Магия губит (ЛП) - Эндрюс Илона - Страница 23

— Люди Джима отследили ее запах до Улья, прошли примерно на сотню футов и наткнулись на волчий аконит.

Улей был запутанным местом, полным дикой магии и испещренный тропами, ведущими в никуда. Он все время менялся, как какая-то мутировавшая раковая опухоль, и источал вонь до небес. Добавьте к этому волчий яд, который гарантировал мгновенный приступ тяжелой аллергии для оборотней-следопытов, и на лицо — чистый побег.

— Никаких других запахов, связанных с ней?

Кэрран покачал головой. Значит, никто не приставлял к ее голове пистолет. Она направилась в Улей одна и использовала волчий яд, потому что не хотела, чтобы ее нашли. Лесли Рен пустилась во все тяжкие. Оборотни становились изгоями по разным причинам. В лучшем случае у девушки возникла проблема с кем-то из Стаи, она не смогла справиться с этим и решила бежать. В худшем, она превратилась в люпа. Обычный оборотень, который сходил с ума, превратившись в люпуса, грозил серией убийств. Свихнувшийся рендер означал кровавую резню.

— Завтра я отправлюсь на охоту, — сказал Кэрран.

Охота на Лесли Рен, пока никто другой не пострадал. Я наконец вспомнила, где видела ее в последний раз — она звала Джули и Мэдди пойти с ней поохотиться на оленя в лесу возле Крепости. Совершенно логично, что Кэррану нужно было самому взяться за это дело. Рендер мог спокойно протереть пол обычным средним оборотнем. Кэрран сможет устранить угрозу с минимальными потерями. Я понимала это, но мне это совершенно не нравилось.

— Нужна помощь? — Спросила я.

— Нет. Колено все еще болит?

— Нет, почему спрашиваешь?

— Просто интересуюсь, не нужно ли тебе отвлечься от боли.

М-м-м.

— Какого рода отвлечение ты подразумеваешь?

Кэрран наклонился ближе, его глаза были темными и полны крошечных золотых искр. Его губы сомкнулись на моих. Удар его языка о мой, послал электрический разряд по всему телу. Я обвила руками его шею, крепче прижимаясь к нему. Мои соски касались его груди. Твердые мускулы спины сжимались под моими пальцами. Я начала целовать его: сначала, губы, уголок рта, чувствительную точку под его челюстью, ощущая вкус его пота и острую щетину на моих губах. Он издал тихий мужской звук, нечто среднее между глубоким рычанием и мурлыканьем.

Боже мой.

Его руки спускались ниже по моей спине, лаская, прислоняя ближе, пока я не почувствовала, как его напряженный твердый член прижимается ко мне. О, даа.

— Нам нужно выбраться из ванны. — Я прикусила его нижнюю губу.

— Почему? — Он целовал меня в шею.

— Потому что я хочу, чтобы ты был сверху, а у меня нет жабр.

Кэрран поднялся, взяв меня на руки и вытащив из воды, и понес в гостиную.

*** *** ***

Мы лежали на диване, закутавшись в одеяло.

— Что ты собираешься делать с Асканио? — Спросила я его.

Кэрран вздохнул.

— Для большинства молодых парней есть пример для подражания: их отец, их альфа, я. Когда я был моложе, у меня был отец, а затем Мэхон. У Асканио никого нет. Его отец мертв, а альфа его клана —​ женщина, и он не может общаться со мной. Он подчиняется и признает, что я имею право наказать его, но он не чувствует необходимости становиться таким, как я.

— Ты хочешь сказать, что он не поклоняется тебе, как герою? Боже упаси.

Он нахмурился, взглянув на меня.

— Думаю, я распоряжусь, чтобы язвительная болтовня в адрес Царя Зверей стала наказуемым преступлением.

— Какое такое наказание?

— О, я что-нибудь придумаю. Так или иначе, я решил отдать парня Рафаэлю.

Рафаэль был привлекателен, хорошо зарабатывал на жизнь, женщины сходили по нему с ума, и он был яростным бойцом. Представляю, кого молодой мужчина-буда посчитает самым крутым на Земле.

— Попрошу Рафаэля стать его наставником, — продолжил Кэрран. — В качестве личной услуги. Но прежде, чем он приступит, я сделаю так, что жизнь этому испорченному мальчишке покажется настоящим адом, поэтому, когда Рафаэль заберет его из наших рук, Асканио подумает, что это благословение.

В этом был смысл, за исключением того, что Кэрран и Рафаэль были не в лучших отношениях. Говоря по-правде, Кэрран однажды назвал Рафаэля драгоценным павлином Би.

— Ты собираешься попросить Рафаэля об одолжении? — Я остановилась и притворно заглянула в глаза Кэррана. — Зрачки не расширены. Ты не под кайфом и не пьян. .

— Он помог открыть твой бизнес, — ответил Кэрран. — Плюс у нас есть кое-что общее.

— Что, например?

— Я знаю, через что он проходит. Сам был там. У Рафаэля сейчас слишком много всего творится в голове. Мальчик ему как раз кстати. Это заставит его подумать о другом.

Я была почти уверена, что ничто, кроме Андреа, не сможет отвлечь Рафаэля.

— Это было бы здорово, если бы он не погряз по уши в своей депрессии. Тетушка Би, вероятно, уже просила его, и он, должно быть, ответил «нет».

— Я не тетушка Би, — сказал Кэрран.

— Я заметила.

Он погладил меня по плечу.

— Твоя татуировка поблекла. Я почти не вижу ее.

Я повернула голову, пытаясь взглянуть на ворона. Черные линии рисунка стали бледно-серыми: меч и слова «Дар Ворона», почти исчезли.

— Дулиттл говорит, что это из-за всей целительной магии, которой он меня подвергал последние недели. Многие мои шрамы тоже поблекли. Наверное, это к лучшему. В любом случае это была дрянная татуировка. Каждый раз, когда кто-то ее видел, то спрашивал, что там написано и почему у меня на плече кириллица. . — Я зажала рот рукой.

— Что?

Кириллица была создана двумя греческими монахами примерно в 900 году нашей эры. До появления кириллицы славяне использовали глаголицу, которая укоренилась в дохристианской письменности, так же известной как «рунической». Славянские руны.

Фамилия изобретателя — Кемен. По-русски это звучало похоже на «камень». Обычно русские фамилии заканчивались на «-ов» или «-ев», но, возможно, его семья сменила фамилию, чтобы облегчить задачу англоговорящим.

Я набрала номер охраны. Барабас поднял трубку, его мелодичный тенор скучающе произнес еще до того, как я успела что-либо сказать:

— Да, Консорт?

— Почему все называют меня «Консорт»?

— В официальных документах Джим обозначил тебя Консортом. Ты не хотела, чтобы тебя называли Подругой. Зови мы тебя Альфа, это сбивало бы с толку, а «Звериная Первая Леди» заставляет людей смеяться.

— Зачем мне вообще нужно носить какой-либо титул?

— Потому, что ты повязана с Царем Зверей.

Позади меня Кэрран тихо усмехнулся про себя. Видимо, сегодня вечером я всех забавляю.

— Я знаю, что уже поздно, но не мог бы ты найти для меня книгу? Она называется «Славяне: изучение языческих традиций» автор Освинцев.

Барабас драматично вздохнул.

— Кейт, ты доводишь меня до отчаяния. Давай попробуем еще раз, только на этот раз представь, что ты альфа.

— Мне не нужна лекция. Мне просто нужна книга.

— Намного лучше. Еще немного рычания в голосе?

— Барабас!

— И вот они мы. Поздравляю! На тебя еще есть надежда. Я поищу книгу.

Я повесила трубку и посмотрела на Кэррана.

— Что тут забавного?

— Ты.

— Смейся, пока можешь. В конце концов, ты заснешь, и тогда я тебе отомщу.

— Ты такая жестокая женщина. Всегда с угрозами. Тебе следует изучить какие-нибудь техники медитации. .

Я вскочила с дивана и, запрыгнув сверху, уложила Царя Зверей на лопатки.

Глава 8

На следующий день с утра два следопыта пришли отчитаться. Они уловили запах Джули, но наткнулись на волчий аконит и потеряли ее след, затем снова вышли на нее на полуразрушенном шоссе 23. Вот только они опоздали на два часа, и ее след смешался с лошадиным. Она путешествует на попутках. Супер. Потрясающе. По крайней мере, у нее всегда с собой нож.

Когда я сообщила об этом Кэррану, он пожал плечами и ответил: «Если она кого-нибудь убьет, мы это уладим».