Его хорошая девочка (СИ) - Соболевская Наталья - Страница 26

— У меня сейчас одно желание — треснуть тебя по голове, но никак не целовать. Беркутов, не накаляй обстановку. Просто так расскажи, как съездил. Дай мне повод в будущем хотя бы вежливо общаться с тобой по рабочим вопросам, — выгнув спину по максимуму и отвернувшись в сторону, выпалила я.

— Значит, отказываешься платить? — странно, но Беркутова, похоже, этот факт совсем не расстроил, в его голосе, скорей, улавливались победные нотки, нежели раздражённые. — То есть в одностороннем порядке разрываешь наш договор. Хорошо. Смотри, дело твоё, — заявил мужчина и, выпустив меня из рук, направился восвояси.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Прищурившись, с нехорошим предчувствием, словно только что сильно промахнулась, наблюдала за тем, как расслабленно вышагивает мужчина по коридору, вплоть до того, пока он не скрылся у себя в спальне.

Закрывшись на ключ, отправилась в душ, чтобы смыть с себя хоть часть кошмара, что случился за последний час с небольшим. Как ни старалась отрешиться от ситуации и расслабиться, не получилось. Пыталась думать о чём-нибудь приятном, но мысли постоянно возвращались то к вопросу, куда пропала Снежана, то к словам Никиты, что Шолохов сегодня пришёл в гости в его отсутствие не случайно, а целенаправленно.

И ведь действительно для визита Дима выбрал подозрительно крайне удачный момент. Неужели у нас в отеле для него кто-то шпионит? Если это так, то порядочного он из себя только играет, а по сути ничем от Беркутова не отличается. Хотя нет, тогда он куда хуже Никиты. Беркутов хотя бы святую невинность из себя не корчит, если волк, то волчью шкуру и носит.

Глава 33

Мне даже не понадобилось голову прикладывать на подушку, чтобы понять, если не узнаю, что выяснил Никита, то до утра без сна, пялясь в потолок, проваляюсь в постели. Ведь уже вся от неизвестности извелась. Да и злость на Никиту за телефон и мордобой поутихла, и не только из-за отходчивого характера. Шолохов явно не тот, за кого себя выдаёт, и как не крути, но Беркутов от общения с ним, хоть и возмутительно-варварским способом, но уберёг. Из чего выходит закономерный вопрос — на кой мучиться всю ночь, если результат известен — не сейчас, так завтра, но Беркутов получит свой поцелуй, так почему бы мне хотя бы не выспаться?

Собралась махом. Разумеется, на косметичку даже не посмотрела, я же к Беркутову не на свидание иду, и к фену, соответственно, не прикоснулась, просто прошлась по влажным волосам расчёской. Надела халат, который носила крайне редко, по причине того, что подол по полу волочится, из-за чего вещь хоть и красивая, но не удобная и не практичная. Зато сейчас его длина и то, что он не просто запахивается и подвязывается поясом, а ещё и застёгивается на пуговицы, пришлось как нельзя кстати.

Не давая себе времени на раздумья и лишние терзания, как добралась до спальни Никиты, сразу же постучала, а получив разрешение войти, толкнула дверь и переступила через порог.

— Что-то ты долго, я ждал тебя на пять минут… — оторвав взгляд от наручных часов и перенаправив его на меня, Беркутов резко умолк.

Мне и так не по себе от того, что мы ночью наедине в комнате, где интимно горит лишь ночник, он на кровати в одном нижнем белье, а я пришла к нему для поцелуя, так Никита ещё и смотрит на меня так, словно явилась к нему голая. Нет, даже не так… Явилась голая и, пританцовывая, наглаживаю себя за все выдающиеся места. Похоже, добрую часть меня уже сожрали глазами. В подтверждение ощущения насчёт поедания, Беркутов жадно сглотнул, как будто увесистый кусок не прожевав проглотил.

— Ого, я аж дышать перестал, — не сводя с меня глаз, низко и настолько многозначительно протянул Беркутов, что от смущения кровь хлынула к щекам, и я физически почувствовала, как побагровела.

Стыдливо отвернувшись от Беркутова в сторону, наткнулась на своё отражение в зеркале, и мой вид меня буквально шокировал. Иссиня-чёрный халат шёлком струился по телу, контрастировал с белой кожей, и хоть, казалась бы, многое скрывал, но на самом деле лишь выгодно подчёркивал. Туго завязанный пояс делал талию осиной, превращая мою фигуру ещё в большие песочные часы, чем она есть. Фен не выпрямил волосы, и теперь они волнами свободно спадали по плечам, а отсутствие косметики, совместно с румянцем, придавало лицу трогательности и чувственности. Как так-то? Я совершенно не такой выходила из спальни!

Пока обалдевала от своего внешнего вида, Беркутов зря времени не терял. Не думаю, что он на самом деле крался до меня на цыпочках, но мне именно так и показалось, уж очень он неожиданно вырос перед глазами.

Первое, что пришло в голову — это трусливо объяснить визит тем, что заглянула к нему, чтобы одолжить соль или там коробок спичек, но раз у него ничего этого нет, то пошла дальше. Откровенную чушь не озвучила, собралась с силами и сказала всё как есть:

— Я передумала, хочу знать о результатах поездки. Раз ты сказал, что меня ждал, наш уговор ведь до сих пор в силе?

— В силе-то, в силе… — Никита подушечками пальцев потрогал прядь моих волос. — Ещё влажные, недавно из душа.

Не сочла нужным что-то на это отвечать, потому как мужчина, скорей, сам с собой рассуждал, нежели меня о чём-либо спрашивал. — Только дело в том, что ты грубо нарушила договор, категорично отказалась выполнять условия. Поэтому я счёл возможным за просрочку платежа начислить штраф.

От заявления Никиты мне аж подурнело. Уверена, от недавнего румянца и следа не осталось. Наверняка сейчас бледная как поганка.

— Беркутов, имей совесть, ты же понимаешь, я на эмоциях отказалась. Пришла же, что тебе ещё нужно?!

— Как что? Штраф.

— Какой? — бесцветным голосом от уныния поинтересовалась я.

— Ты со мной общаешься, как и раньше, и думать забываешь о переезде. И всего-то.

— Ну уж нет, — мотнув головой, дёрнулась в сторону выхода, но мужчина, ухватив за локоть, не дал мне уйти.

— Смотри, Варя, сегодня один штраф, а завтра уже другой. Если рассчитываешь сама туда съездить, сразу предупреждаю, ничего не получится. Я тебя никуда не отпущу. А если даже кого-то другого пошлёшь, то после меня он или она уже никакой информации от родителей Снежаны не добьётся. Люди они пугливые, подозрительные и осторожные. Мне пришлось целый рассказ насочинять, чтобы они хотя бы со мной поговорили. Если ещё кто явится, они и слушать не станут. Гарантирую.

Поразмыслив, не смогла себя пересилить и произнести вслух слово «согласна». Вместо этого забрала у Никиты свой локоть, развернулась к нему спиной и закрыла дверь в спальню.

— Правильное решение, — обдавая затылок горячим дыханием, похвалил Беркутов и крутанул меня обратно, чтобы стояла к нему лицом.

Мне и раньше доводилось ловить на себе заинтересованные мужские взгляды, но в сравнении с тем, как сейчас на меня смотрит Никита — все они меркнут. В глазах Беркутова полыхает адское пламя из неутомимого голода, необузданного желания и обещания, что он будет безраздельно властвовать не только над моим телом, но и душой. Наверное, была не права, когда в ожидании великой любви и близко к себе никого не подпускала. Не делай я так, возможно, тогда бы мои ноги сейчас не подкашивались от близости разгорячённого мужского тела, а сердце от одной мысли о предстоящем поцелуе не вырывалось бы из груди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Никита, ты же помнишь, что мы только о поцелуе договаривались? — хрипло уточнила я, а чтобы мужчина не склонился и не начал действовать, прежде чем ответит, упёрлась ему ладонями в грудь.

Ого, не у одной меня сердце безумствует.

— Только поцелуй, большее случится, когда ты этого сама захочешь, — Беркутов, поймав моё правое запястье, переместил руку так, чтобы она обнимала его за шею.

— Ни «когда» ты этого сама захочешь, а «если» захочешь, — самоуверенность мужчины немного отрезвила меня, и я смогла его поправить.