывала изморось, а ресницы были белыми, словно заиндевевшими - след сработавшей ледяной глыбы. У Надежды белая изморось с ресниц и волос уже исчезла, зато все еще ярко горел морозный румянец на щеках.

- Не расстраивайтесь, мы все равно их сделали, - понимая, что никого не утешу, произнес я, занимая свое место.

Это, по всей видимости, у нас общее - откровенная нелюбовь проигрывать. И думаю, что это следствие принадлежности к владеющим темными искусствама, которые дают гораздо больше сил, чем владение стихией.

Когда конвертоплан забрал из желтого сектора Валеру и Эльвиру, которые смогли выбить сразу двоих противников, прилетели мы не на «Принцессу Ольгу», а вновь на яхту «Эскалада», которая уже двигалась на север, в сторону Лахты. Это Ольга договорилась с Николаевым, пока мы участвовали в третьем раунде: проводить послематчевый разбор на яхте, а не на «Принцессе Ольге». Потому что необходимость нашего совместного разговора с Анастасией, ввиду шутки Астерота, только увеличилась.

Оказавшись на яхте, мы - едва спустившись по трапу вниз, разделились. Вся команда вместе с Николаевым отправилась на тактический разбор, а мы с Ольгой чуть задержались. И едва все скрылись за поворотом, вдвоем двинулись в кают-компанию. Туда, где нас по-прежнему ждала Анастасия.