Из Тьмы (СИ) - "Добродел" - Страница 85

Эрис любила своего двоюродного дядю, и была ему очень-очень благодарна за помощь, но ей не нравилось, как глупый старикан относился к её друзьям. Не тем улыбающимся в лицо, а за глаза рассказывающим гадости молодым дворянкам с которыми она «дружила» дома. А первой настоящей, хоть и немного странной, подруге и… — при мысли о высоком голубоглазом блондине, сердце учащённо забилось, а щёки снова начали гореть. Нет, нужно думать о чём-нибудь другом!

Блондинка глубоко вдохнула, на несколько секунд задержав дыхание, а когда выдохнула, на её лицо легла маска отстранённого спокойствия. Активная, эмоциональная и открытая девушка, терпеть не могла уроки хороших манер, куда входил и навык держать лицо, но старая стерва наставница, умела вколачивать знания в головы своих воспитанниц вне зависимости от их желаний.

Вспомнив о доме Эрис тихо выдохнула, удивляясь самой себе, своей решительности и удаче. И как только ей так повезло?

Когда девушка, взяв с собой любимую гитару, несколько смен одежды, немного украшений и золота, очертя голову бросилась вон из дома, она даже надеяться не могла, что всё так сложится. Девушка была готова ютиться в маленькой квартирке без прислуги и с маленькой ванной, питаться пресной пищей без десерта (или что там ели нищие простолюдины?), но не выходить замуж за того отвратительного толстяка с потными ладонями.

Как же она была наивна! К счастью, ей повезло встретить дядю Хантера.

Так или иначе, авантюрный, придуманный под влиянием любимых произведений, план побега сработал. Признаться, не будь отец с ней так холоден и груб, объявляя о будущем дочери, Эрис ни за что бы не решилась на такой шаг. Вся подготовка к побегу, на деле являлась обычной игрой в отважную авантюристку и тихим бунтом. Но как говорят жрецы «люди предполагают, а боги располагают».

Теперь, вырвавшись из душных стен дома-тюрьмы, дочь благородного магната и представительницы некогда довольно старого и влиятельного, но ныне сгинувшего рода Фаулер, словно и впрямь попала в один из любимых приключенческих романов. Новые места, интересные события, будоражащие кровь приключения… Девушка весело фыркнула, вспомнив парочку так её напугавших противных негодяев, что прогнала сильная и смелая Куроме, которая с радостью приняла её до ужаса косноязычное предложение дружбы. Эрис улыбнулась. А ещё у Куроме был друг. Красивый, сильный, заботливый и надёжный. Прямо как в книгах! Все остальные ребята тоже были очень хорошими, даже вредный шутник.

Конечно, кому-то другому, выводы зеленоглазой певицы могли показаться притянутыми за уши, но у Эрис имелся небольшой секрет, на котором зиждилась её уверенность. С раннего детства она могла понять, как к ней в действительности относились другие. Маленькая Эрис частенько шокировала домочадцев плачем и попытками убежать от какой-нибудь ласково сюсюкающей родственницы отца или подруги матери и весёлым смехом в присутствии сурового на вид, но любящего дедушки. Девочка искренне недоумевала, почему мама и папа так странно смотрели, когда она дёргала любимого родственника за бороду и просила показать его кабинет во Дворце. Жаль, дедушка исчез, так и не исполнив обещания. Как умерли или исчезли дяди, тёти, а затем и мама. Эрис грустно опустила глаза.

С возрастом, поняв свою необычность, девочка, превратившаяся в девушку, перестала столь явно демонстрировать свою способность.

Эрис не считала свою особенность очень полезной. Она далеко не идеальна, плохо работала в толпе, к тому же не позволяла прочесть чувства не направленные на саму девушку. Да и что-то большее чем «мелодию» общего отношения, складывающуюся из почти неразличимых нот-чувств, прочесть было затруднительно. За годы она научилась, прислушиваться, различая некоторые нюансы, но это всё равно крайне непросто, да и не проявляла девушка к этому особого интереса.

Значительно больше усилий было приложено для того чтобы научится не слышать. Ведь далеко не всегда осведомлённость об истинном отношении людей приносила радость. Иногда Эрис просила богов забрать свой дар обратно. Слишком много было вокруг лицемерия, особенно когда она выросла и стала посещать приёмы. Да и дома… как же больно было чувствовать холодный звон неприязни от мачехи и тихий шелест полного равнодушия отца! Девушка бы предпочла счастье неведенья и веры в скрываемые отцом родительские чувства безжалостному знанию того, что она для него лишь очередной ресурс. Жить с пониманием, что ты, по большому счёту, никому не нужна, было по-настоящему больно и трудно. Если бы не книги и музыка, такая жизнь могла бы стать невыносимой.

С другой стороны, лишь благодаря своему дару или проклятию Эрис смогла найти неравнодушных людей или просто нуждающихся в деньгах молчаливых слуг, с помощью которых выбралась из дома, в конечном итоге оказавшись здесь. Именно благодаря своей способности чувствовать истинное отношение людей Эрис так быстро сошлась с Куроме, Наталом и их друзьями. И именно потому, столь яростно отстаивала их доброе имя. Ведь в отличие от труппы дяди Хантера, которая далеко не сразу приняла «богатенькую дуру», молодые воины духа были также приветливы в сердце, как и на словах. Даже ревнивая Акира, девушка темноволосого шутника, которого Эрис поначалу приняла за брата своей подруги, не испытывала к начинающей артистке неприязни.

К своей спасительнице Эрис привязалась почти сразу. Сильная и независимая девушка вызывала восхищение, даже её местами эксцентричное поведение и слова, влекли к яркой личности только сильнее. Казалось, для миниатюрной брюнетки не существовало никаких авторитетов и рамок, кроме тех, что она устанавливала сама. Уж Куроме точно бы не смогли гнобить дома, думала Эрис. То как она, походя, несколькими фразами заставила пугающего начальника охраны, извиниться за своих низких подчинённых вызывало восхищение и желание стать хоть чуточку такой же смелой.

Правда, иногда проглядывающее в брюнетке презрение к обществу и высказываемые ей идеи, немного коробили. Ставить добившегося каких-то высот простолюдина выше не блистающего достижениями, но родовитого дворянина, на взгляд Эрис слишком… слишком. Разве говоря так, Куроме не отзывалась плохо, в том числе и о своих родственниках?

Пусть со времён Первого Императора повелось смотреть в первую очередь на личные заслуги, а уже потом на предков, обращаясь, друг к другу по имени и роду деятельности. Но разве предки нынешней аристократии не заслужили привилегии для своих потомков? Наставники Эрис утверждали, что заслужили. Сама девушка, не могла сказать, что безоговорочно поддерживает это мнение, но и подобно подруге, называть половину аристократов декадентами и прожигателями жизни, казалось неправильным.

Впрочем, лично Эрис это отношение ничуть не касалось. Несмотря на покровительственное отношение, её никто не пытался принизить, наоборот, Куроме с уважением относилась к музыкальным талантам артистки. Эрис было очень приятно это признание.

А заботливый, добрый, и немного стеснительный Натал, покорил сердце девушки, сразу как она с ним познакомилась. Такой милашка!

Расспросив брюнетку о её друге, Эрис узнала, что у Натала когда-то была несчастная любовь, и он с тех пор остерегается вступать в отношения. Конечно, достаточно скрытная воительница не захотела говорить об этом прямым текстом, но хитрая блондинка смогла между делом выведать интересующую информацию. Именно поэтому светловолосая певица и решилась столь безрассудно показать свои чувства к парню, проявив настойчивость. И не прогадала. Хотя вначале она сильно боялась и сомневалась в своём решении. Вдруг он бы счёл, что она слишком ветреная? Или, упаси боги, что она, как те развратные дворянки, ведёт себя так с каждым?

Погружённая в свои мысли девушка на автомате отвечала на вопросы Али и Робби, о своём обучении стрельбе и уроках музыки, которые она давала Куроме. Выслушав привычные предостережения дяди, призывающего быть осторожной с людьми, которых опасался сам «главарь этих полубандитов» Рутгерт, Эрис еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться.