Новое начало (СИ) - Траумер Ронни - Страница 44

— Ты великолепна, солнце, — муж откинулся на спину и, подтянув моё обессиленное тело ближе, уложив на своей груди. — Я люблю тебя, Алеся Орлова.

— А я люблю тебя до безумия, — поцеловала его мокрую грудь.

— Можем ещё поспать… пока тихо, — сказал муж, когда я уже была на пути к Морфею.

— Папа-а-а, — раздался громкий визг нашей дочери из глубины дома.

— Поспали, — вдохнул Марк, а я рассмеялась, не открывая глаз. — Ты что смеёшься, а, вредина? — поднял он мой подбородок вверх и укусил за нос.

— М-м-м… иди, — открыла глаза и посмотрела в его тёмно-серые омуты, что сияли счастьем. — По тону чувствую, что твоя дочь очень зла, — хихикнула и спрятала лицо.

— Да, понял уже. В кого она такая?! — я опять хихикнула и выбралась из его объятий.

— В тебя, в кого же ещё. В гневе она самый страшный кошмар, — я направилась в сторону ванной, и когда уже залезла в душ, опять услышала голос Лили.

— Папа-а-а, — уже совсем близко.

«Кому-то не поздоровится» — позлорадствовала я.

Наша младшая — самая энергичная и строгая, ей пять лет, а она всех на место ставит, и скажи потом, что не в отца пошла.

Давид весь в меня, спокойный и тихий мальчик… такой взрослый уже. Если нашёл, чем заниматься, то может часами не выходить из своей комнаты.

Старшая дочь взяла от обоих понемножку: она может быть такой тихой, что и не заметишь её, а если наступишь ей на хвост, то жди скандала. Не верится, что она сформировавшаяся личность.

Вообще, не верится, что мы уже столько лет вместе. Мы счастливы, у нас трое прекрасных детей (это пока), и сегодня мы всей нашей большой семьёй будем праздновать годовщину нашей свадьбы.

***

Надел первые попавшие шорты и вышел на голос своей принцессы.

— Папа! — руки в боки, ножкой топает… характер точно мой, спорить не буду. Но красота мамина: тёмно-рыжие волосы, изумрудные глаза, пухлые губки.

— Что успело случится в такую рань? — спросил я, сев на корточки перед дочерью.

— Ты обещал, что покажешь, где растут мои цветы, — какая же она милашка, когда так злится. Я обещал показать ей цветы Лилии, в честь которых её назвали.

— Обещал, — я взял её на руки, — Ты позавтракала? -

— Нет ещё, — помотала головой.

— Ну вот, а дом на уши поставила уже. Откуда в тебе столько энергии?! — сказал это в пустоту с радостной улыбкой.

— От бабушки, — вот это поворот.

— Доброе утро, сын, — нам навстречу вышел отец. — Цветочек, ты лучший в мире будильник, с тобой проспать нереально, — отец начал её щекотать, и Лиля перебралась к нему на руки.

Я, заказав завтрак, вернулся в свою комнату: нужно принять душ, пока дочь занята.

— Ну что, жив? — спросила уже освежившаяся и одетая в лёгкое летнее платье жена.

— Пока да, — я окинул её взглядом с ног до головы.

Полная грудь, тонкая талия, круглые бёдра и длинные ножки — идеальна. Моя и только. Её тёмно-рыжие волосы волнами спадают на спину, изумрудные глаза больше не блестят от слёз, только от счастья.

День, когда я взял её на работу, был самым лучшим в моей жизни. Она очень сильная женщина: «сломанная и потерянная девушка», как она всё время твердила, не справилась бы со всем тем кошмаром. Кому расскажешь — не поверят, не бывает такого, чтобы столько пришествий на одного человека. Но вершиной этого всего стал обычный выходной много лет назад.

Субботнее утро, готовимся к обеду, отец с матерью уже приехали. Мама играет во что-то с Давидом, папа готовит всё для шашлыков в беседке на заднем дворе. Людмила Константиновна с Ларисой готовят закуски на кухне. Леся (моя девочка предпочла оставить себе это имя, оставив себе только отчество: то имя слишком напоминает о многом) готовит свой фирменный кофе. А я вышел встречать Олега и его отца и сразу же повёл их в беседку к папе.

Все уже присоединились к нам, в ожидании горячего мяса познакомил жену и сына с Иваном Михайловичем, и он в свою очередь поздоровался с моей мамой. Последней в беседку зашла Людмила Константинова. Зашла и застыла у входа, в секунду побледнела, руки заметно задрожали, и тарелка с овощной нарезкой упала на пол.

— Мама! — Леся подбежала к ней, как и мы с мамой. — Что? Сердце? — обеспокоенно спросила Леся.

— Лариса, принеси таблетки, — приказал я.

— Не надо, — сказала тёща, и я, как и все остальные, только сейчас заметил, что она впилась взглядом в Ивана Михайловича. Тот стоял, как статуя, и в его глазах читалось удивление и боль.

Тишина окутала всех, и все наблюдали за двумя взрослыми людьми, которые сверлили друг друга взглядом.

— Мила, — нарушил молчание Иван Михайлович.

— Ваня, — ответила тёща.

То, что они знакомы, ясно, как белый день.

— Мама! — обратила Леся внимание к себе.

— Дочка… познакомься с… отцом, — ошарашила всех Людмила Константиновна.

А ведь и вправду, моя девочка Ивановна. Шок охватил всех. Я обнял свою жену: в её положение мало ли что может случиться.

День прошёл в воспоминаниях, рассказах и раскаянии. Эти двое любят друг друга всю жизнь.

Он не вернулся за ней, думая, что не нужен ей с ребёнком, она не знала о нём ничего, кроме имени, и верила, что он появится.

Шок прошёл, не сразу, но прошёл.

Так у моей девочки появилась полная семья. И заодно мне стало понятно, почему Олег и Леся так хорошо ладили и так быстро нашли общий язык: они брат и сестра.

И вот, этим составом мы уже несколько лет подряд собираемся на маленьком острове в огромном собственном особняке, который купили все вместе. А сегодня приехали, чтобы отпраздновать нашу с женой годовщину свадьбы.

— Милый, — окликнула меня жена перед выходом к завтраку. — У меня есть для тебя маленький подарок, — она кокетливо покачивалась со спрятанными за спиной руками.

— Интересно, — я сделал шаг к ней и заключил её в своих объятьях. — Весь во внимании, — она достала длинную коробочку с бантом и протянула мне поджав губы.

Я открыл и офигел.

— Это правда? — от волнения задал тупейший вопрос.

— Похоже на шутку? — с улыбкой спросила она.

Я помотал головой и, взяв её на руки, покружил в воздухе.

— Ей-й, меня сейчас стошнит, — я быстро поставил её на ноги, но из кольца своих рук не выспустил.

— Какой срок?

— Шесть недель, плюс-минус, — ещё один ребёнок… это невероятное счастье. — Надеюсь, это будет мальчик, — поцеловал её маленький носик.

— А если девочка? — вопрос был со слишком серьёзным лицом.

— А если девочка, то будем рожать, пока у нас не появится ещё один сын, — глаза у неё стали, как ёлочные шарики.

— Тогда я буду молиться, чтобы родился мальчик, — я рассмеялся.

— Посмотрим, — я не против ещё одной дочери, которая будет бегать по дому и напоминать всем, какая у неё красивая мама.

Мы поцеловались и вышли к родным. Сначала завтрак с сюрпризом для всех, потом экскурсия к цветам с дочерью и вечером праздничный ужин всей нашей большой семьёй. Осталось Олега женить на хорошей девушке, а то он тянет, да и что-то скрывает.

Спасибо судьбе за тот день, что изменил мою жизнь.

Я счастлив.

Конец