Супер Американ Папа! (СИ) - Маар Чарли - Страница 41

- Та самая подруга, которая хотела помацать мою задницу? – спрашивает Кев на русском, прервав поток воспоминаний в моей голове. Он широко ухмыляется, глядя на Ксеню, а затем подмигивает мне.

- Именно та, - говорит подруга, ничуть не смутившись, в отличие от меня. Мое лицо начинает пылать, как кипятком облитое. – Прилетела, чтобы убедиться в счастье своей подруги. Теперь вижу, что она действительно счастлива. А то мало ли, вдруг вы ее тут силком удерживаете.

- Ксень, - шепчу я, выпучив глаза, но та лишь невозмутимо пожимает плечами. Кевин смеется, подходя ко мне и обнимая за талию.

- Если и так, то, думаю, Мари подобное проявление настойчивости очень даже по душе.

Мужчина наклоняется и целует меня в губы. Тяжесть внизу живота и тепло в груди не заставляют себя ждать. Говорят, со временем люди пресыщаются друг другом, страсть проходит, тело уже не реагирует остро на прикосновения любимого человека, но мне кажется, это не про нас с Кевином. Мне всегда его мало. И та страсть, что возникла между нами в первые встречи, теперь еще сильнее подогревалась любовью за месяцы из крошечного ростка превратившуюся в высоченное дерево, усыпанное цветами.

- Daddy, what about surprise? (пер-д: Папочка, что насчет сюрприза?) – произносит Джини, сложив руки на груди.

- Я услышала слово сюрприз? Как я вовремя прилетела. Я люблю сюрпризы, - хихикает Ксеня. Я вопросительно смотрю на Кевина, и тот обреченно вздыхает.

- У Джини нет никакого терпения.

Убрав руки с моей талии, Кев идет в коридор, а через минуту возвращается с огромным шаром в руках. Вроде того, что я подарила ему на Новый год, только гораздо больших размеров. Он осторожно ставит его на стол и нажимает на кнопку у основания. Я завороженно смотрю, как внутри шара начинает кружиться снег вокруг фигурок-матрешек, что подарила мне Джини. Внизу к фигуркам приставлен тот самый рисунок девочки, с которым я заснула в квартире Кевина после произошедшего на турбазе, только теперь на рисунке появилась еще женщина со светлыми волосами и кот у нее на руках, а рядом с ней приписка на английском «Can I call you «mom»? (пер-д: Можно я буду называть тебя мамой?)

Я резко поворачиваюсь к Джини. Она стоит, сцепив руки в замок, и глядит прямо на меня, так уязвимо и беспокойно, словно боится услышать мой ответ.

- Of course… (пер-д: Конечно) – шепчу я ей. Горло передавливает от переполняющих чувств, от слов, что рвутся наружу, но не могут вырваться, потому что их слишком много, чувств слишком много. Джини облегченно выдыхает, бежит ко мне, звонко смеясь, я подхватываю ее на руки и крепко обнимаю девочку.

- Спа-си-бо, - говорит она на русском.

- Это тебе спасибо, малыш…

Еще крепче обнимаю ее. Понимаю, сколько для этой девчушки значит простое слово «мама», и сколько она вложила в решение и просьбу называть меня так.

- Помнишь, я дарил тебе шкатулку на Новый год? - слышу голос Кевина позади.

Еще бы я об этом забыла. Этот невыносимый мужчина подарил мне закрытую шкатулку и ключ к ней. Попросил не открывать, пока он сам об этом не скажет. Рука машинально потянулась к подвеске с маленьким ключиком на шее. Полгода я хожу-брожу вокруг шкатулки, зная, что могу открыть ее в любой момент, но не делаю этого, съедая себя от любопытства. Ведь почему-то Кевин попросил меня не открывать ее до определенного момента.

- Открой, - хрипит мужчина, поднося мне красивую деревянную вещицу, расписанную на новогодний манер.

Я медленно опускаю Джини на пол, беру шкатулку в руки и снимаю подвеску через голову. Потом вставляю ключик в замок и поворачиваю. Кухня наполняется легкой мелодией, звучащей изнутри вещицы.

Когда я открываю крышку, на красном бархатном покрытии вижу только один предмет. Кольцо с голубым бриллиантом. Господи-Боже… Сколько же оно стоит?

Это что же? Это… предложение? Получается Кевин уже тогда купил кольцо? В Москве?

Мужчина достает его, берет шкатулку из моих застывших рук и отставляет ее на стол. Потом сжимает мою ладонь и целует. Я вздрагиваю от горячего прикосновения губ.

- Ты нужна мне, Мари. И Джини ты нужна. Я люблю тебя. Выходи за меня замуж.

Я заглядываю в его серьезные зеленые глаза, сейчас потемневшие, наполнившиеся абсолютной уверенностью и… любовью.

- Кевин, если Маша не скажет «да», я скажу! Богом клянусь! – слышу голос Ксени.

Перевожу взгляд на хрустальный шар. Снег по-прежнему кружится вокруг матрешек. Вокруг моего Супер Американ Папы, Супер Американ Дочки вокруг Михалыча и меня. Моя Супер Американ Семья, которую однажды мне подарила магия Нового года. Они - мое настоящие и мое будущее. Без них Новый год уже никогда не будет приносить мне такую радость.

Я поворачиваю голову к Кевину и шепчу:

- I will merry you (пер-д: Я выйду за тебя замуж).

Он широко улыбается и надевает мне на палец кольцо, после чего снова нежно целует.

Я слышу радостный визг Джини, счастливый смех Ксени, мяуканье Михалыча и мелодию из шкатулки. Раньше я не знала, как звучит счастье, считала его тихим, беззвучным. Но теперь точно знаю – счастье звучит именно так…

Конец