Второй шанс (СИ) - Вэйл Саймон - Страница 45

За моей спиной послышались хлопки луков, и две стрелы ударили в магический купол. Обе отлетели в сторону, не причинив атаковавшим никакого вреда. Пятерка мистера Каоми ворвалась под купол, не теряя строя, выбросив копья на всю длину. За их спинами я не видел результата, но через секунду на щит одного из бойцов обрушился тяжкий удар, так что воин даже присел и, если б не соседи, наверняка не устоял бы.

Я еще ни разу не практиковал лечение. Жест казался простым, и я отложил его на потом, больше уповая на атакующие заклинания:

1) Левая рука ладонью вверх перед грудью (надо представить, что на ладони лежит шар размером с головку новорожденного).

2) Правая рука начинает движение с задней поверхности шара.

3) Подключается кисть, ладонь правой руки поглаживает шар против часовой стрелки. Глаза на цели.

Я пытался представить на ладони шар, но звуки битвы в нескольких шагах от меня не давали сосредоточиться. Я заставил себя сфокусироваться на задаче, подумал о том, что своей жизнью я обязан этим людям. Ладонь прогнулась под невидимой тяжестью, кончики пальцев почувствовали пружинившую поверхность, и я поднял глаза на спины воинов передо мной. Внезапно шар в моих руках стал очень холодным, и волны холода устремились к спине воина, чье имя мелькало в логах чаще других. Мана начала резко убывать — заклинание действовало!

Копья работали без устали, и ужасающий гуль с болтавшимся языком упал. Но вот за спинами сражавшихся сверкнуло, и в щит солдата, которого я лечил, ударил файербол. Щит вспыхнул, и воин с криком отбросил его. И тут же ему в плечо ударила гизарма, которой орудовал лохматый враг. Повинуясь команде мистера Каоми, другие солдаты плечами вытолкнули своего за спины; но не успели сомкнуть строй, как в брешь ужом скользнул проворный орк. Я поднял руку и скастовал молнию, заставив Тартара вторично за сегодняшнюю встречу заскрежетать зубами, и тут же меня самого скрутило, да так, что я буквально осел на землю. Здоровье было в критической зоне! Не было времени выяснять, что случилось. Я попытался открыть инвентарь, трясущимися руками нащупал последнее зелье лечения и выпил. Кровавая муть немного отступила.

Как и противник. Второй раз в моей жизни Тартар отступал. Но на сей раз он не убегал.

— К чему тебе эта шваль, Тэнно?

Капитан был спокоен, как чертов буддийский монах. Я вдруг понял, что это само по себе очень сильное оружие.

— Эти люди под защитой свободного города Нью Нью-Йорка, — проговорил капитан. — Убирайтесь туда, откуда пришли! Ищите врагов среди тех, кто желает драться, на востоке.

Орк ощерился.

— Пришли новые времена, Тэнно. Да ты, видно, не в курсе. На востоке у нас противников скоро не останется. Будет новый король. А королю нужно знаешь что?

Капитан не отвечал. Я поднялся с земли и, стараясь держаться поближе к спасительным щитам, потихоньку приходил в себя.

— Королю нужно королевство. Ему нужны люди, которыми он будет править и которые не смогут в случае чего снять очки и побежать к мамочке!

— Пусть правит в городе на востоке, — равнодушно сообщил мистер Каоми. — В противном случае его величество рискует править в той реальности, которую мироздание сочтет для него уместной на следующем круге рождения.

— Город на востоке — это лишь начало пути, пёс! — рявкнул орк. — Новая сила придет и наведет порядок в вашем сраном городишке! И тогда мы встретимся, Тэнно! И с тобой встретимся, Варчан! Ты имя-то можешь не менять, я тебя хорошо помню.

Орк отступал. Не торопясь, вразвалочку. Но я знал, что он довольно серьёзно ранен и его запасы, скорее всего, тоже на исходе. Лохматый владелец гизармы выглядел как старый ковер, выброшенный на помойку. По-моему, он едва стоял на ногах. Но мы не стреляли. И они не стреляли. Бой закончился.

Путь до города занял три дня, в течение которых я не уставал благодарить капитана за помощь. Нельзя не признать — она была настолько своевременной, насколько это вообще возможно. Капитан, посмеиваясь, сказал, что ему теперь чуточку меньше стыдно за эпизод с ведьмами. В итоге мы договорились о взаиморасчете.

Мистер Каоми не задал мне ни одного вопроса о целях нашей внезапной эскапады на восток и не позволил себе ни одного упрека по поводу угнанного плота, за что я был ему отдельно благодарен. Несколько раз я спрашивал капитана, что он думает о словах Тартара. Но тот в ответ только пожимал плечами и повторял, что на этот вопрос должна дать ответ разведка.

Фродо был грустен. По общему решению, последний пункт из нашего соглашения с моим оригиналом решили отменить. Оставаться в тех краях было слишком опасно.

Город за время нашего отсутствия изменился мало. Мы уходили вечером и вечером же возвратились. Только тогда солнце било нам в спины, а теперь светило в глаза.

— Я направляюсь прямиком к советнику Галлансу, — сказал мистер Каоми, когда мы прошли в ворота. — Желаете составить мне компанию?

— Откуда вы знаете, где он?

— О, вы еще не знаете нашего советника, — Тэнно слегка улыбнулся. — Город уже достаточно велик, но советника Галланса по-прежнему не составляет труда найти любому, у кого есть уши.

Тэнно отпустил бойцов, но прежде я пожал каждому из них руку и поблагодарил. Фродо и мистер Майерс вызвались идти с нами.

У дверей дома советника собралось довольно много народу. Люди входили и выходили, стояли в какой-то очереди и курили, сидя на низких подоконниках. Окна были раскрыты настежь — неудивительно, что голос самого советника мы услышали еще за квартал. Именно тогда я понял смысл шутки мистера Каоми.

Капитан прошествовал к дверям, и мы вошли, протискиваясь между сновавшими людьми. Том нависал над столом в гостиной. У него на глазах были очки для сварки, а на столе стояла причудливая конструкция в виде железного бочонка, из которого шел дым. В трех шагах от советника топтался несчастного вида человек, который пытался в чем-то оправдываться. Советник был неумолим. Он требовал исполнения ранее данных инструкций в точности. В руках у советника был предмет, которым он тыкал в сторону собеседника. От предмета шли провода, ведущие к бочонку. Во время очередного взмаха предмет внезапно ожил: лопасть на шарнире начала вращаться, хотя и очень медленно. Том застыл, и все присутствующие замерли, глядя на это чудо. Лопасть повернулась еще пару раз и увяла. Советник слегка встряхнул ее, потом аккуратно положил на стол и крепко задумался. Мистер Каоми вышел вперед и выложил на стол три книги телекинеза.

Химические опыты были забыты, Том Галланс тряс наши руки, хлопал по плечам и довольно ухал. Потом он велел всем остальным выйти, на полпути передумал и велел всем остаться, половину сразу отправив посыльными в разные места. Распекаемый служащий был амнистирован и направлен исполнять новое поручение. Судя по его перекошенной физиономии, оно обещало еще более смутные перспективы, нежели предыдущее.

Том поманил нас пальцем и прошел к лестнице, которая вела на второй этаж. Наверху располагалась приватная территория хозяина, куда доступ посетителям был закрыт. Помещение было просто и красиво обставлено, вся мебель искусно вырезана из дерева разных пород. Как и на первом этаже, здесь повсюду виднелись свидетельства неукротимой инженерной деятельности Тома: инструменты, части механизмов, шестерни, гайки, склянки, фильтры, хомуты, провода и сотни других предметов занимали все свободные поверхности. Хозяин усадил нас за длинный овальный стол, разжег огонь в маленькой печке, явно предназначенной для чайника, и принялся наводить порядок. Волей-неволей мы все начали ему помогать.

К тому времени, как мы расчистили стол, явились те, за кем было послано. Первым явился начальник разведки Морандо Ркаэли, лысоватый, смуглый и неуловимо похожий на бухгалтера мужчина; он сдержанно поздоровался и сел с краю. За ним прибыл уже знакомый мне мистер Ариато, экономист. Хозяин дома стал разливать чай, когда снизу послышались глухие равномерные удары. В дверь аккуратно постучали, а потом через порог шагнул рыжеволосый гигант. Его голограмма скрывалась в потолочных балках, и мне удалось прочесть её, только когда он уселся на жалобно скрипнувший стул. Его звали Роб Маккинери. Гигант с интересом смотрел на нас внимательными серыми глазами, а мы — на него. Он действительно был велик — не менее семи футов. А толщиной рук мог померяться хоть с Тартаром, хоть с кем. Вдобавок у него был 24-й уровень! Настоящий ветеран.