Из Тьмы (СИ) - "Добродел" - Страница 64

Даже не используя ускорение, уклоняться от ударов, подставляя под них других бандитов, было проще простого. Никакой мистики, только опыт, знание механики движений человеческого тела и немного способности чувствовать намерение, скрывать которое нападавшие закономерно не умели. Да и дрались они… их бы и семилетняя девочка размотала, хих. Я уж точно.

Самым сложным и потешным было не показать своего превосходства, создав впечатление, что нападавшие вот-вот победят. Конечно, все собравшиеся могли умереть за долю секунды, но лень была против беготни по всему особняку в поисках затаившихся трусов. Пусть лучше детишки сами бегут навстречу мне! Хих-хи-хик, ловись рыбка большая и маленькая!

Все тайные и явные выходы были блокированы миньонами, так что никто и ничто не мешало развлекаться. Впрочем, контроль над обстановкой оставался таким же острым. Вдруг среди слабаков попадётся кто-нибудь интересный? Тот же Изменённый, например.

К некоторому сожалению, никто из стоящих упоминания или тем более достойных присоединения к моей немёртвой свите бойцов так и не появился. Лишь кучка криворуких, мешающих друг другу смешных неумех. Один «гений» и вовсе догадался открыть огонь из пистолета в толпе своих товарищей. Результат был закономерен: его цель непринуждённо сдвинулась с линии огня, а два бандита обзавелись незапланированными отверстиями, добавляя своими воплями шума и хаоса.

Как же весело!

С другой стороны, глупо было ожидать иного. Среди воинов духа, да и вообще в воинской среде, непыльная и неплохо оплачиваемая работа на криминал, считалась не престижной, сродни занятию проституцией. Если обладающий сверхчеловеческими возможностями боец являлся главарём, это ещё туда-сюда, но в подчинённое положение шли только слабаки и отбросы.

Посчитав, что в прекрасном танце хаоса не хватает последнего штриха, я стала напевать весёлую детскую песенку. Выхваченная у одного из нападающих дубинка стала выбивать бандитов по одному. Господам грабителям и рэкетирам было пока рано на тот свет. Им ещё предстояло послужить во благо науки, хе-хе!

И так довольно нелепое «сражение», под звуки детской песенки про улыбку, начало принимать и вовсе сюрреалистические нотки.

— От улыбки хмурый день светлей, *

От улыбки в небе радуга проснётся… — задорный голосок вплетался в фон драки и матерных воплей.

— Сдохни! Сдохни! Сдохн-ааа-ййаа!!!

— Горелый, братуха!!!

Бах! Бах! Бах! — громко прокашляли пистолетные выстрелы.

— Аааа!!! Штопор, с-сучара!

— Поделись улыбкою своей,

И она к тебе не раз ещё вернётся.

Короткая дубинка методично опускалась и поднималась, а её хозяйка беззаботным ровным голоском продолжала выводить куплеты.

Бандиты тоже старались, усердно надрывая глотки.

— Да завалите уже эту ебучую тварь!!!

— Я ранен! Ранен! Ааа!!!

— И тогда, наверняка,

Вдруг запляшут облака,

И кузнечик запиликает на скрипке…

— Не тормози, бля! За ноги её хватай! Ых-ха… — получив крушащий рёбра удар в печень, новоявленный командир затих.

— Где Ящер, бля?! Куда делась эта зелёная гнида?!

— Вытащите меня, я не могу встать!

— С голубого ручейка

Начинается река,

Ну, а дружба начинается

С улыбки!

— В стороны, нахуй! — Дах-та-та-та-та! — автомат в руках косматого бандита выплюнул длинную очередь. К сожалению для остальных, он успел поймать лбом, отправленную в полёт дубинку ещё до того как нажал на курок. Мазнув одного из любителей пиджаков, череда пуль ушла в потолок, засвистев рикошетами.

— Долбоёб!!!

— Ааа!!! Живот!!!

— Сука! Что за страхоёбище?!

— Оно, блядь, неуязвимое?!

— С голубого ручейка

Начинается река,

Ну, а дружба начинается

С улыбки!

* * *

… Судорожно пытающийся перезарядить сжимаемый в трясущихся руках револьвер молодой бандит заворожённо наблюдал за воплотившейся в реальность страшной сказкой. Нападавший за всё время ничуть не сбился с голоса, напевая незнакомую детскую песенку, словно артист на сцене перед детьми, а не сражающийся с лучшими боевиками Кукольников убийца. Он, она или оно? Двигалось, словно имело глаза на затылке. Нет, словно знало наперёд все ходы его братанов!

Или само дёргало за верёвочки? — шептал на ухо суеверный ужас. Вокруг невысокой тёмной фигуры витала невидимая, но осязаемая аура зла. Это не человек, это не может быть человеком!

«Сука! Сука!!! Вольная жизнь, воровской ход, волки среди людей, бля! Жратва для тварей!!!»

— Сдохни!!! — поймав чудовище на прицел, так и не сумевший помочь родителям накопить на новое жильё, не сделавший своей девушке предложения и не исполнивший мечту детства о море, бандит нажал на спуск.

Бах! — тва… Дух Ночи снова лениво уклонился до того как из ствола вырвалась пуля.

Смазанное движение. В глазах потемнело.

«Мама, прости меня…»

* * *

— От улыбки солнечной одной

Перестанет плакать самый грустный дождик.

Сонный лес простится с тишиной

И захлопает в зеленые ладоши! — продолжал звучать задорный мотивчик.

Плавно, словно перетёкшая с места на место ртуть, уже совсем не смешная фигура в дешёвом маскарадном костюме наклонилась к одной из многочисленных луж крови и, макнув в неё палец, нарисовала на безликой маске кровавую улыбку.

— А-а, нам хана!!! — заорал какой-то паникёр и пустился наутёк.

— Валим! — оглянувшись на лежащих товарищей, поддержал его следующий, и бегство приняло повальный характер.

— Эх, даже допеть не дали, хихикс. Какие непослушные детки! — начавшие разбегаться неблагодарные слушатели оказались вырублены в ту же секунду.

По правде говоря, некоторые отключились «с концами», а часть получила тяжелые черепно-мозговые травмы. Впрочем, пару часов они протянут, а больше и не надо.

* * *

Немного успокоившись, я стал связывать отключившихся их шнурками и ремнями.

«Нет, стоит прекращать такие концерты. Это чертовски весело, но чересчур уж нездоровое веселье», — я тихо выдохнул, покачав головой, слишком близок и сладок, оказался омут безумия.

Марионетка-пулемётчик, осталась блокировать спуск, с приказом беречь дорогие патроны, которые его роторная дура поглощала быстрее, чем я сладости.

Я сделал мысленную пометку позже набрать у удивительно богатых дорогим огнестрелом бандитов патронов для пулемёта, благо, автоматная «девятка» для него подходила.

Когда я поднялся на второй этаж, из-за поворота, довольно шустро, раз в пятнадцать быстрее, чем мог бы двигаться обычный человек, выскочил зелёный рептилоид. Обдав меня порывом ветра, нападающий попытался полоснуть когтями по маске. Увы ему, но единственным успехом была сломанная об тёмно-зелёную лапу новая дубинка. Пришлось обнажать меч.

Стоило признать, скрывать присутствие у ящерицы в костюме получалось для своего уровня неплохо — почувствовать недоброе намерение удалось лишь за пару секунд до атаки. Правда, сама атака была на диво прямолинейной и неуклюжей, даже двигайся он раз в семь быстрее, ему бы это не помогло.

Проскочивший мимо изменённый резко развернулся. Чтобы остановиться, он присев, вцепился когтями в пол, создавая борозду из сломанных и вывернутых дощечек паркета. Последнее, кстати, говорило об отвратительном контроле своих сил. И ладно ветер, хотя даже на таких, относительно низких скоростях, удобней и экономичней было заставить воздух себя обтекать. Но столь паршивый контроль инерции… Как он до сих пор жив-то остался? Иметь скорость средненького Адепта с неплохими способностями к сокрытию, при столь «великолепной» манёвренности, для нормального бойца было, мягко говоря, странно.

Хотя где изменённый, да столь сильно, а где нормальный боец?

— Мяс-со! — устрашающе прошипел нападавший. Ну, ему наверно так казалось. Я только улыбнулся под маской. Слишком потешно он выглядел. Зеленая морда рептилии, торчащая из тела, обряженного в деловой костюм тройку с красным галстуком на белой рубашке, смотрелась очень комично.