30 дней моей мести (СИ) - Муравская Ирина - Страница 56

Квартира Кирилла медленно превращалась в бабский цветник, и он был совершенно этому не против. Даже подумывал о том, чтобы расширить жилплощадь, но супруга пока отказывалась переезжать из и без того огромной квартиры в элитной части города в частный коттедж. До стадии «садовод-любитель» она пока не созрела. Может лет эдак через десять…

Зато в материнство окунулась быстро. И даже не заметила первого, якобы самого сложного периода полузнков-распашонок. Да, были бессонные ночи, и сейчас продолжались, но затюканной мамашей, загнивающей в мире памперсов Ульяна себя не чувствовала. На подмоге у неё всегда были Кристина с подросшим Елисеем и беременная на ранних стадиях Саша, которая пока просто впитывала информацию и просила не выкидывать подруг старые детские вещи. А то ведь скоро пригодятся. Настоящий бебибум какой-то прямо.

Друзья ― как бесценно это слово. Её "котики апокалипсиса" всегда были рядом, всегда готовы были помочь и никогда не давали заскучать. Они постоянно куда-то ездили, обкатывая всю Москву, ходили по городским мероприятиям (детским и не только), устраивали шумные домашние посиделки, а в длительное отсутствие Кирилла часто затевался девичник с ночёвкой.

Что касается самих ребят… Паша всё так же работал на своей нелюбимой, но прибыльной работе, вечерами отдыхая за компьютерными стрелялками. Кристина тоже вышла на работу, вернувшись на место администратора в Салоне красоты. Елисей пошёл в садик, но часто оставался у крёстной и играл с Авророй. А Саня с Мишей… А Саня с Мишей спокойно и гармонично выстраивали собственную личную жизнь.

Их отношения напоминали безмятежное море: покой, уют, размерность. Начав с дружбы, любовь выходила у них ровной и надёжной: они практически никогда не ссорились, почти всё свободное время проводили вместе, но никогда, даже по первой, не тискались по углам и не расхаживали за ручки. Даже свадьбу толком не играли. Посидели в кафе с самыми близкими и укатили на Мальдивы в медовый месяц, где забабахали просто нереальную фотосессию. А ещё прихватили оттуда маленький сюрприз, который теперь сводил красотку с ума жутким токсикозом.

К счастью, Ульяну утренняя тошнота благополучно миновала. Как и большинство других трудностей беременности. Единственное, что действительно её беспокоило (не считая здоровья эмбриона) отёчность и набранные килограммы. Морально она уже готовилась, что снова разжиреет, и хоть Кометов убеждал её в том, что и тогда будет любить свою "пышку", это здорово действовало на нервы. Но напрасно.

После родов Матвеева весьма быстро сбросила лишнее, вернувшись на работу в режиме "плавающих подмен". Аврора, с младенчества привыкшая к шуму и толпе, в большинстве случаев сопровождала её, с интересом сидя в переноске и наблюдая, как мама учит каких-то "тёть". Ну… вернее, это первые месяцы она с интересом смотрела, а потом научилась ползать, и в зале стало вообще весело.

Жизнь текла своим чередом и что поразительно, новая ипостась матери и жены давалась Ульяне удивительно легко. Словно только так и было нужно. Словно только так и должно было быть. Конечно, со всем этим второе высшее и карьера в сфере журналистики временно отошли на второй план, но это несильно её огорчало. Всё же на данном периоде имелись вещи и поважнее.

Сидя одним из вечеров в детской, в которую переделали одну из гостевых комнат, сонная после ночных подъёмов (когда у дитя лезут зубы, это мрак) и уютно свернувшаяся калачиком в кресле-качалке, Матвеева с восторгом постигала весь необъятный смысл слова "счастье".

Наблюдая за тем, как Кирилл укладывал Аврору спать, напевая той песню, которую написал в честь рождения дочери и исполнил под окнами роддома, она как никогда осознавала самое важное правило в этой жизни: главное, быть с теми, кого любишь и делать то, что любишь. И тогда никогда не будешь жалеть о чем-либо.

Рука легонько поглаживала сильно подросший за последний месяц живот, в котором активно бунтовали на ночь грядущую. Эти толчки, что Ульяна ощущала в себе, ознаменовывали, что скоро им будет ещё веселее, а в квартире станет ещё более шумно. Вторая кроватка в бело-розовых тонах с нежным балдахином, расположившаяся напротив первой, уже ждала свою хозяйку. УЗИ показало девочку.

Конец