Античная наркомафия - 9 (СИ) - Безбашенный Аноним "Безбашенный" - Страница 45

Ну, что о нём скажешь? Длиннее нашего, удобнее рубить с высокого коня типа нисейского или с колесницы, которые в Индии используются всё ещё широко. Клинок у него широкий, от рукояти до острия сужается незначительно, остриё его потупее нашего, но колоть можно. Универсальный, короче, рубящее-колющий. И заточен грамотно, возле рукояти сильная часть под тупой угол, эдакое зубило или колун. А вот рукоять мне как-то не понравилась – и тонкая, и короткая, и набалдашник дисковый уж больно широк – хват жёсткий, упоры для рубки с оттяжкой надёжные, но фехтование с работой кистью и уколы в фехтовальном выпаде затруднены. Специфическое оружие под специфическую манеру боя, скажем так.

Сталь же – видно, что тигельная, но ни разу ещё не хвалёный индийский булат, который прославит индийских оружейников Средневековья. Нет характерного узора, но нет и неравномерностей, характерных для кричного железа. Аналог греческой лаконской стали, высококачественной, но и обходящейся по цене серебра без учёта переработки её в готовое изделие. Я ведь рассказывал о выработке этой тигельной стали лаконского типа на моей оссонобской мануфактуре? Так у меня это показуха специально для наших заклятых друзей, которых за хрен бы, да в музей, а настоящее производство с индукционной печью для электроплавки в Лакобриге было заныкано, пока в Нетонис его не перенёс. Отпускная оптовая цена меча из тигельной стали с моей основной оружейной мануфактуры не особо дороже кустарного кричного – любому римскому шпиену и по цене понятно, что кричный ширпотреб, потому как тигельная сталь так дёшево стоить не может, да и не производится нигде и никем в таких количествах. Элитное оружие для элитных бойцов.

Но сейчас для нас другая сторона медали поважнее, потому как двусмысленный ведь подарок индусам получается. Хрен же нас знает, на что мы этим подарком намекаем – то ли на то, что продать такие же можем, сколько закажут, то ли на то, что много наших людей с такими же может приплыть, если не откупятся. Восточная дипломатия – она ведь подобные намёки любит и заранее их ожидает. Показ нам индийского меча из не худшей стали тоже ведь в обоих смыслах понимать можно – слов резких не сказано, но понимай, как хочешь, то бишь в меру своей же собственной испорченности. Взвесил я ещё раз меч в руке, кивнул – типа, оценил, протягиваю обратно индусу, он принял и вложил в ножны, а я указываю на футляр с подзорной трубой и показваю руками, что её надо разложить и к глазу приложить. Достали они её, разложили, подали главнюку – мы едва сдержали смех, когда наместник глянул в трубу не с того конца, но и этого ему хватило для изумлённого отвисания челюсти. Впрочем, перевернуть её и глянуть с правильного конца он сообразил и сам – ага, оценил явно, призадумался и залопотал о чём-то со своим советником. И уже иначе на нас глядят. Правильно, кшатрии ведь, то бишь вояки, первым делом до военной применимости этой штуки допетрили, а вторым – что не дарят и не продают таких вещей тем, кого в качестве вероятных врагов рассматривают.

После этого по его знаку к нам подбежали слуги с кадильницами и окурили нас дымом каких-то благовоний. И вот тоже как хочешь, так и понимай – то ли это знак его к нам расположения, то ли намёк на то, что от нас пахнет далеко не розами. Млять, а то мы сами не знаем! А от ихних мореманов чем пахнет, когда только-только с корабля на берег сойдут? Фиалками, что ли? Договорились мы с хозяйками и насчёт бани, но это к вечеру, перед ночлегом, назавтра были бы в лучшем виде. Сам ведь и не дал нам ни хрена на это времени. Вот куда, спрашивается, такая спешка?

Спросили нас, зачем бронзой свои корабли обшиваем. Ну, я ответил, что защита это от обрастания днища, да от червя. Что их в этом удивило, хрен их знает, но похоже, у них так никто не делает. Спросили, что покупать хотим кроме пряностей, о которых уже, конечно, во дворец донос поступил. Я ответил, что пока интересуют нас шёлк и сахар, но когда осмотримся и разберёмся, чем страна богата, можем заинтересоваться и чем-то ещё. Заранее-то откуда нам знать, когда мы впервые в стране? На вопрос, что мы сами можем предложить, ответил, что опять же, не знаем ещё, чем страна бедна, и что охотно купит. Мечей вот наших сотню на пробу привезли, да вот ведь незадача, у вас тут своя сталь не хуже нашей. Ага, захлопали глазами, переглянулись – явно ведь заметили и характерный серийный видок наших солдатских мечей! Правильно, это вам уже не ваша кустарщина, пускай и не худшая, но по своей малочисленности погоды не делающая. Но они молчат и не спрашивают, сколько можем поставлять и почём, ну и я не навязываю – дозревайте-ка, ребята, сами. Поэтому пока за звонкую монету отовариваться придётся, а там посмотрим, что здесь нужно, и сможем ли мы это поставлять в будущем. Интереса к селитре мы пока решили не демонстрировать, а то мало ли, вдруг они тоже какое-то подобие пороха знают, как и египетские жрецы Амона? И уж естественно, не следует болтать во дворце о нашем интересе к посадочному материалу всех тутошних растительных ништяков. Хоть и не на них они здесь жируют, но мало ли? Сахар нам сразу же посоветовали в Талахори закупить – там и больше предложат, и дешевле. Шёлк – можно и там найти, но если нам его много нужно, то основной торг в столице. Там же и жемчугом торгуют – главнюк подчёркнуто предостерёг нас от попыток приобрести его у кого-нибудь из-под полы в Талахори, о чём мы знали уже и так от Мани. О пошлинах же за те пряности, которые мы уже приобрели, как и за те, которых ждём, главнюк сказал, что как обычно – его портовая стража знает.

Ну и вот спрашивается, нахрена вызывал-то в такой спешке? Ведь ни хрена же не решил такого, чего мы не решили бы и с его мелким чинушей. То ли просто работает на публику ради понтов – типа, глядите, у меня всё под контролем, мышь хрен мимо моих глаз прошмыгнёт, то ли у них тут всё настолько зацентрализовано, что серьёзные вопросы и ему самому решать не по чину. Для восточных деспотий характерно и то, и это. Короче, Штирлиц знал, сколько будет дважды два, но он ещё не выяснил, знает ли об этом Борман, и как на это отреагирует Центр. Неспроста ведь он намекает нам и так, и эдак на крайнюю желательность нашего визита в Талахори – там наверняка начальство повыше имеется, вот пусть оно и решения принимает, и ответственность на себя берёт. Восток же дело тонкое, млять! А уж понты – каждый прыщ круче вкрутую сваренных яиц. Мани успел рассказать нам и о раболепии при дворах даже у мелких индийских раджей, и об их пышных выездах на слонах в сопровождении конницы или колесниц, но обязательно и с пешей свитой – от скорости торжественного шага которой зависит и скорость всего шествия. Но кого гребёт скорость перемещения из пункта А в пункт Б? Главное – величие продемонстрировать.

Естественно, при такой ихней сверхцентрализации не было даже ни малейшего смысла подвешивать здешнему наместнику вопросы о будущей фактории или о вербовке людей для наших колоний. Он же один хрен к вышестоящему начальству в столицу нас с ними отфутболит. Так самое ведь смешное, что вопрос об ознакомлении с окрестностями мы элементарно решили уже опосля приёма во дворце с тем мелким чинушей. В принципе запрета для иносранцев путешествовать по стране нет, а насчёт нас он особых инструкций тоже никаких не получил. Предупредил нас только, что если поохотиться в лесу захотим, то категорически запрещена охота на слонов и крайне не одобряется охота на обезьян. Ну, нам не очень-то и хотелось. После ужина хозяйки организовали нам наконец-то и баню – ага, заодно и помылись. Сегодняшним уже утром обследовали наконец городской рынок подоскональнее, как и планировали вчера. И оказалось, что очень даже не зря. Если насчёт имбиря и перца Мани объяснил нам ситуёвину правильно – что здешние ничуть не хуже тех малабарских, которые и идут на экспорт в Лужу, то с корицей он и сам разобраться не успел. Выяснилось же, что самая лучшая корица – как раз цейлонская. Просто отсюда её вывозят мало, больше из северной части острова, поближе к оптовому столичному рынку. Посмотрели и сахрен местной выделки из дикорастущего тростника – в принципе не хуже нормального, просто выработка мизерная из-за низкой сахароносности местного дикого тростника. Вдали от столицы с её изобилием привозного бенгальского оно себя только и оправдывает. Хлопковые ткани – привозные из долины Инда, там они заведомо дешевле. Нашли и местный шеллак – отличного качества, дёшево, но уж очень мало, потому как он здесь только для местных нужд заготавливается. За оптовыми партиями – тоже поближе к столице, дешевле он там не будет, но не будет и дороже, если много возьмём.