Источник магии - Пирс Энтони - Страница 82

— Мы охотно поможем тебе с твоей работой! — пылко пообещал Бинк.

— Вам не справиться. Во-первых, вы ничего не смыслите в сортировке драгоценных камней, а во-вторых, не знаете, где и каким образом их нужно размещать. А если бы и знали, то сверловщик не стал бы с вами работать — так или иначе.

— Сверловщик?!

— Да. Моя рабочая лошадка. Он проникает сквозь скалу и достигает того места, где нужно оставить тот юн другой камень. Только я могу им управлять — и лишь когда пою. Он работает за песни — больше ему ничего не нужно.

Это было поразительно. Бинк и Честер обменялись вспыхнувшими неподдельным интересом взглядами.

— А я покажу тебе нашу музыку, когда мы пообедаем, — пообещал Честер.

Еда у нимфы оказалась странной, но отменной. Она подала самые разные виды грибов, которые, как она объяснила, растут с помощью магии и не нуждаются в свете. Некоторые из них напоминали драконьи отбивные, а другие — ломтики картофеля, срезанные с горячего картофельного дерева. Десерт оказался очень похожим на шоколадный пирог — такой округлый, мягкий и пикантный, что едва не скатывался с блюда. У Перл нашелся также похожий на мел порошок, который хорошо растворялся в воде, отчего получалось превосходное молоко.

— Знаешь, — прошептал Честер Бинку на ухо, — а тебе могла ведь попасться и нимфа похуже после того, как ты утолил жажду...

Что тут было ответить? Выпив магической воды он бы, по всей вероятности, полюбил и гарпию, не обратив ни малейшего внимания на ее уродство. Ведь любовное зелье действует не избирательно и абсолютно равнодушно к последствиям. Какая бессовестная магия!

И действительно (это он понял с ужасом), как раз различные такие источники существенно повлияли на историю Ксанта. Они заставляли скрещиваться исходные немагические виды, производя гибриды вроде химер, гарпий, грифонов... да и кентавров тоже. Кто скажет, что это — плохо? Каким был бы сейчас Ксант без тех же благородных кентавров?.. Однако лично Бинку глоток такой воды принес огромные неудобства. Если рассудить рационально, то ему, разумеется, нужно остаться с женой, но если эмоционально...

Честер напитался и сосредоточился — появилась магическая флейта и радостно заиграла. Перл прямо-таки застыла, принимая в себя серебристую мелодию, петом стала подпевать. Ее голос не мог сравниться с флейтой по чистоте, но очень приятно дополнял ее.

Музыка и пение очаровали Бинка. И это, подумал он, произошло бы в любом случае, даже без магической воды...

В помещение заглянуло нечто гротескное. Флейта Честера смолкла на полуноте, а в руках у него появился меч.

— Остановись, кентавр! — крикнула Перл. — Это ведь и есть мой конь!

Честер не стал нападать, однако меч пока не убрал.

— Он похож на огромного червя!

— Да, — согласилась нимфа. — Он — родственник вихляков и сквиглов, но — гораздо больше и медлительнее. Он называется диггл. Не особенно, правда, умен, но для моей работы — просто незаменим.

Честер, по-видимому, убедил себя, что опасности нет, и убрал меч.

— Я думал, что знаю всех червей этого рода, но... Пожалуйста: этого пропустил. Посмотрим, как он тебе помогает справляться с работой. Если ему понравится моя музыка, и если тебе нужно разложить камни вблизи реки...

— Стоит ли... Полбочонка рассыпано... И теперь добираться до реки, чтобы рассадить десяток камней... Но, можно все-таки начать и там. Да!

Она показала им, как взобраться на диггла. Перл уселась возле головы гигантского червя, пристроив рядом корзину с камнями. Следующим сидел Бинк, последним — кентавр. Он неуклюже растопырил ноги, явно более привычный к тому, что ездят на нем, а не он — на ком-то; хотя ему уже доводилось путешествовать на драконе.

— Теперь нужна музыка! — сказала Перл. — Он работает до тех пор, пока ему нравятся звуки, и не требует большого разнообразия. Через несколько часов я устаю, и приходится кончать работу. Но с флейтой кентавра...

Флейта появилась и заиграла. Огромный червь пополз вперед, неся их на себе с такой легкостью, словно они весили не больше блох. Он не извивался, как то делают драконы, а последовательно сжимал и вытягивал свое тело. Поэтому поверхность, на которой восседали ездоки, постоянно пульсировала. Очень странный способ перемещения, но — однако же — довольно эффективный. Несмотря на размеры, диггл двигался достаточно быстро.

На переднем сегменте червя образовался круглый гребень; при помощи него диггл и всверливается в земные породы. В рабочем состоянии гребень значительно увеличивается в диаметре, в результате чего прокладывался довольно просторный тоннель, в котором свободно могли поместиться всадники.

Бинку пришло в голову, что такой вариант магии очень напоминает магию дыхательных пилюль Волшебника, только в воде не было тоннеля, а лишь видоизменялась магия путников.

Честеру все же время от времени приходилось наклонять голову, чтобы не задеть потолок. А вот для флейты, располагавшейся обычно несколько в стороне, было явно тесновато. Но тем не менее она продолжала играть захватывающие мелодии. Бинк был уверен, что Честер более чем счастлив, найдя предлог для тренировки своего новообретенного таланта — ведь ему всю жизнь приходилось подавлять его!

— Должна признаться, что твоя помощь оказалась очень и очень ценной! — с удовлетворением проговорила нимфа. — А я ведь считала, что кентавры не обладают талантами. И вот — приятная ошибка!

В этот момент червь дернулся, наткнувшись на породу нового типа. И Бинка швырнуло вперед, на нимфу.

— О, прости, пожалуйста! — поспешил он извиниться, хотя в душе нисколько не жалел о таком столкновении. — Моей вины нет, меня... э-э...

— Знаю, знаю... Может, тебе лучше обнять меня? — подсказала Перл. — Для устойчивости. Обними за талию. Иногда действительно невероятно трясет.

— Гм... Может, все-таки лучше не надо бы...

— Да, в тебе есть определенное благородство, — усмехнулась она. — Ты, пожалуй, мог бы понравиться даже очень хорошей девушке.

— Я... я женат. — Бинк был жалок в этом своем признании. — И мне... мне в самом деле, кажется, нужен этот антидот.

— Да, конечно, — кивнула она.