Секреты серой Мыши (СИ) - Страйк Кира - Страница 55

К концу рабочего дня Поль заехал за мной, чтобы отвезти домой.

Некоторое время ехали молча. Но оба понимали, что этот разговор должен состояться именно сейчас — чтобы не расстраивать ненужными публичными эмоциями и подробностями переживательную Иветт.

— Таис, тебе нужно быть осторожней со всякими проходимцами. — первым начал он.

— А где же, извини, дорогая Таис, я с утра немного погорячился? — возмущённо подумала я. А вслух, назло ему, брякнула, — И с чего ты взял, что виконт — проходимец? На вид — так очень даже приличный человек.

И вызывающе уставилась ему в лицо.

— Да как ты не понимаешь? Я сегодня навёл справки про этого Марсиля — знаешь, что о нём говорят?! — горячился он.

Видимо, за день тоже успел «накрутить» себя.

— Что он отравил свою бабушку, чтобы получить наследство, а так же восемь раз был женат, а на сей момент опять вдовец? — съязвила я.

— Что-то вроде того. — пыхал негодованием мой спутник, — А вы с тётушкой так опрометчиво тащите его в дом.

— Матушки мои! — не выдержала я, — Надо было бросить раненого человека на дороге? Или у него на лбу написано, что он — проходимец и вообще засланный шпион?

— Да как ты не поймёшь, что всё ещё находишься в зоне риска?! — как будто не слыша меня упёрся в одну точку Поль.

— А кто тебе сказал, что я этого не понимаю?! Ты в самом деле решил, что я распустила слюни, глядя на этого павлина и растеряла остатки разума? И кроме гениального тебя никто не в состоянии догадаться, что это — вторая часть «представления» от наших конкурентов?

— Было очень похоже на то. — буркнул он.

Вот этой несправедливости уже стерпеть совсем не могла.

— Понятно. Диалога не получилось. Будь так любезен, поищи дураков в зеркале и избавь меня от своих домыслов. — сказала я и, не дожидаясь помощи, вперёд него вышла из кареты, направляясь к дому.

Проскочив мимо изумлённой Иветт, поднялась к себе в комнату и закрыла дверь.

На следующее утро Поль уехал.

На душе скребли кошки.

Как только за ним закрылась дверь и пришло понимание, что как минимум два месяца я не увижу это лукаво улыбающееся лицо, не услышу такой заразительный смех… а-а-а! В общем, как-то враз навалились тоска, сожаление и осознание того, что всё мое бравое хладнокровие — напускное. И вообще, ссора вышла совершенно дурацкая и мы оба повели себя, как бестолковые подростки.

Я готова была загрызть этого чёртового виконта (ну или кто он там на самом деле), но, на своё счастье, он больше так и не появился в пределах моей досягаемости. Хотя, конечно, обижаться на этот счёт стоило не на него, а на самих себя.

Иветт тоже заметно переживала первое время. Поль ей ничего не рассказал, но не заметить нашей размолвки было невозможно. Спасибо, мудрая женщина не лезла в душу с расспросами и ценными советами. В конце концов решила, что два великовозрастных балбеса сами как-нибудь разберутся и успокоилась.

На меня навалились повседневные дела и бесконечно рефлексировать тоже стало некогда. Приехала Софи — девушка, которая должна была заменить меня возле печи. (Та самая племянница Лукреции.) Надо было обучать её премудростям данного этапа приготовления. Девочка оказалась совершенно замечательная. Русая сероглазка с толстенной косой, с румяным личиком, в совершенстве владеющая своим даром. Я на неё нарадоваться не могла — девочка старалась не за страх, а за совесть.

Бернара переселили в его новую «квартиру». Рукодельный парень тут же взялся за благоустройство своего первого персонального жилища — мастерил необходимую мебель, следил за порядком на прилегающей территории и даже через одну из горничных выпросил у экономки Иветт старенькие, но ещё очень даже приличные занавески на окно.

Крыло Теофиля тоже привели в порядок и по моему заказу завезли новенькое оборудование для лаборатории. Именно им я намеревалась выманить старого алхимика на свет божий. Из ближайшей деревни на домашнее хозяйство для двух холостяков наняли деловитую вдову средних лет с добрым, но твёрдым нравом — такая должна была, по моему разумению, управиться с желчным характером ворчуна-Теофиля, и я отправилась за самим стариком.

— И не хочу я никаких ваших новых домов. У меня здесь всё под рукой. Я так привык. С чего я вообще должен захотеть куда-то переезжать?

— Хорошо, не переезжай. — пошла я на хитрость.

— Вот! И не собираюсь даже.

— Но мне опять нужна твоя помощь. Теофиль, миленький, я там лабораторию оборудую, но ничего в этом не понимаю. Лучшего эксперта в этом вопросе, чем ты — мне не найти.

— А пошто тебе лаборатория?

— Так хочу со специями экспериментировать… Да мало ли чего.

На словах «лаборатория», «экспериментировать» и особенно «эксперт» у деда заблестели глаза и, кажется, даже немного расправились плечи.

— Та-ак, и что от меня требуется?

— Дак чтобы поехал и оглядел своим намётанным глазом, где чего, может, не хватает, чего ещё дозаказать.

Теофиль пожевал губами, оценивая предложение, и решился:

— Ладно уж, погляжу, чего там нахозяйничали.

Прибыв на место, старикан с важным видом прошествовал в означенную лабораторию. При виде новеньких баночек-скляночек-реторт и кучи всяких других алхимических прибамбасов, у деда разве только слюна не побежала.

— Та-ак. А вот это ага-а… А здесь у нас… ух-ты… — он осторожно прикасался к сверкающим новизной и металлическим блеском предметам.

— Ну, что скажешь? — спросила его я.

— А? Хм… Дельно. Дельно. — приложив скрюченный палец к губам, задумчиво покивал головой он.

— Теофиль! — вырвав его из размышлений позвала я.

— А? — рассеянно отозвался тот.

— А вот это — Констанс. Здешняя повариха. И ты не представляешь, какой вкусноты она готовит сырный супчик! Чуешь аромат?

— Супчик? — сглотнув, повторил он за мной и повёл носом.

— М-м-м!.. Может останешься? — вкрадчиво предложила я.

— Ах, лиса-а-а!!! — стряхивая наваждение скрипуче рассмеялся дед. И ещё немного покочевряжившись махнул рукой, — Твоя взяла! Остаюсь.

Через неделю нашего волшебника было не узнать. С Констанс они пока ещё бесконечно препирались и ссорились. Но терпеливая женщина настойчиво приводила кудесника в божий вид. Он был отмыт, пострижен, переодет в новую одежду и о старом Теофиле напоминал лишь растянутый шерстяной шарфик на шее, с которым он наотрез отказался расставаться.

Глава 53

Поскольку Софи сняла с меня необходимость находиться у печи, я получила возможность возиться с Теофилем в лаборатории. Получив в своё распоряжение такой значимый сектор, алхимик окончательно проникся собственной важностью и даже, кажется, помолодел, разгладился. (Хотя, конечно, в этом большую роль сыграли ещё и «супчики» Констанс.) Тем более, что у него оставалась куча времени, чтобы продолжить свои собственные научные изыскания.

— Друг мой, пока зима на дворе — надо запускать в ход сыровялку. Надо бы подумать над набором подходящих травок. Опять же, в рулетах, на мой взгляд, чего-то не хватает. — советовалась я с ним.

— Это вот в тех нежных штуках, которые ты недавно начала делать? — облизнулся дед, — Я покумекаю на досуге. Можно попробовать добавить немного остроты…

Ученика его, долговязого Камиля, проживавшего с ним в старом доме, тоже переместили сюда. А так же организовали им в помощь крепкого телом и сообразительного паренька, который только и делал, что мял, растирал и толок для Мастера необходимые специи и прочие ингредиенты.

Теофиль снял с меня большой объём работы, контролируя расход драгоценных добавок, изготавливая необходимые композиции и заранее расфасовывая и развешивая их порционно. За точность в этом вопросе переживать не приходилось — ответственный старикан плешь проедал своим помощникам за малейшие погрешности в результате.

Марк пробивал для меня патент на холодильные короба. Даже не представляла, какой это муторный и долгий процесс.

— Ничего — ничего, девочка, справимся. Зато мы сейчас начинаем заявлять о себе на государственном уровне. Пусть тягомотно это всё, но, зато, когда народ «распробует» твоё изобретение, оценит его пользу — представляешь, какая копеечка начнёт капать с продажи патентов?