Подари мне дитя (СИ) - Анишкина Зоя - Страница 15

Я высунула этот самый язык и показала ему. Затем пришлось буквально проскакать по табуреткам, чтобы не быть пойманной.

— Свои фантазии оставь при себе! Я девушка приличная. И вообще, веди меня в комнату, где я буду спать.

Я дернулась в сторону выхода и была мгновенно схвачена крепкими руками. Спокойно, Маша! А ну-ка не растекаться розовой лужицей у ног этого нахала!

Но проще сказать, чем сделать, и вот уже его руки зафиксировали мои, а моя пятая точка вновь оказалась водруженной на крепкий деревянный стол. Мое сопротивление неожиданно дало трещину.

И чем крепче он сжимал мое тело, тем быстрее рушились возведенные годами стены. В его руках было слишком хорошо, слишком приятно. И вот они уже двигаются по моей спине, прожигая кожу через тонкую кофту.

Мои глаза неотрывно смотрят в его. Карие радужки темнеют, становятся насыщенного медового оттенка. И снова эти руки! Они везде: на моей талии, пояснице, на бедрах…

Внутри гормоны пустились в пляс, а я не могла пошевелиться. Он придвинулся ближе, раздвинул мне ноги и встал передо мной. Поднял мой упрямый подбородок, чтобы я неотрывно смотрела на него.

— Какая же ты все-таки вредная! Что же ты творишь, бестия?

И снова я чувствую на своих губах его поцелуй. Мягкий, нежный, но в то же время властный и настойчивый. Грудью я уперлась в него и почувствовала, как она заныла. Соски стали твердыми и явно проступили сквозь тонкую ткань спортивного белья и кофты.

Его рука накрыла одно полушарие, палец прошелся по острию соска, и я дернулась. Еще ни разу в жизни никому я не позволяла подобного.

В голове мелькнула мысль: а зря! Как же это было приятно. Его губы становились настойчивее, а язык выписывал такие пируэты… Я сдалась.

Ответила ему со всем чувством, накопившимся во мне за эти годы сдерживания себя. За годы запретов и ограничений. Я живой человек, я хочу чувствовать!

Я рванула его за волосы, и он промычал что-то неразборчивое мне в зубы, смял меня. Вжал в свое тело так, что я почувствовала его эрекцию между своих ног. Стало невыносимо жарко.

Я подавила стон, когда он обеими руками накрыл мою грудь и сжал ее с силой. По идее, мне должно было быть больно, но я растаяла. Превратилась в желе, растекаясь по столу.

Из этого волшебного состояния меня вывел шум приближающихся шагов. Я пулей вылетела из объятий Олега. Одернула кофту, которая уже была задрана до самой груди.

В этот момент на кухню зашел его отец.

— Машенька, я там пару футболок Олега оставил на кровати и полотенчико. Душевая прямо по коридору. Пойдем провожу, а то этот шалопай как пить дать все позабудет.

Его внимательный взгляд увидел картину маслом. Брови поползли вверх. Я стала цвета спелой клубники. Должно быть, наш внешний вид не оставлял сомнений, чем мы тут занимались.

— Кхм, пойдем-ка, Машенька, утро вечером мудренее.

И я вышла вслед за ним из кухни, даже не обернувшись, чувствуя взгляд Олега, прожигавший меня насквозь.

Глава 12. Олег

Чтобы успокоиться, я поднялся в свою спальню и отправился в ледяной душ. Чертова девчонка! Какого хрена рядом с ней мне так сносит крышу! Снова и снова я теряю контроль.

Да подобного не было со времен школы и этой суки Карины. Что за наваждение? Я же сто раз обещал себе, что больше не полезу к ней. Она нужна для дела, и постель подождет.

Но мое тело подсказывало мне, что ждать оно не намерено. Ему подавай вздорную блондинку здесь и сейчас. И желательно побыстрее.

Когда она ответила на поцелуй, я поймал себя на мысли, что сейчас порву эти старые штаны и возьму ее прямо на родительской кухне. В святая святых моей матери!

Да ни одна женская задница не касалась этого стола, за которым собирается наша семья! Отец его собственноручно делал! А я усадил ее прямиком туда. Стыд и позор мне.

Если бы отец нас не прервал, я бы точно осквернил это место. Черт. Да что со мной?

Топорщащаяся ширинка красноречиво говорила, ЧТО. Я ее хочу. Я просто хочу трахнуть этого блондинистого злобного гнома. Особенно теперь, когда почувствовал брешь в ее обороне.

Все-таки девочки есть девочки, и еще ни одна не устояла против моих чар. Я в себе уверен. И эта пигалица тоже падет к моим ногам. Причем на колени.

При мысли о том, как она будет стоять передо мной и брать мой член своими пухлыми губами, в штанах началась буря. Да я так себе все достоинство отморожу рядом с ней. Надо срочно спустить пар.

Но не успел я даже поискать в контактах номер очередной дамы, живущей неподалеку, как экран высветил фото эксклюзивного черного внедорожника. Я удивленно ответил:

— Да, Герман? Что-то ты быстро. Неделя подошла к концу?

Он не стал парировать мой выпад, коротко сообщил:

— Есть разговор. Ты дома у родителей?

Черт. Вот и зачем, спрашивается, интересоваться тем, что и так знаешь? И что случилось, раз наш нарцисс собственной персоной решил порадовать меня новостями?

— Ты же прекрасно знаешь, что да. Что произошло? Ты так быстро достал информацию?

— Нет, просто хочу уточнить детали.

Сказано это было таким тоном, что я поежился. Если уж Гера в таком состоянии, то боюсь за то, какую реакцию выдам я.

— Жду.

Я нажал отбой и поднялся с кровати. Спасибо хоть, стояк прошел — хоть какой-то толк есть от звонка друга. Чтобы не тревожить домашних, решил поговорить с ним на улице.

Пробрался на кухню, набрал там пирожков и пару тарелок всякой снеди. Отнес все это в беседку. Подумал и вернулся за чаем. Все-таки алкоголь сейчас будет лишним.

От алкоголя мысли плавно перетекли к тому, что так удачно отошло на второй план в этой кутерьме. О бесплодии.

Мне хотелось, чтобы Мария ошибалась, хотелось съездить в еще один центр и пересдать анализы там. Но я понимал, что вряд ли это что-то изменит. Я доверял ей как специалисту.

Но как такое возможно? Как могло произойти? Я же совсем молодой, мне нет еще и тридцати пяти лет! Не могу сказать, что я много пью. Я не курю и не употребляю наркотики.

Тогда как получилось, что я стал бесплодным?

Я решил отложить эти мысли на потом. Все-таки она сказала, что лечение есть, а значит, не все так плохо. Кстати о Маше.

Повинуясь странному порыву, я подкрался к маленькой гостевой спальне, где наша гостья должна была уснуть. Приоткрыл дверь. Лучше б я этого не делал.

На большой кровати калачиком лежал ребенок, а возле него пристроилась его сестра. Распущенные влажные волосы разметались по подушке, тонкая рука держала ладошку малыша. Моя футболка задралась, обнажая упругие ягодицы. Я сглотнул.

На мое плечо опустилась широкая ладонь.

— Подсматриваешь?

Я едва не подпрыгнул. Аккуратно прикрыл дверь и обернулся к отцу:

— Да ты мастер пугать. Хорошо еще, не разбудил этих двоих!

Высказывая это, я отвел глаза. Внутри все горело, а в штанах снова был пожар. Не самое гостеприимное поведение с моей стороны. Хотя она в гостях не у меня.

Отец не сводил с моего лица глаз. Смотрел долго и внимательно. А затем изрек:

— Не проворонь свое счастье, сынок. Праздная жизнь — это хорошо, но иногда стоит выйти из привычной зоны комфорта.

Произнеся эту глубокомысленную мысль, он развернулся и пошаркал старыми тапками в направлении собственной спальни. А я остался стоять у приоткрытой двери гостевой спальни. Бросил мимолетный взгляд на белокурую девушку, казавшуюся во сне подростком, и пошел встречать друга.

Звук подъезжающего автомобиля раздался минут через пятнадцать. Быстро он как! Небось снова гнал на полной скорости. Чокнулся уже с этой тачкой.

Я молча открыл калитку и впустил Геру внутрь. Он здесь ни разу не был, но рассматривать красоты приусадебного участка явно не собирался. Вопросительно посмотрел на меня и пошел в сторону беседки, на которую я кивнул.

Гера был зол. Нет, даже в бешенстве. Я знал его достаточно давно, чтобы понять это с первого взгляда.