У свободы цвет неба (СИ) - Аусиньш Эгерт - Страница 107

   - Нет. Мы верим, что он вознесся на небо прямо человеком, в теле. Только не спрашивай меня, где это тело сейчас, этого вообще никто не знает... - Полина вздохнула глубже обычного и тяжело оперлась на подлокотник кресла, искривив спину и почти повиснув на локте.

   - В таком случае, - решил магистр, - на сегодня достаточно, продолжим позже.

   - Почему бы не закончить сегодня? - спросила мистрис.

   - Ты так сильно хочешь домой, за звезды? - удивился Эрве. - Мне казалось, у тебя там сложности.

   - Какие именно сложности? - уточнила она, выпрямившись.

   - Ну, все эти слухи, сплетни... - он неопределенно повел рукой в воздухе. - Это же неприятно. Кроме того, где сегодня говорят, там завтра могут и сделать.

   - Покинуть резиденцию наместника я не смогу, даже получив вердикт, - заметила женщина ровным тоном. - Сперва его нужно заверить в суде края. Пока это не сделано, я все еще считаюсь поднадзорной и не могу покидать территорию, определенную мне для пребывания.

   - В таком случае какая тебе разница, где находиться? - улыбнулся магистр примирительно. - Вердикт я выдам, как только мы закончим.

   - Вот поэтому я и предлагаю закончить сегодня, - сказала мистрис. В ее голосе, казавшемся спокойным, Эрве услышал нехорошие металлические нотки.

   - Мне кажется, - осторожно сказал он, - что мы с тобой обсудили примерно половину необходимого. У меня на сегодня были другие дела, и я не готов менять планы.

   - А как насчет моих планов? - спросила она холодно. - Я уж не говорю о планах людей, которые покинули край из-за репрессий, устроенных достопочтенным Вейлином, и не упоминаю тех, кто не успел или не смог уехать и расстался с жизнью из-за его политики. Кстати, как насчет планов ваших людей, погибших в ночь шторма в крае?

   Эрве вздохнул.

   - По крайней мере, на обед прерваться нужно в любом случае.

   - Да? - женщина с интересом взглянула ему в лицо. - Ты правда так думаешь?

   - Ты хочешь сказать, что не согласна продолжать разговор? Даже зная, что речь идет о судьбе детей, которых ты учишь? - спросил он, удерживая ее взгляд.

   - Я просто не понимаю, почему бы не закончить сегодня, - ответила она.

   - Мне кажется, - сказал он с мягким укором, - тебе не так интересны эти дети и их судьба, как ты показывала до сих пор.

   Ответом была тень улыбки, напомнившая ему движение скульты в воде, еле заметную радужную тень в прозрачной толще, обещающую большую боль.

   - А мне кажется, что тебе больше не о чем спрашивать и ты зачем-то тянешь время.

   Эрве действительно рассчитывал обсудить услышанное с Вейеном. Но услышав слова мистрис, он обиделся, сам толком не поняв, на кого именно. Может быть, на Вейена, отказавшего в поддержке. Может быть, на Димитри, вытащившего на суд внутренние дела Академии и семьи да Шайни, как будто нельзя было решить все сложности спокойным обсуждением в Исюрмере. Возможно, на императора, поставившего неоправданно жесткие сроки.

   - О, мне очень даже есть о чем спросить тебя, - сказал он неторопливо. - Я хотел бы знать, почему этот твой бог, который человек, помог преступнику в водах залива, но не помог тебе здесь. Я хотел бы понять, почему эта помощь подана руками не менее преступными, чем руки получавшего ее. А заодно и то, почему ты согласилась со смертным приговором, покорилась расследованию и терпела его почти месяц, хотя это не самая приятная процедура на свете, а вот сейчас жалеешь мне еще одной встречи. И я хочу знать, связано ли это с твоим богом, или ты снова делаешь нечто, что не понравится ему. И еще мне интересно, как он, аскет и философ, посмотрел бы на то, что ты делала вместе с князем Димитри на приеме у государя, а до этого на Островах. И почему он терпит то, что в вашем городе статуи старых богов стоят в главном городском саду и во многих других местах. Они ведь проиграли? Так зачем ему это соседство?

   Он вдохнул было, чтобы продолжить, но осекся, посмотрев на женщину. Она сидела в кресле, заслонив лицо рукой, и плечи ее тихонько, почти незаметно дрожали. "Неужели плачет?" - подумал он и присмотрелся, готовясь смягчать разговор. Но нет. Она смеялась. Тихонько, почти незаметно, но когда убрала руку от лица и взглянула на него, смех еще кипел в ее глазах.

   - Боюсь, что на все вопросы, которые ты задал, и на те, которые еще можешь задать, отвечать тебе должна не я, а хотя бы тот монах, который пришел сюда свидетельствовать за меня. Он бы справился лучше. Но я попробую. Хотя бы попробовать я должна. Тем более что на все эти вопросы ответ один.

   - Вот как? - хмыкнул Эрве.

   - Да, - подтвердила она, - ты спросил одно и то же раз пять, не меньше. Так вот, если говорить понятными тебе словами, то Он хочет от нас только одного. Чтобы мы были настолько хороши, насколько хорошими были задуманы Творцом. Ради этого Он пришел, этому учил, это показывал и ради этого пожертвовал своей жизнью. Любыми кривыми путями можно идти, лишь бы к Нему в себе и в других. Старые боги тоже хороший способ разметить путь, если ты не собираешься останавливаться и идешь от Ареса к Посейдону, а от Посейдона - к Гермесу, и так пока не доберешься до Зевса и не поймешь, что дорога продолжается, а обнаружив себя Гераклом или Персеем, не пойдешь дальше, к человеческому в себе, которое выше страстей, обожествленных из слабости перед ними.

   - О Пророк, - мимовольно выдохнул Эрве, - как же красиво.

   Некоторое время он молчал, глядя прямо перед собой, занятый своими мыслями. Молчала и женщина в кресле напротив. Наконец, он сказал:

   - Ты была права. Второй день - это слишком много и безобразно мало. Решение этой задачи потребует не меньше нескольких лет твоего постоянного присутствия в Исюрмере.

   - Моего? - она удивленно посмотрела на него. - Нет, это задача саалан и решать ее должны саалан. Вы все равно наткнулись бы на это, причем очень скоро. И выбора у вас нет, вы ее в любом случае решите, это только вопрос времени и количества потерь. Мы-то справились...

   - Но на твою помощь я могу рассчитывать? - спросил магистр, вложив в голос все обаяние, которое только нашел в себе.

   - Ты намерен сам этим заниматься? - ответила мистрис вопросом на вопрос.

   - У тебя другие планы? Ты знаешь, кто это сделает лучше? - улыбнулся он.

   - Да, знаю, - уверенно сказала она.

   - Кто же?

   - Досточтимый Айдиш, досточтимая Хайшен, князь Димитри да Гридах, граф Дейвин да Айгит. Если им потребуется моя помощь, я, конечно, буду помогать, пока смогу.

   - Хорошо, - кивнул он. - В таком случае я буду ждать вас пятерых в Исюрмере после весеннего солнцеворота. Там и обсудим работу. Вердикт будет готов через четыре дня.

   - Так долго? - спросила она.

   Эрве улыбнулся:

   - Завтра у меня встреча с вашей прессой, потом мы будем обсуждать с князем часть необходимых дел, после этого я смогу заняться вердиктом. Ты же понимаешь, что от него зависит не только твоя судьба?

   Полина кивнула.

   - В таком случае, - сказал он, - жди вызова в канцелярию государя. Пока можешь располагать собой в полной мере, только не уезжай из города.

   Она кивнула еще раз и собралась было подняться из кресла.

   - И вот еще что, - произнес он, глядя ей в лицо. - Сегодня я получил от тебя два подарка, стоящие как весь ваш Эрмитаж. Жаль, что я так и не собрался его осмотреть, пока не случилась беда, но я уверен, когда-нибудь мы встретимся с тобой в его стенах как добрые знакомые.

   - Вряд ли я увижу его снова при своей жизни, - сказала она в ответ. - Но благодарю тебя за намерение.

   - Посмотрим, - улыбнулся он. - Ступай.

   Она в одно движение поднялась из кресла и тихо вышла, бесшумно прикрыв за собой дверь. Эрве усмехнулся ей вслед. Теперь Академия прекрасно обходилась и без да Шайни. "Путь мотылька" - хорошее название для следующего священного текста. Не хуже, чем "Белая книга".