Магия губит (ЛП) - Эндрюс Илона - Страница 46

— Что ты делаешь?

— Играю в гольф, Кейт. На что это, по-твоему, похоже?

Он сегодня явно не в духе.

— Почему ты собираешь вещи?

Сайман потер лоб.

— Мы играем в игру с очевидными вопросами? Прошу прощения, мне никто не объяснил правил. Я собираю вещи, потому что собираюсь переезжать.

— Следи за своим тоном, — напомнил Дерек.

— Или что? — Сайман развел руками. — Ты разорвешь меня на куски? Избавь от своих угроз. Уверяю тебя, в нынешних обстоятельствах они не возымеют никакого эффекта.

Я взглянула на Дерека. Позволь мне разобраться с этим. Дерек слегка кивнул.

Я подошла к Сайману. До меня донёсся запах скотча.

— Ты пьян?

В последний раз, когда он напился, мне пришлось гнать на машине, как безумной, по заснеженному городу, а разъяренный Кэрран преследовал нас, несясь по крышам.

— Я не пьян. Я пью, но не пьян. Кейт, перестань смотреть на меня так. Я выпил два дюйма виски за последние два часа. С моим метаболизмом это капля в море. Я функционирую на полную мощность. Спирт всего лишь смазка для моих колес.

— Ты никогда не говорил мне, что собираешь свои вещи, — сказала я. Сайман был последним человеком, от которого я могла ожидать переезда. Он чересчур любил свою квартиру по смехотворно завышенной цене в единственном высотном здании, которое еще сохранилось в Атланте после Сдвига. Все его деловые контакты были связаны с городом. У него было полдюжины псевдонимов, каждый из которых прибрал к рукам по ценному кусочку пирога.

Сайман покачнулся на подушечках ног.

— Я переезжаю, потому что город на пороге смерти. А я не собираюсь идти на дно с кораблем.

*** *** ***

— Подвиньте одежду, если хотите присесть, — Сайман подошел к бару, взял хрустальный кувшин и толстый стакан, плеснув в него виски янтарного цвета.

Ни Дерек, ни я не двинулись с места.

Сайман отпил свой напиток.

— Все началось с Альфреда Дьюга. Французско-канадского происхождения. Неприятный жестокий мужчина, очень противоречивый в отношении своих желаний. Его сексуальные практики были весьма. . странными.

Господи, что, по мнению Саймана, могло считаться странным? Неважно, я не хочу знать.

Сайман, казалось, изучал свой скотч.

— Я понимаю, что осознание того, что ваши предпочтения противоречат установленным нормам, может быть травмирующим, но Дьюга в крайней степени привлекало самоунижение. Каким-то образом, между сеансами порки и выполнением причудливых эротических ритуалов ему удалось выстроить успешное предприятие по доставке товаров вдоль всей Миссисипи. Я захотел поучаствовать: принял форму, соответствующую типажу Дьюга, очаровал его, соблазнил и позволил отвезти меня домой. Мне следовало бы заранее провести более тщательные исследования.

— Все прошло не лучшим образом, не так ли?

Глаза Саймана наполнились яростью.

— Он хотел отравить меня вином. Когда не удалось, он попытался меня задушить. Я свернул ему шею, как зубочистку. Очень неприятная история.

— Уверена.

— Я просматривал его бумаги, когда наткнулся на записи об исследованиях Кемена. Сначала я не поверил своим глазам, этого не могло быть. Однако после нескольких недель, проведенных в работе над Дьюгом…

Конечно. Почему я не удивлена?

— Ты превратился в человека, которого убил? — Дерек не мог сдержать насмешки в голосе.

Сайман пожал плечами.

— Он был уже мертв. И не мог получать выгоду от своей компании, к тому же, не оставлять же ее без присмотра. Знайте, я значительно улучшил ее с тех пор, как она попала в мое владение. Во-первых, его водители грузовиков теперь получают прожиточный минимум. Следовательно, количество краж снизилось на тридцать семь процентов. Вскоре я просто продал бы все предприятие себе, избавив от необходимости выдавать себя за Дьюга. Но я отвлекся. Я понял, что Дьюг не любил полагаться на удачу, если он во что-то вкладывался, значит, были гарантии. Учитывая неприличную сумму денег, которую он вложил в Кемена, я вернулся к этому вопросу. Я отправился навестить Адама.

— Пока он был под присмотром Красной гвардии?

— Разумеется.

Слишком много визитов для «никаких посетителей». Я с самого начала знала, что это дерьмовая работенка. Понимала, что Рене умалчивает большую часть информации. Я могла с этим справиться. Но откровенная ложь перешла границы. Новый камешек в огород Рене.

— Продолжай.

— Мы поболтали. Камен был глубоко травмирован смертью жены, гениальный в своей работе, он практически отсутствовал во всех других сферах жизни. Мне потребовалось два визита, чтобы понять, что устройство настоящее, и оно существует. Некоторое время я подумывал использовать его в личных целях, но потом одумался. Его нужно было уничтожить.

Я подняла руку.

— Сайман, что оно делает?

Он долго рассматривал меня.

— Ты не знаешь?

— И кто сейчас задает очевидные вопросы?

Сайман наклонился вперед.

— Оно разрушает магию, Кейт.

Что?

— Ее невозможно уничтожить. Это форма энергии — ее можно преобразовать, но она не исчезает просто так.

— Но ее также можно и сдерживать, — ответил Сайман. — Адам Кемен построил устройство, которое разрушает магическую материю изнутри. При активации устройство заставляет магию вокруг взрываться, превращаясь в плотную концентрированную форму. Подумай об этом с точки зрения газа и жидкости, если нормальное состояние магии в нашем мире — газ, то устройство Кемена будто бы переводит ее в жидкое состояние.

Он сошел с ума.

— Каким образом?

— Я не понимаю большей части этого. — Сайман вздохнул. — Проще говоря, устройство представляет собой цилиндр с резервуаром внутри. Устройство должно заряжаться во время магической волны в течение определенного периода времени. Когда устройство заряжено, оно становится активным. Сам процесс магического очищения занимает очень мало времени. Первый прототип Кемена преодолел площадь в полмили менее чем за десять минут.

— Устройство втягивает магию внутрь своего ядра, воздействуя на большой радиус непосредственно вокруг него. Магия входит в устройство и проходит через серию отсеков. Каждый последующий отсек заставляет ее интегрироваться все дальше и дальше, поэтому к тому времени, когда она достигает резервуара в центре цилиндра, магия становится «жидкой», очень плотной. В этом состоянии она занимает совсем небольшой объем. И, когда следующая магическая волна поглощает область, на которую воздействовало устройство, та остается свободной от магии. Не знаю почему. Я просто знаю, что это работает.

Мой мозг изо всех сил пытался это переварить.

— Нам сказали, что его еще не тестировали.

Сайман покачал головой.

— Кемен испытал небольшую модель, самый первый построенный им прототип. Он был размером с винную бутылку и очищал магию в радиусе полумили. В Сибли есть место, где абсолютно нет магии, Кейт. Я стоял на его краю и прошел через него. Я могу дать тебе координаты. Второй построенный им прототип должен был поразить территорию диаметром две целых семь десятых мили. .

Если бы прототип, который я видела на фотографии Рене, был активирован, он мог бы стереть с лица земли небольшой город.

— Что происходит с людьми, попавшими в зону поражения?

Сайман осушил свой стакан.

— Я не знаю. Могу передать лишь то, что сказал мне Кемен, до сих пор не было оснований полагать, что он ошибается. Он предположил, что во время взрыва все, что подпитывается магией, умирает.

Лед скатился по моему позвоночнику.

— Уточни это «все».

— Некроманты, вампиры, монстры, твои драгоценные оборотни, ты, я. Любой, у кого есть значительное количество силы. Мы. Все. Умрем.

Вот дерьмо. Стереть с лица земли весь город. Мужчины, женщины, дети. . По последним оценкам, не менее тридцати процентов населения используют магию или зависят от нее. Заполучи Хранители Маяка такое устройство, они бы использовали его. Если оно способно разрушать магию — они бы лезли по головам, чтобы активировать его, и могли ударить куда угодно. Если включить эту штуковину недалеко от Крепости, в Атланте не осталось бы оборотней. Кэрран, мертв. Джули, мертва. Дерек, Андреа, Рафаэль, Асканио, мертвы, мертвы, мертвы.